С таким калибром никому шутить не позволим

Расчёты реактивной системы залпового огня (РСЗО) «Ураган» артиллерийского соединения группировки войск «Центр» наносят огневое поражение вооружённым формированиям ВСУ.

С таким калибром никому шутить не позволим
Фото Леонида Хайремдинова

РСЗО «Ураган» – оружие, проверенное временем. За полвека с момента принятия на вооружение комплекс зарекомендовал себя надёжным, эффективным и мощным инструментом, уничтожающим широкий спектр вражеских целей – живую силу, бронетехнику, различные инженерные сооружения, укреплённые командные пункты и узлы связи. Кроме того, эти грозные машины могут использоваться для дистанционного минирования (при помощи специального снаряда) и контрбатарейной борьбы. Корректировку огня и подтверждение уничтожения цели обеспечивают операторы БпЛА, что значительно повышает результативность боевой работы.

До сих пор даёт жару
– Наша «ласточка» стреляет на 35 километров, минимальная дистанция – девять километров, – рассказывает командир боевой машины сержант Алмаз Закиров. – Стреляет разными снарядами. Выезжаем на огневую позицию, переводим пакет снарядов (их 16 штук), нам дают цель, она может быть как на переднем крае, так и в глубине обороны противника, наводимся, ориентируемся и стреляем. И так изо дня в день.
По словам Алмаза, из-за насыщенности в небе украинских БпЛА отрабатывать задачу теперь приходится значительно быстрее, чтобы избежать неприятных встреч с вражескими «птичками». Расчёты прикрываются мобильными огневыми группами, которые наблюдают за воздушной обстановкой.
– «Ураган» по-прежнему эффективен, несмотря на то что уже давно стоит на вооружении нашей армии, – продолжает сержант Закиров. – До сих пор врагу жару даёт, с калибром 220 миллиметров не шутят. На добрпольском направлении мы много всего поражали. Укронацистам наносили существенный урон, помогли нашим штурмовикам взять этот населённый пункт. На днепропетровском тоже работали успешно. Где-то цели были неплановыми – когда оперативно приходит задача, как правило, по скоплению техники и пехоты ВСУ. Из этого района, где находимся сейчас, работаем по укрепрайонам, домам, в которых засели боевики, многие из них превращены в настоящие цитадели, по промышленным объектам, переоборудованным в пункты управления или склады. Выкуриваем их, так сказать, даже из подвалов – такое тоже бывало не раз, вскрываем их огневые позиции, гасим, после чего наши штурмовые подразделения продвигаются вперёд.
Алмаз родом из Республики Башкортостан. Обучался в индустриальном колледже, освоил специальность электрика. А потом пошёл в армию, сразу заключил контракт как выпускник среднего профессионального образовательного учреждения.
– Друг служил в этом соединении, в этом же дивизионе и батарее, – поясняет артиллерист. – Так что по его совету пришёл сюда. Мне этого хотелось, и такая возможность представилась. Было это шесть с лишним лет назад.
На специальной военной операции сержант Закиров с первого её дня. Начинал на киевском направлении, потом были ЛНР, ДНР, другие направления, здесь уже второй год. В будущем году планирует поступать в Михайловскую военную артиллерийскую академию (МВАА).
– Сейчас сроки для военнослужащих по контракту, поступающих в вузы, продлили, поэтому у меня ещё есть такая возможность, почему бы ею не воспользоваться? – говорит он. – Надо расти, идти дальше, боевым опытом обладаю, настало время учиться на офицера.
Этим летом из соединения в МВАА и Саратовское высшее командное артиллерийское училище поступили несколько человек. Алмаз хочет последовать их примеру.

«Наш «Ураган» уничтожает большое количество пехоты, техники и укрепов украинских националистов. А это значит, что мы помогаем боевым товарищам и с каждым днём приближаем нашу общую победу»

Артиллерия после спецназа
Младший сержант Фаруаз Асылбаев – старший наводчик боевой машины.
– Мои функции заключатся в том, что занимаю позицию, наблюдаю за небом, разворачиваю пакет, привожу в боевое положение, ставлю панораму и жду корректировки цели от командира боевой машины, – объясняет военнослужащий. – Во время корректировки выставляю цифры на панораме, прицеливаюсь, командир меня проверяет. Трижды корректировку делаем. Командир отработал, стрельба завершена, перехожу в машину, после чего выезжаем обратно максимально быстро. Довели дело до автоматизма, прежние нормативы для перевода пакета направляющих давно перекрываем, потому что реальная обстановка требует стремительности и молниеносности, ведь наши расчёты – лакомые цели для вражеских БпЛА.
Фаруаз гордится службой в артиллерии.
– Мы приносим большую пользу. Наш «Ураган» уничтожает большое количество пехоты, техники и укрепов украинских националистов. А это значит, что мы помогаем боевым товарищам и с каждым днём приближаем нашу общую победу, – подчёркивает младший сержант Асылбаев.
За плечами старшего наводчика служба в Росгвардии, в отряде специального назначения «Меркурий», дислоцированном в Смоленске. Полученный опыт спецназовца, по его признанию, бесценен: это и особый характер решаемых задач, и интенсивная подготовка, в том числе высотная, огневая и физическая, и повышенные требования к личным качествам бойцов. После увольнения Фаруаз работал на Челябинском металлургическом заводе, на доменных печах. А два года назад заключил контракт и отправился на СВО.
– Это был зов сердца, другого выражения не подобрать, – признаётся он. – В активе четыре года службы в спецназе. Оставаться в тылу больше не мог. Высший долг – Родину защищать!

Главная роль второго плана
Ещё один специалист, без которого расчёту РСЗО не обойтись, на первый взгляд не заметен. Однако его работа крайне важна. Ефрейтор Рустам Бекмурадов – топогеодезист батареи.
– От меня зависит корректировка стрельбы. Задача – сориентировать машину на основное направление. Я ориентирую буссоль по заранее известному дирекционному углу. Потом дают угол цели. Самое главное – скорость и точность. Надо всё совмещать, чтобы правильно ориентировать буссоль. Навестись, правильно всё подсчитать и уже отработать по цели, – поясняет Рустам, добавляя, что ориентация буссоли осуществляется тремя способами.
– В частности, самый распространённый – по магнитной стрелке. Второй – путём обратной геодезической задачи вычисляются координаты точки стояния буссоли и точки ориентира. Условно, дерево какое-нибудь или линии электропередачи. Мы снимаем координаты, считаем обратную геодезическую задачу, получаем дирекционный угол. И третьим способом, он самым точным считается, по небесному светилу. Это можно как по Солнцу делать, так и по Луне, – объясняет топогеодезист.
Другими словами, представители этой боевой специальности закладывают фундамент для всего огневого цикла: без их точных исходников последующие расчёты не дадут нужного результата. После беседы с ефрейтором Бекмурадовым становится очевидно, что к топогеодезистам предъявляют серьёзные требования: математический склад ума, внимательность, аккуратность, развитое пространственное мышление и умение концентрироваться в сложных полевых условиях.
Рустам выполняет задачи специальной военной операции четвёртый год. По его словам, он пришёл в военкомат сразу после начала СВО, но его инициатива оказалась нереализованной из-за отсрочки на время обучения в политехническом колледже в Магнитогорске. Только год спустя, получив специальность машиниста крана металлургического производства, он добился того, чего хотел. Подписал контракт и уехал на юго-западные рубежи нашей Родины.
– Многие знакомые удивлялись, мол, крановщик, работал бы и работал, хорошую зарплату получал. Зачем тебе СВО? А я так не могу. Душа не лежала. Моё предназначение – не краном в такое время управлять, а выполнять долг по защите Отечества. Вот потому и отправился сюда, – делится чувствами ефрейтор Бекмурадов.
Уже из зоны СВО он поступил в высшее учебное заведение, учится заочно в Московском технологическом институте. В свободное от боевой работы время готовится к экзаменационной сессии. А она уже не за горами.

Группировка войск «Центр»