Сибирские вертолётчики, бронзовые призёры Международного конкурса по воздушной выучке «Авиадартс-2017», дорожат обретённым опытом.
31 января 2018 года наша газета в информационном блоке новостей Министерства обороны «Пульс дня» сообщила о награждении знаками отличия призёров международного конкурса по воздушной выучке «Авиадартс-2017» вертолётчиков авиационной базы армейской авиации (военный аэродром Толмачёво, г. Новосибирск) из состава 14-й армии ВВС и ПВО.
Напомним читателям, что награду получили ведущий авиационной пары военно-транспортных вертолётов Ми-8АМТШ-В капитан Павел Пашкин и лётчик-штурман старший лейтенант Роман Кухтин, командир ведомого экипажа капитан Константин Белоусов и лётчик-штурман старший лейтенант Александр Алёшин. По итогам соревнований лучших воздушных асов, проведённых в Китае в рамках Армейских международных игр — 2017, сибирские авиаторы заняли 3-е место.
Если дед летал, то и сын, и внук обязаны
— А почему не первое? – напрямую спросил я у бронзовых призёров. Капитан Пашкин в ответ улыбнулся, а старший лейтенант Алёшин лишь почесал затылок:
— Ну, и как, по-вашему, я мог выиграть этот конкурс у своего старшего брата?. Другое дело — у китайцев, они тогда заняли второе место, их-то ещё можно было оттеснить на третье.
— А при чём здесь ваш брат? — не унимался я.
— Мой родной брат майор Алексей Алёшин был ведущим пары, которая и заняла на том конкурсе первое место, — не без гордости произнёс Александр.
— Два родных брата участвовали в «Авиадартсе» на международном этапе? – несколько удивился я.
— А что здесь особенного? — пожал плечами Алёшин-младший.
Однако в ходе дальнейшей беседы старший лейтенант Алёшин удивил ещё больше. Хотя в Вооружённых Силах России офицерские родословные не редкость, в роду Алёшиных — 5 лётчиков! Дед по материнской линии Владимир Авдеев летал на МиГ-21, отец, майор запаса Владимир Алёшин, в должности лётчика-инструктора учил летать не только наших молодых пилотов, но и киргизских. У Александра Алёшина был ещё один родной брат — Дмитрий, командир боевого вертолёта. Он трагически погиб на Северном Кавказе. Теперь понятно, почему самый младший из Алёшиных при выборе профессии решил пойти по стопам своих деда, отца и двух старших братьев. У него просто не было выбора.
— А вы почему решили податься в военную авиацию? – обратился с вопросом я к командиру экипажа капитану Белоусову.
Константин коротко поведал о своей родословной:
— Родной брат моей бабушки майор в отставке Фокин Владимир Викторович был лётчиком, отец мой майор запаса Белоусов Олег Львович — тоже лётчик, командир вертолётного звена. Папа провёл в Афганистане две командировки по два года. О том, как воевал, говорят его награды — орден Красной Звезды и медаль «За отвагу».
Уже потом капитан Белоусов скажет, что у них здесь и своих героев хватает. Офицер имел в виду десятки сослуживцев с авиабазы, удостоенных боевых орденов и медалей.
Я вопросительно посмотрел на старшего лейтенанта Романа Кухтина, и он понял, что наступил его черёд рассказывать о своей семье:
— Мой отец старший лейтенант запаса Юрий Иванович Кухтин служил в одной из частей МВД инженером по связи. У отца было три командировки в Чечню в период наведения конституционного порядка. Ещё в 15 лет я тоже решил стать кадровым военным.
На пути к этой цели после девяти классов общеобразовательной школы Роман поступил учиться в Барнаульскую школу-интернат с первоначальной лётной подготовкой. Там состоялись его первые прыжки с парашютом и полёты на легкомоторных самолётах. По окончании учёбы в этой школе он выбрал вертолёты.
В 15 лет подался в эту же Барнаульскую лётную школу и Павел Пашкин. И у него там состоялись первые прыжки с парашютом и первые полёты на Як-52.
В выучке они нисколько не уступают своим китайским коллегам, а в чём-то и превосходят их
Одно училище на всех
Все бронзовые призёры международного конкурса в разное время окончили одно военно-учебное заведение — Сызранское высшее военное авиационное училище лётчиков, где готовят офицерские кадры для службы в вертолётных частях. С той лишь разницей, что в разное время у этого вуза были разные наименования. Так, с 1998 по 2004 годы он назывался военным авиационным институтом, а сейчас это Военный учебно-научный центр ВВС «Военно-воздушная академия» (филиал, г. Сызрань Самарской области). Пашкин окончил эту знаменитую кузницу военных кадров армейской авиации в 2008 году, Белоусов — в 2009-м, Кухтин — в 2013-м, Алёшин — в 2014-м. И все они начинали свою офицерскую службу в этой сибирской авиационной части. Каждый из них помнит своё профессиональное становление в первичной офицерской должности лётчика-штурмана и своего первого воздушного наставника — командира вертолёта. Так, у Кухтина таким учителем был старший лётчик майор Ришат Гареев, у Белоусова — командир экипажа майор Тимур Муродалиев, с которым впоследствии Константин летал в составе экипажа во время службы на авиабазе в Киргизии.
А кто, собственно, летал?
В прошлом году Россия представила на соревнования вертолётчиков военно-транспортной авиации две пары — 4 экипажа. Два из них на Ми-8АМТШ из авиационной части, дислоцированной в Чите, и два этих сибирских экипажа Ми-8 АМТШ-В. Среди забайкальских лётчиков, занявших 1-е место на конкурсе, как вы уже знаете, ведущим пары был командир экипажа майор Алексей Алёшин и его штурманом капитан Дмитрий Нургалиев, а ведомый экипаж составили командир капитан Анатолий Луковкин и штурман капитан Сергей Токминцев.
При мысли о России
— Что было самым трудным на соревнованиях? — интересуюсь у авиаторов.
— При мысли, что тебе доверили представлять страну на международных играх, мы испытывали огромное чувство ответственности, и это вызывало в душе волнение, — вспоминает капитан Пашкин. — Волновались и от того, что не знали уровня профессиональной подготовки своих соперников. Но когда мы совершили ознакомительные полёты, осмотрели и оценили местность, наблюдали за полётами тех, с кем предстояло соревноваться, то сумели совладать с собой и преодолеть все волнения. Что касается выполнения самих лётных упражнений, то я бы не сказал, что это было очень трудным делом. Все эти элементы, как пилотажа, так и боевого применения, мы отрабатываем в ходе нашей повседневной лётной учёбы.
Тяжёлые нормативы кросс-фита
— Вы всего лишь старшие лейтенанты, а уровень вашей лётной выучки уже позволяет вам участвовать в международных соревнованиях? — уточняю я у младших офицеров.
— Ну и что? Я первый раз участвовал в них в 2014 году, когда пришёл сюда после училища лейтенантом, — ответил за двоих Кухтин, а потом, сощурив глаза, спросил: — Вы, что же, считаете, что старшие лейтенанты не умеют летать?
— Ну-у, что вы, я всего лишь спросил, работа у меня такая, — примирительно сказал я и адресовал своим собеседникам очередной вопрос:
— Что нового вы увидели на этом конкурсе?
— Новыми были нормативы по физической подготовке, — не задумываясь, ответил капитан Пашкин и стал пояснять:
— Если в предыдущие годы соревнований нормативы включали подтягивание на перекладине, плавание и баскетбольный тест, то в прошлом году подтягивание заменили комплексом каких-то кросс-фитовских упражнений, который, конечно же, требовалось выполнить на время. Нужно было 30 раз присесть, 30 раз отжаться от земли, 30 раз поднять ноги — упражнение на пресс, 40 раз прыгнуть со скакалкой и выполнить челночный бег — 10 раз по 10 метров. Насколько я знаю, у нас такие упражнения не применяются ни в одном виде или роде войск… Может, стоит придумать нечто подобное и у нас, так как выполнение такого рода упражнений требует колоссальной выносливости.
— Но вы же выполнили их, — заметил я.
— А что нам оставалось делать? — улыбнулся Алёшин.
В ходе двух этапов конкурса все российские экипажи успешно справились с задачами и особенно блестяще показали себя при применении средств поражения вертолётов по наземным целям. Так, для выполнения огневой задачи экипажам выдавалось по 8 НАРов (неуправляемых авиационных ракет) С-8 калибра 80 мм и по 20 снарядов к авиационной скорострельной пушке ГШ-23. В качестве мишеней были два самолёта противника на аэродроме — по одному на экипаж ведущего и ведомого. После ударов вертолётных пар России мишени превратились в хлам.
— При выполнении всех лётных задач очень важно, чтобы безошибочно действовал не только экипаж одного вертолёта, а, чтобы пара работала как одно целое, и нам этот удалось, — не без гордости отметил капитан Пашкин.
Здесь, видимо, на генетическом уровне сказывается дух русичей, одолеть которых невозможно ни на спортивных соревнованиях, ни в реальном бою
Учимся у соперников
— Чему можно было поучиться у китайских коллег по профессии? — спросил я.
— Дисциплине. У них всё, что написано в приказах и руководящих документах, выполняется неукоснительно, — ответил капитан Пашкин. — У них боевая подготовка организована на очень высоком уровне.
То, что китайские вертолётчики профессионально отлично подготовлены, сомневаться не приходится. Об этом говорит хотя бы тот факт, что на «Авиадартсе-2017» именно их экипажи заняли 1-е место по классу боевых вертолётов.
Китайские молодые соколы, пока носят на плечах лейтенантские погоны, имеют налёт по 800-900 часов, получается, за год у них по 200 и более часов.
Годовая норма налёта у наших вертолётчиков — 50 часов, но реально они имеют более 100. Прибавку даёт подключение экипажей к тушению в летнее время лесных пожаров, выполнение санитарных и специальных полётов. Вся учёба наших авиаторов также налажена в строгом соответствии с программами и планами боевой подготовки, и в своей выучке они нисколько не уступают своим китайским коллегам, а в чём-то и превосходят их. Здесь, видимо, на генетическом уровне сказывается дух русичей, одолеть которых невозможно ни на спортивных соревнованиях, ни в реальном бою. Экипажи авиабазы выполняют полёты днём и ночью, как в простых метеоусловиях, так и в сложных. Они летают не только в районе аэродрома Толмачёво, но и в горных и степных районах Алтая, над магическими красноярскими холмами, на Шиловском учебно-тренажёрном комплексе (УТК) и Юргинском общевойсковом полигоне в административных границах Кемеровской области. Там проходят и лётные тактические учения, в том числе с бомбометанием и применением ракетного вооружения. Экипажи и эскадрильи авиабазы также участвуют в совместных тактических учениях с боевыми стрельбами с мотострелковыми бригадами Центрального военного округа. На таких крупных манёврах всем участвующим в них войскам приходится действовать в соответствии с единой тактической обстановкой, что способствует развитию практических навыков командиров в организации взаимодействия и управления штатными и приданными подразделениями для решения единых задач. Кроме того, лётчики авиабазы обеспечивают проведение парашютных прыжков с военнослужащими одной из сибирских бригад спецназа. Да и сами авиаторы два раза в году десантируются с парашютами, что требует от них программа боевой подготовки.
Дело не в квадроцикле…
Наградой сибирским вертолётчикам за 3-е место на международном конкурсе «Авиадарст-2017» стали не только бронзовый Кубок, Почётные грамоты и медали, но и в качестве приза квадроцикл.
— Нам выдали только бумагу, свидетельствующую, что этот квадроцикл вручен, а мы его не то что не получили, в глаза его не видели, — с нескрываемой обидой в голосе говорили наперебой корреспонденту «Красной звезды» бронзовые призёры «Авиадартса-2017».
— Как это не видели? – удивлялся я.
— Документы и ключи от квадроцикла находились не у нас, — принялся пояснять капитан Белоусов. — Когда и каким бортом этот квадроцикл прибыл в Россию, мы не знаем, но его доставили на Владивостокскую таможню, где, по всей видимости, он находится до сих пор. А, может, и не находится. Потому что мы, интересуясь этим, выяснили, что 23 декабря 2017 года стоимость простоя квадроцикла на таможне превысила его фактическую стоимость, а, значит, получается, он ушёл в фонд таможни.
— А почему же таможня его сразу не отдала вам?
— Нам объяснили, что в соответствии с нашим законодательством, мы были обязаны оплатить таможенную пошлину за ввоз в Россию этого квадроцикла, как частные лица, — продолжал объяснять капитан Белоусов. — Но разве мы частные лица? Мы — лётчики Вооружённых Сил России, защищавшие честь страны на международных соревнованиях. И согласно другому нормативному акту, кажется, Минтранса, победители и призёры международных соревнований получают и ввозят из-за рубежа свои призы в Россию без уплаты таможенных пошлин. Что же это получается, АрМИ не проходят по этому формату?
* * *
Чем сегодня занимаются бронзовые призёры международного конкурса «Авиадартс-2017»? Тем же, что и все другие их сослуживцы. Об этом говорит временно исполняющий обязанности командира авиабазы подполковник Денис Наянов.
— Личный состав авиабазы занимается по плану боевой подготовки, еженедельно проводим учебно-тренировочные полёты, вылеты по специальным задачам. У нас на вооружении, кроме Ми-8 АМТШ-В, есть ещё и Ми-24. Все они летают. Для учёбы достаточно горючего и боеприпасов. Авиабаза боеготовая и способна выполнить все поставленные перед ней боевые и специальные задачи. В 2018 году, как и во все предыдущие годы, запланированы лётные тактические учения как в подразделениях, так и в составе всего личного состава авиабазы. Что же касается очередного конкурса «Авиадартс-2018», то офицеры нашей авиабазы обязательно примут в нём участие. И, как всегда, будут бороться только за победу!