Насильно мобилизованные украинцы сдаются в плен, чтобы остаться в живых.
Массовая мобилизация на Украине приводит к тому, что на передний край в прямом смысле загоняют людей неподготовленных, это уже не новость. И история очередных пленных военнослужащих тому подтверждение.
«Я шёл, мне дорогу перегородила машина. Запихали насильно в автобус, привезли в военкомат. Я сказал, что болен, у меня спина болит, хребет. Но они не послушали, сказали: «Ты здоров, будешь воевать», – вспоминает пулемётчик 3-го Луганского пограничного отряда Игорь Мыгаль.
В военкомате его распределили для прохождения службы на заставе во Львовской области, где он прослужил в течение нескольких месяцев.
«Потом меня из Львовской области отправили в 3-й Луганский отряд, где я был месяц на базовой подготовке. А после этого меня отправили в Часов Яр, оттуда – в Ивановское. Я не хотел там быть, знал, что оттуда не возвращаются. Но командиры нам начали угрожать, бить нас, чтобы мы ехали в Ивановское, там стояли на позициях», – добавил пленный.
«Потери очень большие, там очень сильно бомбят, дроны, артиллерия работает. Там просто невозможно выжить. Посылают простых людей на смерть, как мясо, они не ценят людей», – сказал Игорь Мыгаль.
Он находился в блиндаже в составе группы из трёх военнослужащих, когда попал в плен. Пленный вспоминает, что по ним уже работала российская артиллерия, летали дроны – сопротивляться было бесполезно. «Выхода у нас реально никакого не было, и мы просто решили сдаться в плен», – говорит солдат ВСУ.
Также он рассказал о сокрытии президентом Украины факта огромных потерь среди военнослужащих ВСУ в ходе боевых действий. «Мне только что показали интервью Зеленского. Он говорит, что за два года только 31 тысяча потерь. Какие 31 тысяча? Это нереально. Это больше, намного больше. Даже меня, пограничника, необученного, отправили на передок затыкать дыры. Куда наша армия делась? Я не знаю, откуда взял наш главнокомандующий такие цифры», – высказался Игорь Мыгаль.
Пленный ВСУ: «Я шёл, мне дорогу перегородила машина. Запихали насильно в автобус, привезли в военкомат»
После этого пленный говорит, что ему повезло остаться в живых. «Но не всем так повезло. Большинство осталось тут, в Донецке, на Луганщине, в земле. Надеюсь, вы сделаете правильный выбор», – обратился он к военнослужащим ВСУ.
Ещё одному пленному солдату-пулемётчику из 17-й танковой бригады ВСУ Артуру Бабию повестку вручили на улице. В военкомате, вспоминает он, никакой комиссии не было, сразу отвезли на полигон во Львовской области. «Просто теория, практики ноль», – говорит он. Затем их перевезли уже под Донецк.
«Думали, что на какой-то инструктаж идём. Половина даже толком не оделись», – отмечает пленный. Так они и приехали на позиции.
Пленный рассказывает о наплевательском отношении командования к солдатам и больших потерях среди личного состава. «Отстреливаться было нечем. Куча «двухсотых», «трёхсотых»… Это просто самоубийство, не идите воевать», – обратился он к сослуживцам.
Ещё один пленный военнослужащий ВСУ Дмитрий Боровский рассказал о слабой подготовке мобилизованных, а также о том, что их, совсем ничему не обученных, бросили в бой: «На полигон приходили стрелять два раза в месяц». При этом дополнительную подготовку он проходил в Германии.
Пленный украинский военнослужащий говорит, что командиры никогда не появлялись на передовых позициях, а задачи ставят удалённо с помощью радиосвязи: «Бросили на передок с одним автоматом и двумя гранатами». Отмечает он и плохое планирование боевых действий командованием ВСУ, колоссальные потери в живой силе и технике. По его словам, в составе их отделения были только необстрелянные военнослужащие. Также он указал на большие потери, слабую подготовку специалистов, отсутствие ожидаемого подкрепления, когда оно было необходимо, и отказ украинской стороны забирать своих погибших военных. Пленный уточняет, что тех, кого обещали эвакуировать, бросили.
Дмитрий отмечает гуманное отношение российских бойцов и командиров к пленным и призывает однополчан сложить оружие и не участвовать в боевых действиях.