Всё чаще при огневом контакте с российскими военнослужащими они либо сдаются в плен, либо панически бегут с позиций.
Эту тенденцию отмечают воины 255-го гвардейского мотострелкового полка Южного военного округа. Младший сержант Дмитрий с позывным «Кабан» в составе штурмовой группы не раз отбивал позиции у укронацистов, которые избегали боя. А прапорщику Евгению с позывным «Прапор» неонацисты трижды группой сдавались в плен.
Дмитрий родом из Адыгеи. В зону специальной военной операции отправился при частичной мобилизации. Признаётся: если бы не пришла повестка, сам бы скорее всего заключил контракт.
– Я был настроен сюда идти, а тут ещё и Родина позвала. Не сомневался вообще ни в чём. С 2007 по 2009 год служил в разведке по контракту в Будённовске. Там была очень хорошая тактическая подготовка, навыки никуда не делись. Были мысли, что я должен исполнить свой персональный воинский долг в этом конфликте, так как у меня имеется необходимый для этого опыт. Знаю, что мой сын мной гордится, – рассказывает о глубинной мотивации младший сержант.
На позиции у противника было численное превосходство, но это не помешало нашим штурмовикам обратить его в бегство
Во время первого штурма Дмитрий преодолел восемь километров пешком, чтобы выбить противника из опорного пункта. Задача была не из простых. Всё небо было в «птицах» врага, постоянно сохранялась угроза поражения артиллерией. Такой маршрут можно было пройти только пешим ходом, техника оказалась бы как на ладони.
– Вдвоём с товарищем в течение двух суток добирались до блиндажа. Успешно прошли и проползли восемь километров. От дронов скрывались в лесополосах, зелени там много, так они нас и не обнаружили, – вспоминает путь «Кабан».
На позиции у противника было численное превосходство, но это не помешало нашим штурмовикам обратить их в бегство.
– Бой был недолгим, точнее, боевики просто побоялись вступать в него, хотя их было четверо. Закидали их гранатами, и они сразу начали отходить. Мы спокойно заняли позицию и удерживали её 10 дней, пока не подошла группа закрепления, – рассказывает о штурме Дмитрий.
В течение всего этого времени враг пытался вынудить нашу боевую двойку отступить. Били и FPV-дронами, и из миномёта, и даже кассетными боеприпасами.
– Блиндаж находился на открытой местности между двумя лесополосами, его было очень хорошо видно беспилотникам. Враг знал, что мы там всё это время укрываемся, – описывает, вспоминая расположение опорного пункта, «Кабан».
Но штурмовики, находясь под плотным огнём полторы недели, не оставили позицию. Это позволило нашим подразделениям продвинуться вперёд на данном участке линии боевого соприкосновения.
…В настоящий момент младший сержант выполняет задачи в составе высокомобильной группы. На мотоцикле осуществляет подвоз боекомплекта и продовольствия на передовую, а также занимается эвакуацией раненых. На его счету более 10 спасённых жизней.
– При эвакуации противник всё время пытается ударить по нам FPV-дронами. Стараемся выбирать время, когда «птичек» минимум. Постоянно в концентрации: следишь и за раненым, и за небом. Бывает, что за один день делаем по нескольку выездов. Самое большое расстояние, которое преодолел на мотоцикле за сутки, – порядка 60 километров.
В качестве защиты от беспилотников «Кабан» на каждый выезд берёт с собой «Сайгу». Случалось сбивать из ружья FPV-дроны противника прямо в динамике выполнения задачи.
– Последний раз ехали на мотоциклах группой. Я впереди, за мной ещё двое. FPV-дрон вылетел прямо на нас, дистанция маленькая, видел снизу даже подвешенный под ним снаряд. Остальные спешились и побежали к лесополосе. У нас были тяжёлые рюкзаки, быстро передвигаться тяжело. Я выхватил ружьё, изготовился к тому моменту, когда дрон подлетел ближе. Первым же выстрелом сбил его, – рассказывает о том, как не растерялся в экстремальной ситуации и испытал радость победы, Дмитрий.
Его сослуживец прапорщик Евгений родом из Республики Крым. Он доброволец, заключил контракт в 2024 году в Севастополе.
– Главная мотивация для меня здесь – защита Родины. Борьба против фашизма, терроризма боевиков и геноцида жителей народных республик, воюем ради будущего наших детей. Поэтому здесь большинство ребят так же, как и я, сражаются, – рассказывает о причинах, натолкнувших его на это решение, «Прапор».
Трижды во время штурмов опорных пунктов противника боевики просто сдавались Евгению с товарищами в плен.
– Закидываем несколько гранат, подавляем стрелковым огнём. А боевики не готовы вступить в бой, не хотят воевать. Совсем недавно так взяли двоих. В основном они сами принимают решение сложить оружие, сдаются, даже если у них численное превосходство, – приводит примеры подобных ситуаций прапорщик. – Либо же просто бегут. Непосредственно при встрече с нашими бойцами или заранее. Если идёт накат по линии фронта, то они от соседей по позициям узнают об этом и заранее бросают позиции, – добавляет он.
«Прапор» часто работает на закреплении в опорных пунктах. ВСУ норовят ударить по недавно потерянным позициям всем, чем могут дотянуться. Однако с живой силой противника при выполнении таких задач Евгению сталкиваться не приходилось.
– Следующая штурмовая группа идёт дальше, а мы остаёмся на позиции, чтобы в случае чего остановить накат врага. Но до такого ни разу не доходило, так как уверенно идём вперёд, шансов противнику не оставляем, – отмечает успешную работу штурмовиков «Прапор».
Группировка войск «Южная»