Молодой десантник две недели сдерживал наступление врага под Курском.
В перехваченных радиопереговорах противника прозвучала раздражённая фраза: «Этот с перебинтованной головой всё ещё там!» А относилась она к Герою России гвардии лейтенанту Эммануилу Давыдову, недавно окончившему легендарное Рязанское воздушно-десантное училище. На протяжении тринадцати дней он – несколько раз раненный, почти в полном окружении – удерживал рубеж. Отбивал накаты, ставил мины-ловушки, разбивал вражескую технику…
Ни шагу назад
По данным разведки, противник собирался прорваться через Глушковский район, чтобы зайти в тыл наших войск. На один из рубежей вероятного прорыва по дороге Новый Путь – Весёлая отправилась группа гвардии лейтенанта Давыдова. Но враг пошёл в наступление раньше. Когда в поле зрения появились украинский танк и две бронемашины, молодой офицер осознал, что найденное укрытие сможет вместить всего пару человек и уж точно не выдержит прямого попадания из надвигающегося танка. Решение пришло за секунду: Эммануил приказал личному составу отходить, а сам остался прикрывать их и держать рубеж. Рядом встал «Хакас», 60-летний доброволец. Оба знали, что, пока они будут бороться здесь, остальные успеют подтянуть резервы.
– Выстрелил по танку из одноразового гранатомёта. Один раз, второй, но осколочные заряды против такой брони почти бесполезны, – вспоминает Эммануил.
Стальная машина притормозила – до вражеского экипажа, видимо, дошло: бьют оттуда, где, как им обещали, не будет никакого сопротивления. Танк начал откатываться, медленно поворачивая ствол орудия… Грянул выстрел. Осколки разорвавшегося рядом снаряда ударили молодого офицера в плечо больно и резко.
– Показал «Хакасу», как делать тампонаду. Едва успел перемотать плечо, как к укрытию подкатила бронемашина и открыла по нам огонь из пулемёта. Я сбил пулемётчика. Но из второй бронемашины уже высадился вражеский десант. «Хакас» заряжал магазины, я отстреливался. Уничтожили их ещё на подходе, – продолжает рассказ уже старший лейтенант Давыдов.
Но передышка была недолгой. В это время с тыла начала заходить вторая группа противника… Десантники заметили их вовремя, но, отстреливаясь, офицер ощутил резкий удар в голову.
По примеру отца
Эммануил воспитывался на сказаниях о русских богатырях, на подвигах воинов и полководцев, а перед глазами всегда был пример отца – спецназовца, обладателя крапового берета, прошедшего Северный Кавказ, который после увольнения в запас занимался духовно-патриотическим воспитанием молодёжи в Пермском крае. С началом спецоперации он добровольцем ушёл на фронт, где до сих пор стойко противостоит врагу, несмотря на возраст и полученные ранения.
Неудивительно, что все четверо детей четы Давыдовых посвятили себя служению Родине. Старший сын, Дмитрий, приёмный ребёнок Владимира и Светланы Давыдовых, окончил Пермский военный институт войск национальной гвардии, участвовал в специальной военной операции и уже обзавёлся семьёй. Сейчас учится в военной академии. Вслед за Эммануилом в легендарное десантное училище поступил и Даниил. А их младшая сестра Анастасия, желая помогать людям, поступила в медучилище.
О том, что собирается стать курсантом знаменитого РВВДКУ имени генерала армии В.Ф. Маргелова, Эммануил объявил родителям после 9-го класса.
– А если не поступишь? Конкурс высокий… Может, что попроще выберешь? – спросил отец.
– Значит, пойду в армию, а потом попробую снова, – уверенно ответил Эммануил и пояснил: – За экзамены родители не переживали: учился я на отлично. А вот физподготовка… Я был пухлым, даже ни разу подтянуться не мог.
За два года до поступления отец начал закалять его, обучал единоборствам. Когда во время ежедневных пробежек, казалось, сил не оставалось и с губ парня срывалось «больше не могу», отец спокойно и непреклонно отвечал: «Можешь». Вскоре Эммануил без труда пробегал расстояние от школы до дома – 12 километров.
Закалка характера продолжилась и в Воздушно-десантном училище, о годах учёбы в котором он вспоминает с особой теплотой. Известие о начале спецоперации застало его на четвёртом курсе. Истории о героизме недавних выпускников родного училища, кого он знал лично, задевали за живое. А вскоре на фронт ушёл его отец… К курсантам приходило понимание, что суровые испытания могут ждать и их. Но никто не думал сворачивать с намеченного пути, отмечает Эммануил.
Окончив с красным дипломом кузницу кадров ВДВ, он распределился в прославленную Тульскую гвардейскую воздушно-десантную дивизию. А когда враг напал на Курскую область, попросил комбата отправить на передовую и его, несмотря на то что возможность остаться у него была.
Детство он провёл в деревне подле Белогорского Николаевского монастыря Пермского края, где помогал в храме отцу Дорофею – был пономарём. Так родился позывной «Пономарь», который станет известен на передовой.
«Пономарь» выходит на связь
«…Не убоишься ужасов в ночи, стрелы, летящей днём», – начал шептать знакомую молитву «Пономарь», бинтуя голову. Выстрел пробил насквозь каску, но пуля лишь скользнула по коже. Десантник заметил, как группа противника, решив, что сопротивления больше не будет, пошла в полный рост. Мысли метнулись к прошлому: к отцу, который сейчас находился на передовой, к мечте стать офицером ВДВ, к пяти годам в десантном училище… Строки молитвы продолжали срываться с губ, когда он открыл по противнику огонь.
Патроны стремительно таяли. Большая часть боезапаса лежала в цинках: вскрыть их быстро не получилось бы, а время утекало сквозь пальцы. Тогда Эммануил, отвлекая внимание вражеской группы, выстрелил по ним из гранатомёта и рванул к находящемуся недалеко от укрытия пулемёту. А следом пришла очередь разобраться и с боевой машиной – спустя считаные минуты она запылала, чёрным дымом отмечая итог этой схватки.
– Перед боем оборвалась связь – провод перебило танковым снарядом. Пришлось лезть на дерево, где была антенна, чтобы связаться со своими. Боль в раненой руке такая, что слёзы непроизвольно катились, – признаётся Герой России. – Наши частоты уже поменяли, но «Титан», командир роты, оставил одну под меня, надеясь, что мы выжили.
Так они узнали, что находятся в полуокружении и добраться подмоге к ним будет непросто… «Пономарь» понял: если они уйдут, путь к Курской земле для врага станет проще. И они остались, превращая свою позицию в ловушку для противника.
Западня для врага
Дни тянулись в постоянном напряжении. Без отдыха, почти без сна. Боеприпасы были на исходе: всего шесть выстрелов для гранатомёта. Зато у «Пономаря» оставались противотанковые мины, которые он установил на дороге, словно шлагбаум.
– Одна противотанковая мина была без взрывателя. Задался вопросом: если соединить её с противопехотной, она сдетонирует? – вспоминает «Пономарь». Ответ пришёл позже, когда на неё наступил противник – прогремел взрыв, уничтоживший очередную наступающую группу.
Во вторую ночь «Пономарь» подбил проезжавший мимо украинский бронетранспортёр.
– Это оказался «Козак» с подвозом. В нём, помимо боеприпасов, оказалась радиостанция, которая давала шанс слышать, что происходит вокруг. Так, например, когда закидывали их окоп гранатами, в эфире раздалось: «В метре от меня падает!» Так, в метре, значит, ещё немного подкорректируем, – рассказывает Герой России.
Дважды противник пытался выбить десантников с позиции, но каждый раз нарывался на жёсткий отпор. Враг попытался объехать их стороной. Тогда бойцы сменили укрытие, предварительно заминировав покинутое. А на пятый день к ним сумела прорваться подмога тульских гвардейцев.
– «Туапсе», «Сахара», «Тимон», «Якудза». Нас стало шестеро. Уже можно было строить дальнейшие планы по обороне. Но боеприпасов становилось всё меньше, – вспоминает «Пономарь». – «Хакас» и «Туапсе» отправились за ними: шесть километров по пересечённой местности вблизи противника, скрываясь от дронов… Их не было весь световой день. Мне оставалось только молиться за них. Они вернулись под вечер, принесли еду, воду, боекомплект – приличный по весу груз. Разгрузились, снова накинули рюкзаки и пошли обратно.
За это время группа «Пономаря» уничтожила 12 единиц вражеской техники, в том числе танк «Леопард»
Дерзкие идеи тульских десантников
За это время группа «Пономаря» уничтожила 12 единиц вражеской техники, в том числе танк «Леопард». Его заметили на восьмой день обороны.
– Мы по нему попали раз, другой, а он горит, но едет. Тогда с «Сахарой» решили стрелять на опережение, вынуждая его маневрировать. В итоге машина свернула на ту дорогу, где я ранее ставил минный шлагбаум. В общем, от танка ничего не осталось, – рассказывает «Пономарь». Вскоре и на их покинутой позиции прогремел взрыв – сработали его минные ловушки.
Одну из подбитых им БМП лейтенант решил и вовсе использовать для уничтожения досаждавшей им машины противника.
– Никак не могли её пробить из 7,62-мм. А тратить ценные гранатомётные выстрелы жалко: во-первых, они всё же для техники помощнее, а во-вторых, машина едет очень быстро, могу не попасть. Нужен был другой способ, – говорит офицер.
Под покровом темноты он добрался до подбитой БМП, забрался внутрь и смог разобраться в управлении, вспомнив добрым словом преподавателей по огневой подготовке. Дождавшись, когда на дороге покажется та самая машина, десантник дал длинную очередь из 30-мм пушки – автомобиль улетел в лес, перевернувшись несколько раз.
А в один из вечеров прилетела «Баба Яга». До утра, вспоминает десантник, она сбрасывала зажигательные боеприпасы. Каждые двадцать минут – новый удар. «Пономарь» лежал в укрытии и молился, повторяя знакомые строки псалмов. Но ни одна бомба не попала в цель.
В другой раз «Пономарь» услышал характерное жужжание дрона.
– Потянулся за автоматом, а вместо него нащупал лопату, которую мы из «Козака» забрали. Вижу, на меня уже летит сброс, и просто отбиваю его этой лопатой, – рассказывает десантник.
А вот второй снаряд взорвался рядом с ним. Он успел сбить вражескую «птичку» огнём из автомата, но в следующий миг руку прострелила резкая боль, пальцы разжались сами собой… Его эвакуировали под утро, когда небо только начинало сереть. Он почти не помнил этого – поднялась температура, накатывали боль и слабость.
В госпитале он услышал, как один дроновод с восхищением рассказывает: «Смотрим, техника противника подрывается и горит. Кто там их так бьёт?!» Так «Пономарь» узнал, что молва о стойких десантниках разнеслась по направлению. Два месяца он провёл в госпитале, а восстановившись, вернулся под Курск, к своим.
Об этом десантнике я тоже была наслышана ещё до знакомства. А сейчас, глядя на высокого крепкого парня, слушая его спокойный, уверенный голос, невольно ловлю себя на мысли: нет, не оскудела богатырями земля Русская – они среди нас. Только теперь не в кольчугах и с мечами, а в бронежилетах и с автоматами, но по-прежнему готовы стоять до конца за родную землю.
Тула