Тесное взаимодействие «зелёных фуражек» и «голубых беретов» помогает успешно выполнять боевые задачи.
28 мая – День пограничника
Во все периоды отечественной истории, когда над страной нависала опасность, пограничники плечом к плечу с армейцами вставали на пути врага. И сегодня, в условиях специальной военной операции, сотрудники Пограничной службы Федеральной службы безопасности вместе с военнослужащими Вооружённых Сил Российской Федерации самоотверженно и стойко противостоят возрождающемуся нацизму, проявляя при этом тесное взаимодействие и братскую взаимовыручку.
Об одном из таких случаев мы узнали от коллег из журнала Федеральной службы безопасности «Пограничник».
В Пограничной службе ФСБ России есть должность участкового уполномоченного, в обязанности которого входит взаимодействие с местными органами власти и населением на приграничных территориях в интересах охраны государственной границы. Одно из важных требований к сотрудникам, занимающим эти должности, – хорошее знание своего участка местности и проживающих на нём граждан.
В недавнем прошлом, когда зарвавшийся враг пытался захватить нашу территорию, именно эти качества пограничника в решающей мере помогли спасти жизнь десяткам российских воинов, оказавшихся в труднейшей и, казалось, безвыходной ситуации на территории Курской области, в то время контролируемой боевиками, а также успешно выполнить ряд ответственных боевых задач.
Когда стало известно, что в районе одного из населённых пунктов на территории, временно контролируемой боевиками ВСУ, находится группа наших военнослужащих практически уже без боеприпасов, питания и медпомощи, им на помощь выдвинулась группа разведчиков Воздушно-десантных войск.
Тактическая обстановка менялась практически ежечасно. В этой каше из своих и чужих малейшая ошибка могла стоить слишком дорого. Именно в эту мясорубку и предстояло погрузиться разведчикам.
Для выполнения боевой задачи требовалось абсолютное знание местности, но десантники, переброшенные с другого направления, оказались здесь впервые. На помощь пришли «зелёные фуражки» и выделили проводника – прапорщика Виктора Р., который и занял место во главе колонны из двенадцати матёрых разведчиков. Во взгляде десантников сквозил холодок недоверия к тринадцатому: выдержит ли погранец привычный для разведчиков темп, как поведёт себя в непредвиденной ситуации?
Вскоре тринадцать теней двинулись сквозь густой лес. Первые же километры марш-броска стёрли снисходительные улыбки. Страж границы шёл уверенно, полагаясь не на навигатор, а на память. Обходил тропы, которые могли попадать под наблюдение, вёл группу по заросшим промоинам, где следы практически незаметны. Его умение двигаться бесшумно, сливаясь с ландшафтом, заставило даже опытных разведчиков смотреть на него с уважением.
Его задача была тонкой и смертельно опасной: выбрать маршрут, провести, поставить группу на исходную для броска и так же невидимо вывести её обратно. Пограничник ходил по краю. Слышал, как свистят пули, предназначенные ему, но пролетающие на сантиметр выше шлема
Ещё до начала специальной военной операции прапорщик был пограничным уполномоченным в этом районе. Знал каждого местного жителя в лицо, каждую ферму, каждый брод через речушку. К тому же Виктор уже успел получить боевой опыт «за ленточкой». Довелось ему участвовать в уничтожении диверсионно-разведывательной группы бандеровцев, которая пыталась зайти на нашу территорию.
Проводник не подвёл, своё дело сделал. В назначенное время группа максимально скрытно пришла в указанную точку. Признаков возможной засады не обнаружили. Десантники стали окапываться. Золотое правило на войне: хочешь жить – копай. Так они провели несколько часов в полной тишине, наблюдая. И только когда тени начали удлиняться, от ближайшего дома отделилась одинокая фигура. К счастью, им действительно оказался командир солдат, измождённый, с пересохшими губами.
Встреча была стремительной, без лишних слов. План родился мгновенно: наутро выдвигаться мелкими группами и перебежками уходить в лес. Ночь накрыла густой, почти осязаемой темнотой. Группа десантников заняла круговую оборону. Дремали урывками по очереди, с оружием на коленях. Пограничник, прижавшись к корням старой сосны, прокручивал в голове завтрашний маршрут отхода. Вдруг его мысли натянулись как струна и тут же оборвались. Не шевельнувшись, лишь сменив фокус, он заметил движение. К лесу, будто призраки, двигались люди. Человек пятьдесят обтекали их позицию двумя группами, словно тёмная вода камень посреди ручья.
Сердце колотилось, палец лежал на спусковом крючке. Но в следующий момент всё встало на свои места. Как выяснится позже, две группы противника шли параллельно друг другу, чтобы соединиться для наступления на село. Каким-то чудом силуэты российских десантников в лесу бандеровцы приняли за своих. Ситуация на острие ножа. Силы слишком неравны. Вступить в бой означало гарантированно сорвать операцию. Решение пришло мгновенно.
– Сидим тихо. Пусть проходят. Ни шороха, – приказ передали по цепочке.
Следующие минуты стали испытанием на прочность для каждой нервной клетки. Совсем рядом украинские националисты, слышались их тяжёлое дыхание, скрип снаряжения, приглушённый смех. Так близко, что, казалось, можно разглядеть черты лиц. Разведчики вросли в землю, перестали дышать. И враг прошёл. Опасность миновала.
Измотанные пограничники под контролем десантников уже готовились в обратный путь. Но тут в стороне села прогремел оглушительный рокот – удар артиллерии и авиации. Небо озарилось сполохами разрывов. Где-то там, на подступах к населённому пункту, по противнику работала наша ударная группа.
Ночной марш врага стал для него роковым. Те, кто пережил ад артналёта и авиаудара, откатывались назад. Десантники, оценив обстановку, решили дать бой. Столкновение было яростным. Разведчики и пограничник открыли шквальный огонь. Короткая, но жестокая перестрелка в подлеске. Поняв, что напоролись на организованные силы, боевики поспешно ретировались. Обгоняя друг друга, бросая убитых и раненых, мчались туда, где их ждал американский бронетранспортёр M113. Схватка закончилась так же внезапно, как и началась. В лесу воцарилась тишина. Можно двигаться домой.
Для выполнения боевой задачи требовалось абсолютное знание местности, но десантники, переброшенные с другого направления, оказались здесь впервые
Новая задача поступила, едва группа, ещё не отошедшая от нервного напряжения предыдущей вылазки, передала спасённых солдат и получила несколько часов на сон. Приказ был кратким и жёстким: проложить маршрут для колонны техники в сторону другого села. И снова первую скрипку играл пограничник. Эту местность, все окрестные поля и лесополосы он хорошо знал. Помнил каждую канаву, пригодную для укрытия, и каждую дорогу.
Выдвинулись в сумерках. Пограничник шёл строго впереди. Его взгляд был прикован к земле, выискивая малейшие признаки: излишнюю бугристость почвы, неестественно лежащую ветку, натянутую нить проволоки. За ним следовали остальные. Продвигались медленно, метр за метром. Прапорщик дважды останавливал группу жестом, замирая перед подозрительным участком.
Подойдя к последней лесополосе перед конечной точкой маршрута, десантники залегли. Отсюда, с пригорка, открывался вид на село. И картина стала ясной: населённый пункт под противником. Судя по оборудованным позициям на окраинах, он активно готовился к обороне.
Разведчики закрепились на достигнутом рубеже и стали глазами и ушами наступающих, передавая им координаты первоочередных целей. После непродолжительной артподготовки послышался нарастающий гул. Пошли наши. Бой закипел на улицах. Противник, оглушённый артиллерией и лишённый преимущества внезапности, яростно сопротивлялся. Но наши штурмовики, действуя мелкими мобильными группами, наступали.
Появился первый «трёхсотый». Тогда группе разведки с пограничником-проводником поступил приказ эвакуировать раненого. Вытаскивали под обстрелом из красной в жёлтую зону. Там относительно безопаснее, можно перевязать, оценить состояние. Но это не тыл, а место временной передышки, где ещё свистят шальные пули. Именно сюда, в импровизированный медпункт, они и доставили пулемётчика с двумя ранениями. Фельдшер покачал головой: «Здесь я бессилен. Срочно нужен хирург».
Оставить раненого в жёлтой зоне означало подписать ему смертный приговор. Ждать санитарный автомобиль бессмысленно – не доедет. Сожгут сразу, как только выедет из укрытия. Выход один: пробиваться пешком своими силами.
Броню скинули. Всё лишнее тоже. Оставили только автоматы и магазины. Небо кишело вражескими FPV-дронами и «Мавиками», контролировавшими каждый квадрат, поэтому предстояло двигаться не по кратчайшему пути, а зигзагами от одной лесополосы к другой, от развалин сарая к оврагу. Любой открытый участок таил в себе смертельную опасность. Разведчики бежали рывками, залегали, замирали, прислушиваясь к жужжанию в небе. Снова бежали.
Перед спринтом по очередной «открытке» начался миномётный обстрел, причём довольно точный. Обменявшись взглядами, разведчики приняли единогласное решение. Через секунду они рванули с места. Вокруг рвались снаряды, время словно замедлилось. Но их расчёт и выносливость оказались сильнее этого ада. Измождённые, с окровавленными и стёртыми в мозоли руками, они достигли пункта, где их ждали такелажники. Раненого бережно погрузили, и машина вмиг устремилась в сторону полевого госпиталя. Боевые товарищи, не смирившись с приговором «до утра не дотянет», совершили невозможное. Теперь судьба пулемётчика была в надёжных руках хирургов.
На отдых времени не оставалось. В районе села продолжали вести бой товарищи. Обратный путь – уже не скрытное, выверенное перемещение от укрытия к укрытию, а бег на пределе. Лёгкие горели, ноги были ватными от напряжения, но скорость не падала.
Опушка леса, что на подступах к селу. Ещё несколько десятков метров – и можно влиться в боевые порядки своих, поддержать огнём. Вдруг воздух разрезал знакомый, леденящий душу звук – не высокий свист мины, а тяжёлый хлопок танкового выстрела. Земля встала дыбом впереди на несколько метров, осыпая комьями грязи и щепками. Все вжались в землю, стараясь стать её частью. Второй выстрел. Ещё один разрыв. На сей раз позади. Корректировка. Не было времени на обдумывание. Едва их ноги оторвались от земли, позади громыхнуло. Третий снаряд врезался аккурат туда, где они только что лежали… Танк, удовлетворившись прямым попаданием, перенёс огонь на другие цели.
Этот бой на окраине села – лишь одна из многих глав. Для пограничника война продолжалась. День за днём, ночь за ночью. Он так и остался с группой разведки, став её незаменимым проводником, компасом в красных зонах.
Ещё до начала специальной военной операции прапорщик был пограничным уполномоченным в этом районе. Знал каждого местного жителя в лицо, каждую ферму, каждый брод через речушку
Следующие несколько недель слились в одну непрерывную изматывающую операцию. Он снова и снова водил штурмовые группы в самое пекло. Его задача была тонкой и смертельно опасной: выбрать маршрут, провести, поставить группу на исходную для броска и так же невидимо вывести её обратно. Пограничник ходил по краю. Слышал, как свистят пули, предназначенные ему, но пролетающие на сантиметр выше шлема. Был на волосок от гибели столько раз, что потерял счёт. Это стало частью боевой работы.
Пограничник провёл с разведчиками – штурмовиками бригады десантников почти месяц. За это время он стал по-настоящему своим, не «приданным от погранслужбы», а полноправным членом группы. Он знал привычки десантников, их шутки, их особый суровый юмор. Они в свою очередь безоговорочно доверяли его чутью, молчаливой уверенности, способности вывести из-под огня.
Погранец стал для десантуры настолько своим, что многие из «крылатой пехоты» были уверены, что его перевели в бригаду окончательно. Что теперь он часть их братства, скреплённого грязью суджанских полей. Но поступил приказ: проводника отзывали обратно. Свою миссию в рядах крылатой гвардии он выполнил.
Когда мужчина собрал свой нехитрый скарб – разгрузку, комплект СИБЗ, автомат, прибор ночного видения, – его обступили десантники. Произносить долгие речи никому не хотелось, тем более что они научились друг друга понимать без слов. Позади совместно пролитая кровь, дым от разорвавшихся гранат и спасённые жизни.
Нарушил тишину старший.
– Ну что ж, брат. Теперь ты можешь не только отмечать День пограничника 28 мая, но и по праву праздновать День ВДВ 2 августа. Считай, экзамен сдал, – сказал он и протянул пограничнику небольшой прошитый нитками патч. На нём изображена чёрная летучая мышь с расправленными крыльями – символ военной разведки.
«Красная звезда» от имени всех военнослужащих Вооружённых Сил Российской Федерации искренне поздравляет сотрудников, ветеранов, гражданский персонал Пограничной службы ФСБ России и членов их семей с Днём пограничника! Желаем крепкого здоровья, благополучия и новых успехов в выполнении ответственных задач по охране государственных границ во имя укрепления могущества России и защиты её национальных интересов.