В военную разведку генерал-майора Владимира Воробьёва привели фронтовые дороги.
«Будешь таскать «языков», – сказал один из офицеров крепко сбитому младшему сержанту Воробьёву при подборе кандидатов в разведывательную роту 63-й механизированной бригады, формируемой в городе Солнечногорске в 1944 году. С этого момента и началась интересная и в то же время полная трудностей жизнь Владимира Никифоровича Воробьёва в разведке.
Жизненный путь этого человека богат событиями. Родился Владимир Воробьёв в городе Козельце Черниговской области на Украине в годы первых пятилеток. После окончания с похвальной грамотой семи классов школы без экзаменов был принят в химико-технологический техникум города Шостки Сумской области. В то же время в этом учебном заведении на старшем курсе учился будущий советский пилот-ас, ставший трижды Героем Советского Союза, – Иван Никитович Кожедуб.
Из воспоминаний Владимира Никифоровича: «Во время учёбы мне приходилось общаться с этим приземистым коренастым парнем. Он предлагал мне поступать в аэроклуб, но меня туда не приняли по возрасту».
О начале войны Владимир узнал из сообщения по громкоговорителю – в это время вместе со своими товарищами он играл на стадионе техникума в футбол.
Затем была эвакуация. По признанию Владимира Никифоровича, те дни были одними из самых трудных в его жизни. Вместе с матерью, братом и двумя сёстрами с тяжёлым сердцем покидал он отчий дом. Его отец – Никифор Сидорович, секретарь райкома партии, остался бороться с врагом. Никифор Воробьёв был участником Гражданской войны, затем освобождал Западную Украину, не прошла мимо него и советско-финская война. В первые годы Великой Отечественной войны Воробьёва-старшего назначили комиссаром Шалыгинского партизанского отряда, активно действовавшего в Сумской области и входившего в соединение Ковпака. Позже отец оказался в рядах Красной Армии, был награждён медалью «За боевые заслуги». Погиб в начале 1944 года. Где и как? Владимир Никифорович не знает этого до сих пор…
В жестоком бою, когда нашей роте было приказано уничтожить немецко-румынский обоз у деревни Леушань, лично я уничтожил 14 фашистов…
Отправляя родных в тыл, Никифор Воробьёв дал семье наказ далеко не уезжать. Тогда он твёрдо верил, что совсем скоро они изгонят фашистов с родной земли. И, пожалуй, даже предположить не мог, что кровопролитных боёв хватит и на долю его сына.
…На подводе беженцы добрались до Воронежа. Не раз оказывались под обстрелами и бомбёжками. Затем путь на восток лежал до Казахстана в набитом людьми товарном вагоне. В Джусалы – райцентре Кзыл-Ординской области – Володя устроился слесарем на механический завод. Из-за невзгод и тяжёлой жизни там же в четырёхлетнем возрасте умерла его младшая сестра Валя.
В январе 1943 года Владимира Воробьёва призвали в армию и направили в Ташкентское пехотное училище. Ему тогда было семнадцать лет. Готовился стать командиром пулемётного взвода. Занятия длились около десяти часов в день. Марш-броски с полной выкладкой, полевые занятия… Владимир Никифорович вспоминает, что постоянно хотелось есть и спать. Не забудет, как однажды вступил в пререкания с командиром отделения, за что получил наряд вне очереди. Пришлось всю ночь мыть полы в казарме. Зато никогда больше в пререкания не вступал.
Когда учёба подходила к завершению, без пяти минут лейтенантов погрузили в воинский эшелон и, так и не присвоив им офицерские звания, направили в город Солнечногорск, где формировался 7-й механизированный корпус 2-го Украинского фронта. Там Воробьёв был определён в разведывательную роту 63-й механизированной бригады, где его назначили командиром бронеавтомобиля.
Из воспоминаний генерал-майора В.Н. Воробьёва.
«Во взводе три БА-64. Это маленький броневичок с узкой колеёй. Двигатель слабенький, броня тоненькая, один пулемёт 7,62 мм, два десятка гранат Ф-1 и автомат ППШ. В экипаже – я и водитель. Водитель оказался отчаянным хвастуном, ни к чему не приспособлен, водил плохо. Я с ним намучился, ведь и сам был не ахти как приспособлен и обучен этому делу. Почти полгода меня учили совсем другому – пулемёт «Максим», командир пулемётного взвода.
В разведроте было 4 взвода: взвод бронемашин, два взвода бронетранспортёров и взвод пешей разведки, передвигавшийся на грузовике ГАЗ-51. Слаживание взводов, краткое обучение ведению разведки закончились. Нашу роту погрузили в железнодорожный эшелон – и на фронт. Фронта мы ждали и хотели побыстрее туда».
В первом же бою его бронеавтомобиль был подбит. Сам Воробьёв чудом выжил. Потом были другие бои, дважды оказывался в окружении: под Кривым Рогом и Кировоградом. Его родная 63-я механизированная бригада участвовала в освобождении Украины, Молдавии, Румынии, Болгарии, Венгрии…
Конечно, «старики», какими тогда представлялись молодёжи сослуживцы в возрасте за тридцать, оберегали нас, «зелёных», вспоминал Владимир Никифорович. В динамике Ясско-Кишинёвской операции один из батальонов нашей бригады оказался в окружении. Сражался батальон храбро, до последнего патрона. Командир батальона был ранен, запросил помощи, а главное – боеприпасов и медикаментов.
Я – командир отделения, уже сержант, в моём подчинении водитель Афоня в возрасте 30 лет, два пулемётчика под 35 лет и два молодых разведчика. Командир бригады вызвал меня и сказал, что надо выручать батальон, доставить им боеприпасы. Придётся ночью пробираться через линию фронта. Батальон в окружении в деревне, кругом немцы и румыны.
Погрузили ящики с боеприпасами, медикаменты. В середине ночи тронулись. Августовская ночь тёмная – хоть глаза выколи, ничего не видно, а ехать километров пять. Я на спину прицепил белую рубашку и иду впереди, водитель ориентируется с трудом, но меня видит. Когда подошли к назначенному месту, начало светать. Слышим, немцы близко, перекликаются, но нас в тумане не видят. Приготовились к броску. Дорогу стало видно, вдали деревня. Даю команду: «Вперёд!» Только тронулись, немцы нас заметили, но чего-то стали выжидать. Наверное, приняли нас за своих. А мы уже набрали скорость. Немцы открыли огонь с большим опозданием. Мы тоже не оплошали, дали ответ из пулемётов, да вдобавок ещё и гранаты пустили в ход. Проскочили к нашим.
Встреча была неожиданной. Радость и слёзы, а главное – патроны, гранаты. Батальон, можно сказать, мы выручили. Взяв на борт транспортёра раненого комбата, с наступлением сумерек уже другой дорогой пробрались к своим, в штаб бригады. Командир бригады похвалил меня.
Несколькими днями позже, 26 августа, в жестоком бою, когда нашей роте было приказано уничтожить немецко-румынский обоз у деревни Леушань, лично я уничтожил 14 фашистов, но и сам был легко ранен в челюсть. Хорошо, что были крепкими коренные зубы, но и их пришлось выплюнуть вместе с горячим осколком от вражеской мины. Мною уничтоженных фашистов подсчитал сам командир разведроты, он же и составил представление к награждению меня орденом Славы III степени. Но командир бригады принял решение удостоить меня к более высокой награды: меня тогда наградили орденом Красной Звезды.
В Румынии мы с боями освободили много городов, в их числе Плоешти, Турно-Северин, Тимишоара. Затем наш корпус был переброшен к границе с Болгарией…
Строки из наградного листа: «…26.08.1944 года Воробьёв вывез на бронетранспортёре раненого командира роты из д. Немцень. Когда боевая машина тов. Воробьёва вышла из строя, он вызвался ехать на боевое задание с другим экипажем, где ночью в деревне Леушань обстрелял до роты солдат и офицеров противника… 26.08.1944 года до двух эскадронов немецкой кавалерии пытались прорвать нашу линию обороны, сержант Воробьёв с группой конников был послан для уничтожения немецких кавалеристов. В этой схватке тов. Воробьёв лично убил 13 солдат и одного обер-лейтенанта и взял в плен восемь солдат и двух обер-лейтенантов».
В кровопролитных боях по освобождению Болгарии 63-я бригада была награждена орденом Богдана Хмельницкого и получила почётное наименование «Шуменская», а вместе с ней получил медаль «За отвагу» и Владимир Никифорович. Вот как он вспоминает события тех лет:
«Мне была поставлена задача: взорвать мост в расположении противника. Мы на бронетранспортёр загрузили ящики взрывчатки и ночью скрытно пробрались к мосту. Заложили ящики под мост, отъехали и взорвали. Мост взлетел в воздух. Немцы всполошились, открыли огонь, но было уже поздно. Мы под покровом темноты скрылись.
На другой день, а это было где-то в начале ноября 1944 года, я на бронетранспортёре выскочил на аэродром у города Дьома, что недалеко от венгерского города Дебрецен. На аэродроме вижу – один самолёт взлетает, другой выруливает на взлётную полосу. Тут-то я его из пулемёта и подрезал длинной очередью. Очередь легла так удачно, что самолёт остановился. Мы к нему. Из кабины вылезает лётчик с поднятыми руками. Здоровенный, рыжий, в кожаном костюме.
Последняя должность генерал-майора Воробьёва в армейском строю – начальник разведки – заместитель начальника штаба Группы советских войск в Германии по разведке
За взорванный мост и захваченный самолёт на земле я был представлен к медали «За отвагу».
Строки из наградного листа: «В боях с немецко-венгерскими захватчиками на территории Венгрии проявил мужество и отвагу. В районе города Дьома 7.10.1944 года командир бронетранспортёра сержант Воробьёв получил задачу прочесать дорогу, идущую из города на запад. При выполнении задачи бронетранспортёр Воробьёва столкнулся с группой мадьяр и немцев, которые открыли по машине ружейно-пулемётный огонь. Огнём транспортёра группа противника была рассеяна. В тот же день экипаж бронетранспортёра Воробьёва захватил немецкий самолёт… За время боёв экипаж Воробьёва показал себя стойким и мужественным, всегда готовым выполнить любую задачу».
В разведке Владимир Воробьёв служил до самого окончания войны. На вопрос, чем запомнилась фронтовику война, Владимир Никифорович отвечает: «Прежде всего большими потерями, гибелью друзей и товарищей. Наша разведрота четыре раза была на переформировании, пополнялась личным составом. Командиры взводов менялись каждый месяц: либо ранен, либо убит…»
Сержант Воробьёв чудом выжил в тех боях. Затем была учёба во 2-м Харьковском танковом училище в городе Самарканде. Владимиру Никифоровичу всегда хотелось стать офицером. По его признанию, любил порядок, дисциплину, воинскую дружбу. После расформирования училища продолжил учебу в Соликамском танковом училище, затем – в Киевском объединённом училище самоходной артиллерии имени М. В. Фрунзе. Окончил его в январе 1949 года и лейтенантом был оставлен в качестве командира взвода курсантов.
Затем была служба на различных должностях в Ленинградском и Белорусском военных округах. Владимир Воробьёв успешно окончил командный факультет Военной академии бронетанковых войск, Военную академию Генерального штаба.
«Курсом старше в академии Генерального штаба имени К.Е. Ворошилова учились генерал-майор Ахромеев Сергей Фёдорович, генерал-майор Варенников Валентин Иванович и полковник Язов Дмитрий Тимофеевич. Все они стали военачальниками, а в то время были Ворошиловскими стипендиатами. В академии много внимания уделялось спорту: зимой – на лыжах, плавание в бассейне ЦДСА, особенно любимый волейбол… Я успевал по всем предметам», – до сих пор гордится Владимир Никифорович. По окончании академии диплом ему вручил начальник Генерального штаба Маршал Советского Союза Матвей Васильевич Захаров. Вместе с дипломом он получил досрочно погоны полковника.
…Его последняя должность в армейском строю – начальник разведки – заместитель начальника штаба Группы советских войск в Германии по разведке. Рассказывая о службе в ГСВГ, Владимир Никифорович описывает интересный эпизод:
«Главнокомандующего ГСВГ генерала армии Ивановского Евгения Филипповича американцы часто приглашали к себе в 5-й армейский корпус во Франфуркт-на-Майне. Главком отказывался. Но где-то летом 1979 года согласился. С собой в поездку взял своего заместителя по боевой подготовке генерал-лейтенанта П.И. Шкидченко и меня. По прибытии на полигон Графенвер, где заранее были развёрнуты войска корпуса в готовности к показу своей выучки, нас хотели удивить военной мощью. Не вышло. Получилось всё наоборот – мы удивили, когда из их же стрелкового оружия, ПТУРов, танков поразили все выставленные цели.
Через некоторое время последовал звонок из Москвы: «Воробьёв, что это вы там наделали, когда были у американцев? Ведь по всем телеканалам США в «час пик» – в 19.00 – было показано, как вы поразили все мишени, стреляя из всех видов стрелкового и противотанкового оружия, из танка. А в конце передачи был сделан вывод, что если так в военном отношении подготовлены генералы ГСВГ, то какую же выучку имеют подчинённые им солдаты!»
После увольнения в запас Владимир Никифорович долгое время возглавлял военно-научное общество при Центральном доме офицеров вооружённых сил Республики Беларусь. В настоящее время является его почётным членом. Был членом президиума белорусской общественной организации ветеранов, стоял у истоков создания белорусского общественного объединения «Ветераны военной разведки».
Приказом министра обороны Республики Беларусь генерал-майор в отставке Владимир Воробьёв зачислен в качестве почётного солдата в списки личного состава 1-й роты 5-й отдельной бригады специального назначения.
Вспоминает Владимир Никифорович: «Я с волнением и каждый раз по-новому переживаю те минуты марта 1997 года, когда на строевом плацу в гарнизоне Марьина Горка проводился ритуал постановки меня в строй личного состава 1-й роты 5-й бригады СпН уже как почётного солдата. Так уж сложилась моя судьба, что прошагать в этом строю мне пришлось шесть лет, вдоволь понюхав пороха в качестве разведчика отдельной разведывательной роты 63-й механизированной бригады 7-го механизированного корпуса. На фронте часто ходил в немецкий тыл, лично брал «языка». Был легко ранен, контужен. В этом солдатском строю я нахожусь и по сей день. Но пережитое мной в этот день торжество, пожалуй, ни с чем несравнимо. На строевом плацу в Марьиной Горке ко мне словно вернулась молодость. А когда целовал Боевое Знамя, то, поверьте на слово старому солдату, просто не смог сдержать мужских слёз».
Ветеран Великой Отечественной войны, войсковой разведчик генерал-майор в отставке Владимир Никифорович Воробьёв в годы войны прошёл дорогами Украины, Молдавии, Румынии, Болгарии, Венгрии. В статусе рядового разведчика был награждён орденом Красной Звезды и медалью «За отвагу». За братское сотрудничество с ветеранами военной разведки Российской Федерации приказом министра обороны РФ удостоен почётного знака «За службу в военной разведке», считающегося среди разведчиков самым почётным.
Несмотря на солидный возраст, Владимир Никифорович и сегодня, в год 75-летия Победы, занимает активную гражданскую позицию. Офицер с большой буквы – так можно говорить о фронтовике Владимире Никифоровиче Воробьёве.