Был и комиссаром, и командиром

image_print

Герой Советского Союза Владимир Калачёв своими жизненными поступками вдохновлял молодых лётчиков на подвиг.

Владимир КАЛАЧЁВ.

Судьба Героя Советского Союза майора Владимира Николаевича Калачёва сложилась так, что он был и комиссаром, и командиром. Будучи военным комиссаром истребительного полка, он воевал с японскими милитаристами у реки Халхин-Гол в 1939 году, а с гитлеровскими асами в годы Великой  Отечественной войны сражался уже в должности командира.

Владимир Калачёв родился 10 августа 1910 года в деревне Гора, ныне Кирилловского района Вологодской области в семье учителя. Окончил 7-летнюю школу. С 1924 года жил в Ленинграде. В 1926–1928 годах Владимир работал подрывником на станции Чупа в Карелмуртресте, с июня 1928 года – учеником слесаря на ленинградском заводе «Красный химик», а с февраля 1929 года – слесарем на заводе «Красный путиловец». Член ВКП(б) с сентября 1931 года.
В июне 1932 года по партийной путёвке Владимир Калачёв поступил в Ленинградскую военно-теоретическую школу ВВС. После её окончания учился в Энгельсской школе военных лётчиков. В 1935–1938 годах служил в Забайкалье младшим лётчиком, командиром звена, заместителем командира эскадрильи. В декабре 1938 года назначен комиссаром полка.
С 23 мая по 16 сентября 1939 года участвовал в боях с японскими милитаристами в районе реки Халхин-Гол. Батальонный комиссар 22-го истребительного авиационного полка Владимир Калачёв в первых девяти воздушных боях лично сбил два вражеских самолёта. Его отвага и высокая техника пилотирования служили примером для лётчиков всего полка.
Всего провёл 20 боёв, сбил лично шесть самолётов противника и два – в группе с товарищами. Много раз принимал участие в штурмовках вражеских аэродромов и зенитных батарей противника.
…Утром 22 мая 1939 года 22-й истребительный авиационный полк в числе первых авиационных частей, отправленных на помощь уже сражавшимся истребителям 70-го авиационного полка, был поднят по боевой тревоге и из Забайкалья перелетел в Тамцак-Булак. У пилотов не было боевого опыта. Поэтому в первых же боях погибло несколько лётчиков.
Комиссар 57-го особого корпуса бригадный комиссар М.С. Никишев вызвал к себе старшего политрука Калачёва. Владимир Николаевич догадывался о предстоящем серьёзном разговоре. Однако Никишев встретил его как обычно, спокойно задав вопрос:
– Что надо сделать, чтобы исправить положение и поднять боевой дух лётчиков?
Калачёв обстоятельно доложил Никишеву, что уже за эту ночь было продумано командованием полка, намечено и частично начало претворяться в жизнь. Во-первых, рассредоточивались самолёты. Каждая эскадрилья получала свою площадку. Это уменьшало потери при налётах вражеской авиации и ускоряло взлёт по тревоге. Во-вторых, принимались меры к организации надёжной службы оповещения, наблюдения и связи. В-третьих, требовалось научить лётчиков вести воздушный бой, а командиров управлять подчинёнными в его динамике.
– Поскольку полк рассредоточивается, – заметил Никишев, – работать вам как комиссару будет труднее. Старые мерки тут не подойдут, надо искать новые формы партийно-политической работы…

29 августа 1939 года за мужество и воинскую доблесть, проявленные в боях с врагами, батальонный комиссар Владимир Калачёв был удостоен звания Героя Советского Союза

Истребитель И-153 «Чайка».

В справедливости слов комиссара корпуса, опытного политработника, Калачёв вскоре убедился сам. Лётчики целыми днями дежурили у самолётов. Технический состав находился у машин круглые сутки. Днём техники готовили самолёты к боевым вылетам, а ночью производили ремонт повреждённых в бою машин и вооружения. Полк был разбросан в радиусе 10–15 километров. В таких условиях собирать в одном месте людей не представлялось возможным. Центр всей партийно-политической работы переместился в звено и экипаж.
Много внимания Калачёв уделял воспитанию молодых коммунистов. А в полку их было немало. Только за период боёв в партию было принято 55 человек.
Со знанием дела вникал комиссар во все стороны жизни полка. Его можно было встретить не только в боевых эскадрильях, но и на пищеблоке, в медпункте, на складах горючего и боеприпасов. Он хорошо знал людей и умел подобрать ключик к сердцу каждого бойца и командира. Его уважали за отцовскую заботу, тёплое слово и добрый совет.
Владимир Николаевич был не только энергичным и инициативным политработником, но и первоклассным лётчиком. Во время своего второго боевого вылета Калачёв увидел, что японский самолёт заходит в хвост одному из наших истребителей. Калачёв тут же бросился на помощь товарищу, умело атаковал врага и сбил его.
В одной из июльских воздушных схваток Калачёв получил ранение в плечо, но продолжал вести бой, прикрывая атаку товарища. Несмотря на мучительную боль кровоточащей раны, он посадил свой истребитель на аэродроме. Наотрез отказавшись от госпитализации, Владимир Николаевич остался в полку.
5 августа истребители приземлились, чтобы заправиться горючим и подготовиться к очередному вылету на прикрытие наземных войск в районе озера Узур-Нур. Внезапно со стороны солнца появилось несколько японских самолётов.
– Боевая тревога! Воздух!
Калачёв выскочил из юрты и бросился к самолёту. Прямо со стоянки, сделав короткий разбег, И-16 взмыл в небо. Между тем четыре японских самолёта уже приближались к аэродрому. Лётчики, следя за машиной комиссара, волновались: их четыре, а он один, к тому же раненый.
Ведущий вражеской группы, имея превосходство в высоте, спикировав, стремительно мчался к И-16. Сверкнули пулемётные трассы. Наш истребитель отвернул влево и продолжал набирать высоту. Самолёт врага, выйдя из пикирования, оказался впереди нашего истребителя. Довернув свой самолёт, Калачёв через мгновение в оптическом прицеле увидел крылья японского самолёта и прошил врага огненной трассой. Японец круто полез в небо, потом накренился и стремительно понёсся к земле…
29 августа 1939 года за мужество и воинскую доблесть, проявленные в боях с врагами, батальонный комиссар Владимир Калачёв был удостоен звания Героя Советского Союза. Ему вручена медаль «Золотая Звезда» № 139. Оценило боевые заслуги Калачёва и правительство МНР. За самоотверженное выполнение своего интернационального долга маршал Монгольской Народной Республики Чойбалсан вручил отважному комиссару Золотой орден Монголии «Красная Звезда».
С августа 1941 года майор Калачёв командовал 17-м запасным истребительным авиаполком Уральского военного округа. Менее чем за полгода под его руководством были подготовлены и отправлены на фронт шесть истребительных авиационных полков на английских самолётах «Харрикейн» и 100 лётчиков на советских самолётах МиГ-3. В 1942 году майор Владимир Калачёв сражался на Брянском фронте в должности командира 15-го истребительного авиационного полка.
«Это было тяжёлое время, – вспоминал Герой Советского Союза полковник Александр Ситковский. – В июне 1942 года гитлеровцы, прорвав фронт, двигались к Дону. На земле и в воздухе шли жестокие сражения.
Полк базировался в районе Старого Оскола Белгородской области. Лётчики не могли мириться с тем, что враг движется по нашей земле, неся народу страдания и смерть. Едва совершив посадку, просились снова на задание.
25 июня командир полка майор Калачёв повёл четвёрку истребителей, в составе которой были Николай Токарев и Павел Тарасов в паре с Ильёй Баланенко. Показалась большая группа «юнкерсов» в сопровождении «мессершмиттов». Калачёв и Токарев связали боем шестёрку истребителей, а Тарасов и Баланенко врезались в строй бомбардировщиков. От метких очередей свалились на землю два юнкерса. Эта дерзкая атака нарушила боевой порядок врага. Тарасов и Баланенко вели беспрерывные атаки, не допуская врагов к цели. В схватке с истребителями Калачёв сбил Ме-109. И враг дрогнул. Беспорядочно сбросив бомбы, юнкерсы поспешно разворачивались и уходили на запад. 26 июня майор В. Калачёв сбил юнкерса.
27 июня в небе над Старым Осколом шли беспрерывные бои. Большие группы бомбардировщиков под прикрытием истребителей совершали налёты на наши объекты. Лётчики полка по возможности отражали эти налёты, но силы были неравными.
Калачёв вылетел в паре с Токаревым на перехват бомбардировщиков. Небо было чистым, только на большой высоте виднелись небольшие облака. Ждать пришлось недолго. С запада плотным строем «клин» шли группы «хейнкелей», их охраняли Ме-109. Калачёв пошёл на ведущего первой группы и дал длинную очередь из крупнокалиберного пулемёта. Противник накренился влево, оставляя за собой чёрный шлейф дыма. После вторичной атаки впереди сверкнуло яркое пламя, и самолёт Калачёва подбросило вверх. Когда он выровнял машину, то увидел, что не стало ещё двух «хейнкелей», шедших справа и слева ведущего. Их разнесло в щепки от взрыва сбитого Калачёвым самолёта.
28 июня стал для полка трагическим. Вылеты начались в пять часов утра. В восемь стало известно, что с задания не вернулось шесть самолётов.
Наш аэродром был хорошо замаскирован, самолёты стояли в капонирах на опушке леса. Около 12 часов с северо-запада к аэродрому летел немецкий разведчик «хеншель» Hs-126. Люди на аэродроме прекратили всякое движение, чтобы не демаскировать себя. Но в это время после выполнения боевого задания пошли на посадку два наших истребителя. В их баках не оставалось горючего, и один из них был в бою изрешечён осколками снарядов. Их посадку заметил «хеншель».
Майор Калачёв был уже в кабине самолёта, и через несколько секунд взмыл в воздух.
Калачёв настиг врага и атаковал его. «Хеншель» развернулся, полетел в нашу сторону, он маневрировал, делая крутые развороты, взмывал вверх и опускался до земли. Калачёв его упорно преследовал. Ему удалось прижать врага к земле, беспрерывно стреляя. «Хеншель» полез вверх, намереваясь развернуться в сторону леса и скрыться на фоне зелёного массива. В это время у Калачёва кончились боеприпасы. Он дал полный газ, быстро настиг «хеншеля» и правой плоскостью ударил его по хвосту. От сильного удара оба самолёта разлетелись на куски.
На центральной площади города Старый Оскол похоронили командира 15-го истребительного авиаполка имени Дзержинского – Героя Советского Союза Калачёва Владимира Николаевича.

Александр КОЛОТИЛО, «Красная звезда»