Российская армия давно предоставляет украинским военнослужащим возможность добровольно сложить оружие и таким образом сохранить жизнь.
С каждым днём всё больше военнослужащих ВСУ не желают воевать и стремятся оказаться в плену. Это единственный шанс для них выжить на поле боя. Пленные военнослужащие ВСУ рассказывают о запугивании командиров расправой за отказ воевать, о больших потерях среди офицеров и солдат ВСУ.
Украинские националисты, брошенные на убой своим командованием, всё чаще принимают решение о сохранении жизни и сдаются в плен. Бывший заключённый, пленный военнослужащий ВСУ Анатолий Сорокин, был завербован представителями 425-го полка «Скала» и подписал контракт с украинской армией прямо в колонии. При этом представители части очень торопили заключённых, подсовывая им бумаги на подпись. По словам пленного, дезертирство из их подразделения случалось постоянно: заключённые сбегали, даже несмотря на ограждающие их расположение ряды колючей проволоки. «99 процентов пошли на подписание контракта с ВСУ, чтобы не воевать, а уйти домой, где-то как-то «отпетлять», кто-то – в плен сдаться специально, – говорит Сорокин. – Это же зеки. Для этого всё и делают».
Украинские националисты, брошенные на убой своим командованием, всё чаще принимают решение о сохранении жизни и сдаются в плен
Как рассказал пленный, в Красноармейске (Покровск (укр.). – Прим. ред.) их командир по рации приказывал подразделению Сорокина двигаться по открытой местности, несмотря на опасность удара российских беспилотников, чтобы оставаться на связи и быть у него на виду. По боевику, не подчинившемуся этому приказу, украинским же дроном был произведён сброс боеприпаса. Сорокин, получив ранение, в течение двух месяцев прятался в подвале, где в итоге и сдался в плен российским военнослужащим. «Россия победит по-любому!» – убеждён пленный.
Другой пленный – военнослужащий ВСУ Павел Гейко. Он рассказал: «Проходил я подготовку возле села Тучин. Это Ровненский район. Подготовка мне ничем не помогла. Я настоящее оружие первый раз только там и держал в руках. Ничем она мне не помогла, ни физически, ни морально. Нам скинули карту, маршрут на телефон. Сказали: «Вот вам маршрут из города Шевченко. В Шевченко вас вывезут. Из Шевченко вы должны добраться до города Мирнограда». Мы закрепились в доме. Через 20 минут разбили дронами. И ещё через 20 минут нас штурманули и взяли в плен. Мы сдались, естественно, потому что хотим жить. Мы не хотим войны. Там полная разруха. Горы украинских трупов валяются. Невозможно продвинуться. Дроны летают. Постоянные стрельбы. И это очень больно. Там невозможно двигаться. Наше командование кинуло нас на мясо. Мы не подготовлены к этой войне. Верните людей. Пожалуйста. Очень много раненых, убитых, матери, родители, жёны не знают, где их мужья, дети не знают, где их отцы».