Внучка и правнук фронтовой медсестры продолжают её дело в зоне проведения спецоперации.
Её стальной характер прячется за милой улыбкой и материнской теплотой во взгляде. Моя обаятельная собеседница – мама двоих детей и бабушка трёх внуков. А ещё отважная медсестра, которая с первых дней спецоперации и по настоящее время спасает раненых и помогает мирным жителям пострадавших от украинских обстрелов регионов. Наши воины знают: даже если рядом рвутся снаряды, но над тобой склонилась «Молекула», значит, всё будет хорошо. По стопам матери на передовую фельдшером-добровольцем отправился и её сын с позывным «Пушкин».
Героизм по наследству
Шёл 1941 год. Мария Рудко окончила 9 классов, собиралась пойти в 10-й, чтобы потом поступить в геологический институт. Ей едва исполнилось 17, когда началась война и она добровольцем отправилась на фронт.
Пять листочков в руках у старшего сержанта Светланы Якшиной-Таранжиной – воспоминания её бабушки, прошедшей войну. Они стали ей опорой в самых непростых жизненных ситуациях.
– Бабушку на фронт сначала брать не хотели. Девчонке неполных 17 лет, маленькая, худенькая, ещё жизни не видела… Она настояла и была отправлена на курсы в Ленинградское военно-медицинское училище, по окончании которых ей присвоили звание младшего лейтенанта медицинской службы и назначили командиром санитарного взвода 311-го стрелкового полка. Уже на фронте она узнала, что погиб отец, сгорел в танке брат, умерла мать, – Светлана не может сдержать слёз, рассказывая о бабушке.
За годы войны Мария была несколько раз ранена, ей удалили два пальца на ноге, но, подлечившись, она каждый раз возвращалась на фронт.
– Им нужно было взять высотку, которая господствовала над территорией. Но в дзоте засел фашистский пулемётчик. Бойцы дважды поднимались в атаку и отступали под пулемётным огнём. Командиры погибли, а солдаты, молодые необстрелянные мальчишки, залегли. Тогда бабушка встала в полный рост над окопом и крикнула: «Вперёд! За Родину!» И бойцы поднялись за ней, взяли высоту, – с трепетом рассказывает Светлана. – А при освобождении Одессы она с подразделением сутки сидела в плавне в холодной воде, ожидая команду: «Вперёд!»
Второй орден Красной Звезды её бабушка получила, когда, будучи раненной, вытащила с поля боя тяжелораненого красноармейца.
А за одного из тех, кого ей довелось спасти, после войны она вышла замуж. Дедушка Светланы полковник Иосиф Рудко был командиром того самого 311-го гвардейского стрелкового полка. Вместе они прошли Молдавию, Венгрию, Австрию, Чехословакию, освобождали Будапешт, Вену, Одессу, Николаев. После войны Иосиф продолжил службу, а Мария отработала 20 лет на скорой помощи.
Позывной «Молекула»
Сегодня Светлана Якшина-Таранжина носит позывной «Молекула» и так же, как когда-то её бабушка, становится щитом между смертью и нашими воинами. Только вместо шинели и холщовой сумки – современный бронежилет и тактическая аптечка. Но суть прежняя: её тёплые ласковые руки, как и руки Марии Рудко, дарят раненым шанс на возвращение домой.
– Бабушка вспоминала, как на 40-летие Победы над немецко-фашистскими захватчиками к ней в Одессе подошёл мужчина и стал плакать и обнимать её. Своей жене он пояснил: «Это она меня вынесла раненого из-под огня!» – рассказывает «Молекула».
Когда Светлану через полгода пребывания на спецоперации собирались отправить на запланированную ротацию, она отказалась. На вопрос «почему» она показывает сообщение от матери одного молоденького лейтенанта, вытащенного ею из-под обстрела: «Берегите себя. Спасибо, что спасли моего сына. Молюсь за вас каждый день. Низкий поклон». На кителе «Молекулы» заслуженно блестит медаль Суворова, но эта материнская благодарность, признаётся, для неё ценнее всего.
Сколько себя помнит, Светлана всегда хотела быть как бабушка – медиком. Имея на руках двоих детей, девушка училась на вечернем отделении во владимирском медколледже и подрабатывала санитаркой в областной детской клинической больнице. После окончания осталась там же медсестрой травматологического отделения, потом переехала в Санкт-Петербург и работала в психиатрической больнице и во взрослой травматологии. С уже внушительным 13-летним опытом она заключила контракт, став медсестрой в 5-й зенитной ракетной бригаде.
Светлана прослужила там почти девять лет, когда началась специальная военная операция. Но разве могла эта женщина отказаться?
– Бабушка в 17 лет войну прошла, на себе раненых вытаскивала из-под огня, а я, взрослая женщина, которая в медицине с 2000 года, вырастившая сына и дочь, ставшая трижды бабушкой, буду прятаться? Я понимала, что мой опыт сейчас важнее на передовой, – говорит «Молекула».
А когда её сын, имевший опыт работы санитаром в психиатрической больнице Санкт-Петербурга, объявил, что отправляется на фронт в её зенитную ракетную бригаду рядовым санинструктором батареи, ей не оставалось ничего, кроме как поддержать его решение. Сама ведь воспитывала и учила оказывать помощь. В её глазах отражается и безмерная гордость, и материнская тревога.
– Так как долгое время мы служили на одном направлении, то виделись, хоть и редко. А с июля 2025-го я работаю в госпитале в белгородском приграничье. Но знаю, что он жив, а это самое главное. Конечно, я за него переживаю. Но вокруг меня много чужих сыновей, поэтому стараюсь сделать для них всё, что сделала бы и для своего, ведь знаю, как их ждут дома, – говорит «Молекула».
Сегодня Светлана носит позывной «Молекула» и так же, как когда-то её бабушка, становится щитом между смертью и нашими воинами
«Там мои мальчишки!»
Грохот артиллерийского обстрела, раздавшегося недалеко, разорвал полуденную тишину.
– Там же мои мальчишки! – пронзила мысль «Молекулу». Многие действительно по возрасту годились ей в сыновья, поэтому и сердце болело за каждого.
Просить или приказывать ехать к тому месту не было нужды: все понимали без слов, что на счету каждая секунда. Домчались быстро. Обстрел ещё не закончился, и вражеские снаряды продолжали вспахивать землю, разнося смертоносные осколки. А ещё с большой долей вероятности вскоре полетят вражеские «птички», понимала «Молекула». Они всегда прилетают после обстрелов, ожидая, когда приедет группа эвакуации. Именно поэтому все обозначения военные медики сняли с себя ещё в первые месяцы спецоперации.
– В такой момент самое важное – быстро и точно выявить тех, кому помощь нужна в первую очередь. Причём не важно, из твоего подразделения пострадавший или нет. Они все наши, – говорит «Молекула».
Уже потом в спокойной обстановке выяснится, что в тот день было спасено около 30 раненых.
Вместе мы – сила
– Как когда-то говорила бабушка: «Моё участие – маленький винтик в большой машине. Но благодаря каждому винтику мы одержали Великую Победу». Так и там я была не одна. Кто не был ранен или пострадал незначительно, подтаскивал к нам тяжёлых, помогал бинтовать и загружать их в машину. Если бы не было водителя, который гнал изо всех сил до ближайшего полевого госпиталя, или товарища, который помогал тащить, я бы, может, одна не вытянула всех, – считает «Молекула».
Отмечает она и роль простых людей, поддерживающих наших военнослужащих. Её младший брат, отец пятерых детей, занимается вместе с семьёй гуманитарными сборами и даже приезжал из Санкт-Петербурга к ней на позицию, чтобы передать собранные неравнодушными жителями посылки.
– Один из парней нашей бригады был доставлен с ожогами в Военно-клинический госпиталь имени Вишневского. К нему вылетела мама, но ей было негде жить. А каков ценник на съёмное жильё в столице, и так понятно. А у меня две двоюродные сестры живут в Москве и состоят в волонтёрской группе «Вместе мы – сила!». Тогда я обратилась к ним, и они помогли найти квартиру недалеко от госпиталя, причём бесплатно, – рассказывает «Молекула».
Не отказывала она и в просьбах поставить капельницу или сделать укол обращавшимся за помощью местным жителям. Через волонтёров искала для них необходимые лекарства, ведь понимала, что до ближайшей больницы или аптеки в тех местах добраться непросто. И в краях, где располагалась их бригада, Светлану считали чуть ли не ангелом-хранителем. Она вспоминает 10-летнюю девчушку под Луганском, которая однажды оповестила: «Я хочу быть как «Молекула».
Женщина среди окопов
– Если броня в обычное время очень тяжёлая, то в тот момент, когда оказываешь помощь, она будто ничего не весит, не чувствуешь её. Все мысли только о том, чтобы успеть, помочь, спасти. А вот когда уже садишься в машину, выдыхаешь, тут тебя начинает трясти, прокручиваешь в голове, всё ли ты сделал правильно, – говорит «Молекула».
В ходе беседы эта храбрая, самоотверженная женщина ни разу не пожаловалась ни на нелёгкий график, ни на суровые условия. Наоборот, с лёгкой улыбкой вспоминала, как первые несколько недель, пока ещё не оборудовали позиции, жила в санитарном автомобиле, как научилась принимать душ, используя всего одну полуторалитровую бутылку воды, как делила с закалёнными воинами, которых она с материнской теплотой называла «своими мальчишками», блиндажи. А ещё смущённо призналась, что именно в тех фронтовых условиях родились её первые стихи, посвящённые боевым товарищам, семье и Родине.
– У меня мечта была: вот пойду в отпуск, сделаю причёску, надену платье в горох и буду гулять по городу! – с улыбкой говорит Светлана.
И она отправилась в отпуск. И надела то самое платье. Но мысли то и дело уносились туда, где ждали медсестру с позывным «Молекула». И каждый раз она возвращалась, понимая, что её место сейчас там, что по-другому она не сможет. Сегодня «Молекула» и её сын «Пушкин» продолжают дело фронтовой медсестры Марии Рудко, достойно неся на линии огня эту эстафету мужества и милосердия.