Мобилизованный учитель прошёл путь от новобранца до заместителя командира роты по военно-политической работе.
«Просто нарисовать человека – это не так интересно. Нужно в портрете показать его характер, его идею». Эти слова принадлежат не маститому искусствоведу, а офицеру, заместителю командира роты по военно-политической работе 7-й отдельной гвардейской мотострелковой бригады Южного военного округа, который уже третий год находится в зоне СВО. До февраля 2022 года он преподавал рисунок, живопись и композицию в школе и художественных кружках. Сегодня его холст – это солдаты, а кисть – слово и личный пример.
Его позывной «Художник». Но для тех, кто знает его ближе, этот позывной – не случайность, а точное отражение сути. Он и здесь, в зоне боевых действий, остаётся человеком, способным видеть в людях не только должности и воинские звания, но и характеры, истории, судьбы – как на портрете, который он когда-то писал в мирной жизни.
Та жизнь осталась за чертой, которую 24 февраля провела короткая фраза в повестке. Тогда он, 31-летний учитель, позвонил директору школы, забрал документы и отправился в военкомат. Вещи были собраны заранее – предчувствие уже витало в воздухе. Армейского опыта у него не было, только диплом педагога и талант портретиста.
Первый год на фронте стал жёсткой школой.
– Мы набирались опыта. Но набирались его не только мы, а и противник, – вспоминает он то время.
Боевые действия тогда носили иной характер, менее опосредованный технологиями.
– Меньше было БпЛА, которые абсолютно поменяли картину войны. Тогда всё только начиналось, – поясняет офицер.
Та относительная мягкость позволила адаптироваться, вникнуть, привыкнуть к грохоту и постоянному напряжению. Осознать, что в нескольких сотнях метров находится враг, и эта дистанция – зона прямого огневого контакта. За штурмовые действия и эвакуацию раненых под огнём в феврале 2023-го он будет награждён медалью «За храбрость» II степени.
В 2024 году в его жизни начался новый этап – он стал офицером, заместителем командира по военно-политической работе. Человек, учивший детей видеть прекрасное, теперь отвечал за моральный дух и душевное состояние военнослужащих. На вопрос, думал ли он о таком повороте, отвечает просто: «Нет, на гражданке я не мог предположить, что будет подобное».
Работа замполита оказалась сродни ремеслу художника, но палитра и холст здесь совершенно иные. За известной формулой об «инженере человеческих душ» скрывается не только высокий замысел, но и огромный пласт штабной работы, требующей предельной системности и выдержки. В этих условиях педагогический опыт и коммуникативные навыки становятся главными инструментами замполита. Однако ключевым остаётся подлинно человеческое умение за должностью видеть личность.
– Я вглядываюсь в лица подчинённых, – делится офицер, – чтобы понять, что их тревожит и что придаёт им сил.
Сложнее всего, признается он, работать с людьми в условиях, когда подразделения разбросаны по позициям и нет возможности для постоянного личного общения. Встречи на полигоне во время восстановления боеспособности становятся особенно ценными.
– Тогда я действительно могу работать с каждым, и каждый день они у меня на глазах. Я с ними общаюсь. Работа любого офицера состоит не только в выполнении поставленных задач, но и в каждодневном правильном общении с личным составом, – подчёркивает «Художник».
Как найти верные слова для человека на грани психологического срыва? «Художник» убеждён, что начинать нужно с физиологии.
– Самый простой способ – зайти через физическое состояние. Если человек после боевой задачи помоется, переоденется в чистое, нормально поест, ему уже станет легче на душе, – объясняет он.
Правильные слова тоже важны, но они подействуют, только если им верят, если за ними стоит авторитет командира, который делит с подчинёнными все тяготы службы.
– Солдаты больше уважают тех, кто делает то же, что делают они, – говорит «Художник».
Собственный боевой опыт, полученный в 2022-м и 2023-м, стал фундаментом, на котором держится его репутация. И всё же сквозь призму фронтовых будней проступает его прежняя суть, находя выход в творчестве. В редкие минуты затишья он снова берёт в руки карандаш: несколько набросков, пара более серьёзных портретов, сделанных по большой просьбе.
– Рисовал сослуживцев, их жён, детей. В голове масса идей – картин, которые можно нарисовать, но на это пока нет ни времени, ни сил, – делится он.
Боевые действия, круто изменившие его судьбу, парадоксальным образом наполнили её новыми трагическими и пронзительными сюжетами, которые однажды непременно лягут на холст.
Группировка войск «Южная»