Для глобальной игры на мировой арене в Лондоне вознамерились трансформировать сухопутные войска.
Соединённое Королевство после окончания холодной войны до минимума сократило своё военное присутствие в Германии, но теперь британские власти под надуманным предлогом «противостояния российской угрозе» решили вернуться на немецкую землю. Об этом на днях сообщили британские СМИ со ссылкой на командующего сухопутными войсками генерал-лейтенанта Ральфа Вуддисса.
«Мы выдвигаем вперёд существенное количество нашей бронетехники, чтобы иметь возможность более оперативно её перемещать в случае, если она понадобится где-либо на территории континента», – заявил, как пишет газета «Файнэншл таймс», британский высокопоставленный генерал.
Технику для бронетанковой бригады разместят на военной базе Зеннелагер у города Падерборн (земля Северный Рейн-Вестфалия). Речь идёт о танках Challenger 3, боевых бронированных машинах Ajax и Boxer, самоходных артиллерийских установках и беспилотных летательных аппаратах. Туда же прибудут около 250 британских военнослужащих для обслуживания и охраны вооружений.
В Зеннелагере, где в годы холодной войны размещался британский гарнизон, имеется военный полигон площадью 120 квадратных километров, на котором можно проводить масштабные учения, а также центр для обучения войск ведению боевых действий в городских условиях. Теперь эту военную инфраструктуру, видимо, намерены расширить на деньги британских налогоплательщиков.
Помимо Германии, британские «наземные региональные хабы» появятся в Кении и Омане, что, на взгляд стратегов в Лондоне, позволит увеличить при необходимости военное присутствие Соединённого Королевства в этих регионах в рамках реализации стратегии «Глобальная Британия». Как видим, что империализм для британских правящих кругов отнюдь не перевёрнутая страница истории.
Создание трёх «региональных хабов» является составной частью программы модернизации британских сухопутных войск, получившей название «Солдат будущего» (Future Soldier). Её представил парламенту в минувшем ноябре министр обороны Великобритании Бен Уоллес. По его словам, эта самая радикальная программа военной трансформации за более чем 20 лет. Её цель состоит в том, чтобы преобразовать нынешнюю армию «в более гибкие, интегрированные, опасные и экспедиционные силы».
При этом планируется уменьшить к 2025 году численность сухопутных войск с 82 до 73 тысяч военнослужащих. В результате они в сочетании с войсками резерва будут насчитывать всего лишь около 103 тысяч человек. Это сопоставимо с численностью сухопутных войск других ведущих членов НАТО – Франции, Германии, Италии, Польши. Впрочем, как отмечают эксперты, сила Британской империи всегда была не столько в армии и даже не в королевском флоте, а в её разведке с её многовековым опытом закулисных интриг и геополитических комбинаций…
В Лондоне планируют уменьшить к 2025 году численность сухопутных войск с 82 до 73 тысяч военнослужащих
Британская армия в рамках реструктуризации, кроме того, избавится от 33 армейских объектов, большая часть из которых представляет собой небольшие гарнизоны, резервные центры, пункты подготовки новобранцев. Одновременно пройдёт структурная реорганизация сухопутных войск. Организационно они будут состоять из четырёх дивизий – The Queens Division (дивизии Королевы), The Union Division (дивизии Союза), The Light Division (лёгкой дивизии) и The Guards & Parachute Division (дивизия гвардии и парашютистов). Первые три дивизии будут схожи по составу и предназначению, несколько отличаться от них будет четвёртая – воздушно-десантная.
Сообщается также, что на базе 16-й десантно-штурмовой бригады и 1-й бригады армейской авиации создадут силы глобального реагирования (Global Response Force, GRF). Ядро бригады специальных операций (Army Special Operations Brigade), призванной действовать «в сложных условиях повышенной угрозы ниже порога войны», составит полк рейнджеров – четыре уже имеющиеся батальона рейнджеров «реструктурируют» в рамках единой воинской части к апрелю 2023 года.
Ранее британские СМИ сообщали, что специализацией GRF станет участие в гибридных конфликтах и проведение контрпартизанских операций в Восточной Африке, включая Сомали. Число батальонов рейнджеров будет соответствовать числу дивизий, и каждый из них закрепят для взаимодействия за конкретным соединением сухопутных войск.
По словам главы британского военного ведомства, модернизированные танки Challenger 3 поступят на вооружение войск к 2025 году, а первые пехотные подразделения, оснащённые бронетранспортёрами Boxer, будут боеготовы даже раньше – к 2023 году.
Один из ключевых элементов программы «Солдат будущего» – это намерение обеспечить к 2030 году возможность для Лондона предоставить одну «полностью модернизированную боевую дивизию» в распоряжение НАТО. Ей, видимо, предстоит действовать в случае необходимости на Европейском ТВД.
Комментируя программу «Солдат будущего», генерал-лейтенант Вуддисс отметил, что изменения затронут каждое армейское подразделение. При этом особое значение придаётся совершенствованию войск резерва.
«Резервный компонент станет неотъемлемой частью сил. Он сможет развернуться на операциях сегодня и завтра и будет доступен для оказания поддержки в самый худший день, когда нам придётся сражаться в масштабах», – сказал британский генерал.
Итогом выполнения программы «Солдат будущего» должно стать, как рассчитывают в министерстве обороны Великобритании, создание армии, способной «действовать по всему миру, имея возможности противостоять множеству угроз – от кибервойны до конфликта на поле боя».
Как видим, реализация стратегии «Глобальная Британия» продолжается. Эту программу, напомним, в начале года представил парламенту премьер-министр Борис Джонсон. Она предусматривает продвижение интересов британских элит по всему миру, в том числе и с опорой на вооружённые силы. Именно на это направлено, в частности, участие королевства в «англосаксонском» военном альянсе AUKUS (Австралия – Великобритания – США), созданном для противостояния КНР в Индо-Тихоокеанском регионе. Правда, там основную нагрузку примет на себя всё же королевский флот, которому предстоит обеспечить присутствие в юго-западной части Тихого океана во взаимодействии с ВМС США и Австралии.
Как видим, элита бывшей Британской империи вновь вознамерилась вернуться в глобальную игру на мировой арене. Для этого Соединённому Королевству и потребовался модернизированный военный инструмент. Вопрос лишь в том, насколько это соответствует подлинным насущным интересам страны? И позволят ли нынешние скромные финансовые возможности Лондона восстановить боеспособность британской армии и обрести вожделенного всепобеждающего «Солдата будущего»?