Дроноводы отдельной гвардейской бригады береговой обороны ЧФ методично кошмарят боевиков ВСУ в Приднепровье.
В соединении, удостоенном за героизм и подвиги личного состава в ходе СВО почётного наименования «гвардейское», специализированная рота БпЛА появилась ещё в феврале прошлого года. За это время дроноводы превратились в грозную силу, уничтожившую сотни единиц вооружения, военной техники и значительное количество живой силы противника. Основу этого подразделения составляют молодые парни-добровольцы из разных уголков России, прошедшие курс подготовки и обладающие всеми необходимыми для операторов БпЛА качествами. В расположении роты мне удалось поговорить с двумя передовиками (по результатам боевой работы их беспилотников).
«Я служил по призыву, затем три года по контракту в мотострелковой бригаде во Владикавказе, – рассказал о себе командир расчёта FPV-дронов Игорь с позывным «Турист». – Потом ушёл на гражданку, работал в газовой компании. Когда началась спецоперация, многие мои армейские друзья оказались «за лентой». Я чувствовал, что и моё место рядом с ними».
«Турист» сам пришёл в военкомат и объявил о желании вернуться в строй. Человека с армейским опытом оформили максимально быстро. На предприятии за ним сохранили рабочее место, мужской выбор поддержала и жена парня.
Сначала служил снайпером, но со временем заметил, как беспилотники поменяли всю тактику на передовой. Так пришло осознание, что применение коптеров может повысить эффективность разведки, корректировки огня. Заинтересовался этим делом, после чего ушёл в него, что называется, с головой.
«Появилась возможность обучиться на оператора дрона, и я без раздумий ею воспользовался, – поделился Игорь. – Это завораживает: управлять таким средством. Минимум затрат, максимум результата».
«Турист» рассказал, что его расчёт поднимает коптеры и выполняет боевые задачи ежедневно, в любое время суток. Производят разведку местности на удалении до 30 километров. Небольшие габариты делают дрон малозаметным, что позволяет операторам считать силы противника практически по головам.
Сейчас парни из его подразделения работают на херсонском направлении. Выявляют цели в зоне ответственности. Операторы дронов коптерного типа наблюдают, а для доразведки запускаются эфпивишки. Ими же поражают и цели. А вот для крупных объектов поднимают «Молнию» – это настоящий самолёт, несущий на себе до шести килограммов взрывчатки.
Дроны активно применяются в качестве глаз для артиллерии, в том числе реактивных систем залпового огня, авиации и барражирующих боеприпасов семейства «Ланцет»
«На нашем участке ВСУ не используют тяжёлую броню, поэтому в основном работаем небольшими дронами, поражая бронеавтомобили, артиллерийские орудия, иногда самоходные артиллерийские установки, – рассказал дроновод. – Всегда внимательно осматриваем позиции ВСУ перед ударом: если видим защитную сетку, сначала лёгким дроном её «снимаем», а затем добиваем цель самолётом».
В личный актив «Турист» уже записал уничтожение вражеской гаубицы, радиолокационной станции, а также множества укрепов с засевшими внутри боевиками. Поражал и лодки с десантом противника, когда те пытались переправиться через Днепр. В основном такое случалось ночью, но с помощью тепловизоров дроны-разведчики быстро обнаруживали перемещения противника.
Мой собеседник считает, что дрон сравним со скальпелем в руках хирурга.
«Расчёт работает быстро, точно, действия доведены до автоматизма, – говорит он. – Дали нам координаты или мы сами нашли цель – это не важно. Обнаружили, поразили, свернулись, ушли».
К слову, к вопросам безопасности парни относятся серьёзно, да и технические средства в этом помогают. Современные модели дронов имеют выносное управление: антенна-передатчик даёт возможность операторам укрываться в окопах, зданиях или просто на расстоянии, то есть не попадать в поле зрения противника.
«Когда ещё работали по-старому, на «Мавиках», меня как-то обнаружили вражеские дроны, отработали артой, – вспоминает «Турист».– Снаряд упал в нескольких метрах. Осколки зашли в ногу, повезло, что большая часть застряла в защитной экипировке. Я смог отбежать, укрылся в канаве. Потом самостоятельно добрался до наших. Через месяц уже был в строю».
На вооружении этого подразделения есть уникальный отечественный беспилотник ZALA Z-16. Благодаря наличию камеры с тепловизором аппарат способен передавать изображение на расстояние более 75 км, что делает его незаменимым средством для наведения и корректировки огня.
Дрон активно применяется в качестве глаз для артиллерии, в том числе реактивных систем залпового огня, авиации и барражирующих боеприпасов семейства «Ланцет». ZALA способен обеспечивать корректировку огня и ударов, вести объективный контроль.
На дронах этой системы «летает» молодой оператор Никита с позывным «Ворон». Ему 23 года. Родился и вырос в Крыму. До СВО успел поработать оператором-монтажёром на местном ТВ, получить специальность мастера по обработке цифровой информации. И всё же решил вместе с товарищами подписать контракт с Минобороны России.
«Со мной учились пацаны младше меня, когда они собрались на СВО, я не мог их отпустить одних, – говорит Никита. – Мы ведь друзья. Вместе пошли в военкомат, вместе прибыли в нашу роту БпЛА. Служим бок о бок, поддерживаем друг друга».
Операторы прошли обучение в специализированных учебных центрах. Знания и навыки военнослужащих подтверждены сертификатами, которые, как полагают сами парни, пригодятся им и после окончания СВО, уже в гражданской жизни. Ведь беспилотники сейчас применяются в самых разных сферах, специалисты этого направления очень востребованы. А значит, наши дроноводы могут быть спокойны за свою занятость в будущей мирной жизни.
«Ворон» вспоминает, как сразу после прибытия в роту у него началась череда длительных дежурств, когда полёты могли длиться сутками с перерывами только на замену аккумуляторов. Летать в основном приходилось над вражеской территорией. Наши аппараты противник пытался заглушить устройствами РЭБ, сбить средствами ПВО, но российские спецы поднимали «птицу» на высоту до пяти километров или уводили в сторону и оттуда продолжали вести наблюдение.
«На наших дронах очень хорошая оптика, – отмечает «Ворон». – Например, с высоты две тысячи метров мы можем рассмотреть, что человек несёт в руках, что выгружает из машины. Причём видим всё как днём, так и ночью».
Помимо общих, у каждого нашего дроновода выработаны свои алгоритмы и схемы реагирования на воздействие противника. Радует и надёжность самих аппаратов. Мелкие неисправности можно устранить в полевых условиях. Если же проблема серьёзная, устройства отправляют в ремонт. Хотя это буквально единичные случаи. Практически любую поломку можно устранить на месте, говорят операторы.
«Ворон» нынче занимает должность старшего оператора, но надеется на служебный рост, как минимум до командира отделения. В выборе парня поддерживает его отец, ведь тому в своё время также довелось послужить.
«Я был в «Юнармии», что только укрепило мой интерес к военной службе, – рассказывает Никита. – После школы пытался поступить в Новосибирское ВОКУ, но, увы, не прошёл по конкурсу. Нестрашно. Другим путём, но я реализовал свою мечту стать защитником Родины».
«Турист» и «Ворон» отмечают, что в боевой работе всегда внимательно относятся к применению дронов-камикадзе в населённых пунктах. Если есть риск задеть мирных жителей или нанести урон гражданским объектам, они откажутся от атаки, подождут, пока цель окажется в другой зоне. Вот для дроноводов ВСУ подобных нравственных норм не существует. Пожалуй, красноречивее всего об этом говорит тот факт, что нашим беспилотчикам противостоит на правой стороне Днепра вражеское формирование БпЛА с названием «Люфтваффе», командиром которого является боевик с говорящим позывным «Геринг». Тут даже добавить нечего… Увы, от атак бандеровских беспилотников регулярно гибнут и получают ранения мирные жители. Поэтому наши военные отлично понимают, против кого и за что они воюют.
Завершая наш разговор, мои собеседники выразили единодушное мнение, что беспилотная авиация сейчас развивается стремительно, а потому, чтобы эффективно воевать, надо оперативно осваивать технические новшества, овладевать новыми средствами и методами боя.
«Да, это не так просто, – говорят парни. – Но у нас есть мощная мотивация: понимание, что каждый наш вылет, каждая результативная атака приближает победу над врагом».
Группировка войск «Днепр»