Такого правила придерживается командир артиллерийского дивизиона ЮВО с позывным «Гера».
Майор с позывным «Гера» – офицер с солидным военным опытом. Он признаёт главный парадокс современных боевых действий: жужжание маленького FPV-дрона психологически давит сильнее, чем внезапный артобстрел противника. Но для него страх – лишь вызов. Командир учит подчинённых встречать и преодолевать его, находясь рядом с ними на передовой.
Взгляд «Геры» прикован к мониторам, где тактическая обстановка на северском направлении обновляется ежесекундно. Вот над лесополосой завис разведывательный БпЛА, транслируя изображение замаскированной позиции неприятеля, а соседний экран показывает перемещение штурмовой группы на подступах к Северску.
– В бытность лейтенанта о таком и мечтать не мог, – не отрываясь от экрана, спокойно поясняет «Гера». – Работали по площадям, по предполагаемым районам. А теперь у нас есть «глаза» в небе.
Позывной «Гера» – производное от фамилии – закрепился за ним давно, в самом начале офицерского пути. Для кадрового военного этот путь начался задолго до специальной военной операции. После окончания Казанского высшего артиллерийского командного училища в 2006 году судьба направила его на Северный Кавказ, затем в Волгоград и, наконец, в легендарную 150-ю дивизию. Там его батарея стала лучшей, что привело к назначению на должность замкомбата по военно-политической работе. Спустя двадцать лет выслуги он решил уйти на заслуженный отдых, но, как оказалось, ненадолго.
Ставший единым организмом дивизион – лучшее подтверждение доверия. Здесь артиллеристы вместе с командиром сражаются плечом к плечу и знают, что он не оставит в беде
– Ровно через год началась специальная военная операция. Меня мобилизовали, и я прибыл в свой полк на должность начальника штаба дивизиона. Три года в этой должности, а сейчас я командир дивизиона, – коротко, по-военному рассказывает он.
Современный бой мало похож на то, чему учили в военных училищах. Массированные удары по площадям уступили место точечной, почти снайперской работе.
– Тактика изменилась кардинально, – рассказывает «Гера». – Раньше мы действовали батареями, в крайнем случае взводами. Чтобы одно орудие выводилось на позицию для выполнения задачи – такого почти не было. Сегодня это основной метод ведения огня. Каждым орудием мы управляем отдельно в режиме реального времени, потому что видим цель.
Эта новая тактика требует совершенно иного подхода к живучести техники и расчётов. Одиночное орудие – более сложная цель для контрбатарейной борьбы противника, но и более уязвимая.
– Выживаемость орудия и расчёта целиком зависит от скрытности, – объясняет командир. – Это постоянная инженерная работа: подготовка укрытий, ходов сообщения, тщательная маскировка. Над каждой гаубицей мы возводим бревенчатые накаты, которые выдерживают близкий разрыв. Наша задача – сберечь гаубицу, но прежде всего – жизнь людей.
Противостояние дронам превратилось в повседневную рутину. На вооружении расчётов появились не только штатные средства от БпЛА ВСУ, но и нестандартные решения.
– При каждом орудии установлены пулемёты для борьбы с дронами типа «Баба Яга», – говорит «Гера». – Для ночной охоты есть тепловизионные прицелы и мощные дальнобойные фонари. А от FPV-дронов защищаемся с помощью гладкоствольных ружей. Многие привезли личные, официально оформив. Люди сами проявляют инициативу.
Но самая изощрённая борьба – это противостояние умов. Противник, как подчёркивает майор, изучал те же боевые уставы. Поэтому приходится постоянно искать нестандартные ходы.
– Мы активно используем ложные позиции, – признаётся он. – Оборудуем их, а ночью ставим внутрь металлических труб окопные свечи. Тепловизор противника видит тепловое пятно, напоминающее остывающий ствол. Они тратят на эти цели боеприпасы, пока мы работаем с настоящих, хорошо замаскированных позиций.
За боевые успехи и умелое командование дивизионом майор награждён медалью Суворова, однако главным своим достижением «Гера» считает не тактические хитрости, а людей и сплочённый коллектив. Почти все мобилизованные в его дивизионе уже подписали контракт, последовав примеру командира. Он заключил новый трёхлетний контракт, хотя знал, что по закону имеет право на увольнение, потому что стал отцом в третий раз.
– Я знал, что супруга может подать документы. Поэтому, не говоря ей, заключил контракт. Когда сын родился, просто поставил перед фактом, – признаётся офицер. – Она не сомневалась, что я так поступлю. Знает, за кого выходила замуж.
Это доверие – не просто слова. Когда один из солдат получил осколочные ранения ног, а эвакуационная группа была на выезде, «Гера» не стал ждать.
– Я взял санитара, прыгнул в машину, и мы поехали навстречу. Пересадили раненого ко мне и максимально быстро доставили в госпиталь. Эти выигранные минуты спасли ему жизнь, сейчас он идёт на поправку.
Командир лично проверяет каждую новую позицию, считая своим долгом быть там, где рискуют его подчинённые. Он встречает расчёты после боевой работы не строгим рапортом, а крепким рукопожатием.
– Как я смогу смотреть в глаза солдату и отдавать приказ, если сам не был на его месте? – задаёт он риторический вопрос. – Только так рождается доверие.
Его дивизион, ставший единым организмом, – лучшее тому подтверждение. Здесь артиллеристы вместе со своим командиром сражаются плечом к плечу и знают, что он не оставит в беде. «Гера» доказал: главное – это офицерская честь и люди, которых, в отличие от железа, заменить невозможно.
Группировка войск «Южная»