За время участия в спецоперации военным медикам из состава подвижной медицинской группы гвардии капитана медслужбы с позывным «Орех» довелось сменить близ ЛБС более десятка точек эвакуации.
Так сложились обстоятельства, что с гвардии капитаном медицинской службы из состава гвардейского мотострелкового полка группировки войск (сил) «Центр», взявшим на период участия в спецоперации тактический позывной «Орех», довелось познакомиться года полтора назад. Правда, в заочном формате. С тех пор, будучи наслышанным о нём, не покидало желание встретиться лично. В ППД сослуживцы офицера твёрдо пообещали: доведётся «Ореху» побывать на Урале, обязательно меня проинформируют. И слово своё сдержали.
В силу текущих служебно-должностных обстоятельств «Орех» ненадолго «заехал на Урал». В ходе уже личного знакомства чуть больше узнаю о собеседнике.
– День отъезда в зону проведения специальной военной операции я держал от близких в тайне до последнего момента, чтобы не ждали дату, не считали дни до расставания, – вспоминает офицер.
– А ведь я знала, что так всё и будет, – дополняет сказанное Юлия, его супруга. – Он один из тех, кто в тылу бы никогда не задержался. Даже его тактический позывной «Орех» – это производное не только от фамилии, но и от характера, такого же стойкого, твёрдого.
Что правда, то правда. Просто в его сфере деятельности по-иному нельзя.
– Это здесь, в стационаре, мы оказываем помощь по протоколу, когда по большому счёту не существенно, на день раньше или позже пациент будет выписан, – поясняет «Орех». – Там, в зоне боёв, цена другая – жизнь человека, когда работать приходится на результат, где цель лишь одна и она важнее всего – максимально облегчить текущее состояние раненого бойца и успеть его передать на следующий этап эвакуации.
Дело в том, что «Орех» – командир подвижной медицинской группы – небольшого отряда войсковых эскулапов, ведущих приём раненых бойцов в непосредственной близости от линии боевого соприкосновения, где, по словам капитана медслужбы, доступны все средства поражения противника, от кассетных боеприпасов и ударных FPV-дронов до ствольной артиллерии. Потому работать на приём и отправку раненых бойцов в тех условиях на свежем воздухе приходится не более 10–20 секунд. Все остальные процедуры происходят лишь в том месте, что прежде удалось найти в руинах освобождённых населённых пунктов. И арсенал командира ПМГ за время участия в спецоперации исчисляется уже не первым десятком пройденных точек. В их числе на слуху такие населённые пункты, как окраина Херсона, Авдеевка, Селидово, Ставки, Покровск.
В отношении последнего момента «Орех» поясняет:
– Мне повезло с командованием – не ограничивает в действиях, а, наоборот, даёт возможность самому принять решение в вопросе выбора временной точки дислокации, хотя всякий раз напоминает: «Не лезь на рожон». А как «не лезть», если профиль нашей деятельности требует быть по максимуму близко к воюющим бойцам.
Вот почему гвардии капитан медслужбы всякий раз сам, как поясняет, ножками, предпочитает подыскивать подходящее место будущего расположения ПМГ. Хотя понятие «расположение» – это громко сказано. Скорее, хоть что-то уцелевшее в недавно освобождённом от неонацистов населённом пункте, потому пригодное под объём текущих задач.
Располагаясь «в двух шагах» от ЛБС, небольшой автопарк подвижной медицинской группы гвардии капитана медслужбы с позывным «Орех» за всё время спецоперации не потерял от огня врага ни одной эвакуационной машины!
– Бывало, просто везло, – вспоминает военмед. – Однажды в груде развалин обнаружил относительно уцелевший подземный гараж. Совершенно неразличим для FPV с внешней стороны, с уцелевшим бетонным перекрытием и небольшим камином. При эвакуации створку ворот открыли, бойцов приняли-отправили, «буханку» отогнали в сторону, замаскировали – и никакого лишнего движения на улице у входа: пеший захочет – не найдёт, не то что оператор дрона. С дальнейшим продвижением наших войск то помещение даже покидать не хотелось, настолько оно было удачно обустроено медсоставом под полевой пункт эвакуации. В другой раз разместились в чудом сохранившемся погребе при частном домовладении, напрочь стёртом с лица земли прямым попаданием тяжёлого боеприпаса. Помещение 4 на 5 метров, где мы установили несколько стоек под носилки и пару скамеек для легкораненых военнослужащих. Там же наспех сколоченный столик с медикаментами, свет от дизельного генератора. Вот, пожалуй, и всё. Но мы и этому были рады, потому что, случалось, бытовали на таких «медточках», где и присесть места не было.
Кстати, о транспортных средствах. «Орех» не без гордости в голосе сообщил, что за всё время спецоперации его небольшой автопарк не потерял ни одной эвакуационной машины от огня врага! Отмечает:
– Специалисты у меня как на подбор – все профессионалы. Особенно медицинский состав. Знали бы вы, в каких только условиях им приходилось проводить полноценную восстановительную терапию. Было дело, даже в кузове мчащегося по разбитой дороге автомобиля эвакуации. Да что там, в дороге. Однажды, спасая раненого бойца, мы успешно применили внутрикостную инъекцию – это то, что присуще лишь специально подготовленным врачам бригад экстренной медицинской помощи. Крайне редкий случай в полевой практике, но и он был отработан так, как надо!
Неудивительно, что все как один специалисты ПМГ «Ореха» удостоены государственных и ведомственных наград. У самого капитана медслужбы их четыре – медали «За отвагу», Суворова, «За боевые отличия» и «За спасение погибавших». Плюс к ним благодарность от Верховного Главнокомандующего Вооружёнными Силами РФ «за образцовое выполнение боевых заданий командования и заслуги в исполнении воинского долга».
Однако, по словам капитана медслужбы, есть для него в канве текущих событий ещё один момент, по сути своей не уступающий любому поощрению. Речь идёт о томике стихов, переданном офицеру на ЛБС с Урала.
– Я был приятно удивлён: автором поэтического сборника оказалась моя супруга Юлия, – рассказывает «Орех». – Я знал, что она увлекается стихосложением, но даже не представлял, что настолько серьёзно, чтобы выпустить именное издание в честь бойцов спецоперации. Прочтя несколько произведений, я понял, что в период нашей разлуки супруге довелось пережить большой всплеск душевных переживаний за меня, за моих сослуживцев, за всех, кто ждёт и кого ждут.
В то печатное издание вошло несколько десятков стихотворных посвящений российским военнослужащим и добровольцам переднего края, их детям, жёнам, родным, и конечно же, мужу, находившемуся в зоне спецоперации. Это не просто сборник привычной лирики.
– Для меня это больше чем просто книга, – поясняет жена офицера, – это книга веры в мощь и победу Российского государства.
Гвардии капитан медслужбы не скрывает, что с тех пор томик стихов любимой женщины всегда был при нём. Как талисман, как билет на встречу с ней. И ведь это произошло! Пусть ненадолго, но он сейчас с ней.
А что с самой книгой?
– Она хранится в вещевом мешке там, на «точке» у линии боевого соприкосновения, – поясняет командир ПМГ. – Ждёт моего возвращения. Закончу здесь с текущими делами, вернусь в подразделение – будет время, обязательно ещё раз почитаю. Там, в особых условиях, каждая строчка от родного человека сродни бронежилету: защищает, а ещё придаёт душевные силы и крепит убеждённость в нашей победе.
Екатеринбург