В противостоянии конструкторских школ, систем управления экономикой советская оборонная промышленность взяла верх над германской.
на Уральском танковом заводе № 183 в Нижнем Тагиле. 1943 г.
Парады, посвящённые Дню Победы, во многих городах нашей страны ныне традиционно открываются проходом танка Т-34-85. Гениальная простота решений советских танковых конструкторов позволила наладить его серийный выпуск в объёмах, требуемых для Красной Армии. Машина по праву стала одним из символов Победы советского народа в Великой Отечественной войне.
А танками займётся товарищ Петросянц…
В начале 1941 года проект среднего танка Т-34 находился, по современной терминологии, на этапе опытной войсковой эксплуатации и при этом уже появились наработки по его усовершенствованию. Но начало войны, которое советское руководство старалось максимально оттянуть, радикально изменило ситуацию. Начальный период складывался неблагоприятно для Красной Армии, пришлось приступать к эвакуации оборонных заводов из европейской части страны. Перебазирование производственных мощностей складывалось не столь организованно, как планировалось.
Так, в ходе эвакуации Харьковского паровозного завода на Уральский вагоностроительный завод (УВЗ) из 12 140 человек прибыло 5234, из них рабочих – 2859. Эвакуация Мариупольского завода была сорвана: город стремительно захватили германские части. По этой причине оборудование предприятия успели вывезти лишь частично, а из 6344 работавших на заводе на Урал прибыло 732 человека, из них 589 – сотрудники корпусного производства, среди которых рабочих было только 30.
Уже 8 декабря 1941 года на Уральском танковом заводе № 183 изготовили первый Т-34, а 20 декабря на фронт отправили первую партию из 25 танков
На производственных площадях УВЗ разместили 13 предприятий так называемой первой эвакуационной волны. На этой базе создали Уральский танковый завод № 183 имени Коминтерна (УТЗ). В конце октября 1941 года в Нижний Тагил прибыл последний эшелон эвакуированных с Харьковского паровозного завода, с ними был назначенный директором УТЗ Юрий Максарёв. 9 ноября на заводе создали конструкторское бюро по танкостроению, которое возглавил Александр Морозов.
Полученный в первый год
войны боевой опыт показал, что, несмотря на обнаружившиеся недостатки, Т-34 представляет собой машину, превосходящую вражеские аналогичного класса. Красная Армия нуждалась в его крупносерийных поставках. Завод № 183 стал головным производителем Т-34. В последующем вся рабочая документация по выпуску танка на других предприятиях подлежала согласованию с КБ завода. Такое решение обеспечило взаимозаменяемость изготавливаемых комплектующих деталей.
Наша справка. К осени 1941 года руководству СССР стало очевидным, что управление танкостроением требует реорганизации. Было решено объединить производство танков, рассредоточенное на предприятиях целого ряда наркоматов (прежде всего среднего машиностроения, тяжёлого машиностроения и судостроительной промышленности), под началом единого органа управления. Проект указа Президиума Верховного Совета СССР об образовании наркомата танковой промышленности с включением в его состав танковых, дизельных и броневых заводов, а также 3-го Главного управления (броневого) Наркомата судостроительной промышленности был утверждён Политбюро ЦК ВКП(б) 11 сентября 1941 года. Производственное ядро нового наркомата составили 11 предприятий Наркомата среднего машиностроения, в его состав вошли также пять заводов Наркомата судостроительной промышленности и четыре завода других наркоматов. Кроме того, Наркомату танковой промышленности были переданы вуз, пять техникумов и НИИ-48.
Уже 8 декабря 1941 года на УТЗ изготовили первый Т-34, а 20 декабря на фронт отправили первую партию из 25 танков. Всего же завод за время войны выпустил 25 914 машин этого типа.
Государственный комитет обороны (ГКО) требовал от всех оборонных предприятий существенного увеличения объёмов выпуска военной продукции. С 1942 по 1944 год Народный комиссариат танковой промышленности (НКТП) решал эту задачу путём развития производственной базы по двум параллельным направлениям, дополняющим друг друга.
Наша справка. Первоначально Наркомат танковой промышленности во главе с В.А. Малышевым курировал член ГКО секретарь ЦК ВКП(б) Г.М. Маленков. Но вскоре кураторство над танкостроением передали заместителю председателя ГКО В.М. Молотову (заместителю председателя Совнаркома СССР, наркому иностранных дел). В июле 1943 года И.В. Сталин отстранил Молотова от контроля над танкостроением, поручив его члену ГКО Л.П. Берии (заместителю председателя Совнаркома СССР, наркому внутренних дел). Его заместителем по контролю над выполнением решений ГКО по танковой промышленности 10 июля 1943 года был назначен А.М. Петросянц, который в 1941–1943 гг. был заместителем наркома танковой промышленности СССР.
Во-первых, за счёт экстенсивных методов: восстановление эвакуируемых и расширение производственных мощностей, увеличение и совершенствование станочного парка как с помощью отечественных предприятий, так и в рамках поставок от союзников.
Около 40 эвакуированных промышленных предприятий и учреждений прибыло в эвакуацию в Нижний Тагил. В короткие сроки они были объединены в эффективно работающую единую хозяйственно-технологическую цепочку. За годы войны развитие завода № 183 и его партнёров привело к созданию современной по тому времени научно-технической производственной базы, ставшей основным элементом уральского оборонно-промышленного центра страны.
На заводе № 183 впервые в мире создали и применили конвейерно-поточный метод производства средних танков. Переход на такую организацию труда позволил значительно сократить потребность в рабочих и облегчить их труд, а также в среднем снизить квалификацию работников.
На УВЗ первые установки автоматической сварки появились ещё до войны – весной 1941 года. Они использовались для сварки длинных вагонных швов. После начала войны эвакуированные сотрудники Института электросварки Академии наук УССР к октябрю 1941 года смогли переналадить установки Р-70 вагонного производства для сварки бортов танков из легированных сплавов, что в мировой практике считалось невозможным. Учёные с Украины имели наработки, сориентированные на броню различных марок. Они их успешно развили и реализовали в годы войны.
На изготовление одного тяжёлого танка PzKpfw V «Panther» тратилось рабочего времени в 8,5 раза больше, чем на средний танк Т-34-85
Второе направление – разработка и использование новых конструкторско-технологических решений. Здесь наиболее яркий пример связан с башней танка. Она придавала характерный образ тридцатьчетвёрке – коническая форма с большим углом наклона брони. Изготовление цельнолитой башни не только снижало трудоёмкость её изготовления, но и обеспечивало высокую противоснарядную защиту. Первое коренное изменение в технологии её изготовления внесли на УТЗ. Имеющееся на предприятии оборудование не позволяло заформовать цельнолитую башню. В кратчайшие сроки конструктор Марк Набутовский разработал новую конструкцию башни, а технологию её изготовления по частям реализовали металлурги. Следующие знаковые новации Марк Абрамович внёс в технологию в 1943 году.
Поединок конструкторских школ
Боевой опыт 1930-х годов убедил военных специалистов Европы в высокой потребности противотанковых средств на поле боя. В основных европейских армиях количество противотанковых пушек и ружей исчислялось десятками тысяч. С начала 1940-х годов особая роль стала отводиться противотанковым самоходным установкам.
Аналогичная ситуация была и в РККА. Военное командование пришло к выводу, что советскому среднему танку необходимо иметь броневую защиту от снарядов 20 – 47-миллиметровых противотанковых пушек на дистанциях более 300–500 метров, а на любых дистанциях – от бронебойных пуль противотанковых ружей и крупнокалиберных пулемётов.
Основными целями среднего танка на поле боя считались полевые укрепления типа дзот (дерево-земляная огневая точка), легкобронированная и небронированная техника, пехота противника. Поэтому в РККА особое внимание уделяли поражающим характеристикам снаряда осколочно-фугасного типа. Конструкторы, нацеленные на решение этой задачи, получили хорошие результаты. Снаряды танковых пушек Ф-34 и ЗИС-5 с баллистикой 76,2-мм дивизионной пушки отвечали предъявляемым к ним требованиям и существенно превосходили ТТХ осколочных и осколочно-фугасных снарядов 50-мм пушек среднего танка PzKpfw III (серийно выпускался с 1938 по 1943 год).
После нападения на СССР германское руководство весьма быстро осознало опасность советских танковых новинок для противотанковых пушек и танков вермахта. Выявилась недостаточная огневая мощь танка PzKpfw III. Его орудие показало низкую эффективность.
В качестве основного пути развития вооружения танков в Берлине выбрали увеличение калибра оружия. В багаже германских фирм уже имелись перспективные разработки по 75-мм противотанковым пушкам. Но до нападения на СССР работы по ним велись неспешно из-за отсутствия у вермахта на поле боя соответствующего противника.
После рухнувших планов блицкрига германские фирмы в 1942 году получили задания на разработку противотанковых средств как большего калибра, так и на новых физических принципах. Уже в середине июля 1941 года германские фирмы получили заказы на разработку орудий для тяжёлых танков. Вопрос о серийном производстве тяжёлых танков обсуждался в том же 1942 году, а в 1943-м начался массовый выпуск PzKpfw (Panzerkampfwagen) V Panther и PzKpfw VI Tiger.
Советская военная разведка, судя по всему, была в курсе новых тенденций в немецком танкостроении. Весьма своевременным представляются распоряжение ГКО о разработке орудий большого калибра для самоходных артиллерийских установок, предназначенных для борьбы с танками, а также изданный в конце 1941 года приказ Главного артиллерийского управления (ГАУ) о разработке на базе Т-34 противотанковой самоходно-артиллерийской установки. Весной 1942 года на пленуме артиллерийского комитета ГАУ с участием представителей промышленности были определены первоочередные цели, в том числе по созданию новых САУ для борьбы с танками.
Об усилении бронезащиты тридцатьчетвёрки речь ещё не шла. Она считалась довольно надёжной. Советская статистика по 1942 году свидетельствует, что в результате попаданий в Т-34 снарядов немецких 50-мм пушек только 57 процентов поражений оказались опасными, то есть с пробитием брони.
Безусловно, и командование вермахта обобщало свой боевой опыт. В германских программах с осени 1943 года на первое место вышло производство оборонительного вооружения, в частности противотанковых пушек и другого оружия для борьбы с танками. Основным противотанковым средством стала пушка 7,5-cm PaK (Panzerabwehrkanone) 40. Её скорострельность достигала 15 выстрелов в минуту, на дальности 1000 метров её снаряды пробивали броню до 96 мм при угле встречи 60 градусов, а при угле встречи 90 градусов – до 133 мм. За время войны этих пушек было изготовлено около 23,3 тысячи, в том числе в 1944 году – 11,7 тыс.
Германия также оснастила вермахт лёгкими и мобильными САУ для борьбы с танками. Чешские конструкторы из фирмы BMM (Böhmisch-Mährische Maschinenfabrik AG) разработали для немцев противотанковую самоходную установку Hetzer (Jagdpanzer 38) с 75-мм пушкой.
Требуется 85-мм пушка
Появление у вермахта весьма эффективных противотанковых средств привёло к тому, что в статистике поражений танков в 1943 году на первое место вышли потери от огня 75-мм орудий. Всё это подтвердило правильность решений ГКО на проведение глубокой модернизации танка Т-34. В первую очередь у тридцатьчетвёрки требовалось повысить мощность вооружения, чтобы иметь возможность поражать цели вне зоны эффективного действия основных противотанковых средств врага.
5 мая 1943 года постановлением ГКО «Об усилении артиллерийского вооружения танков и самоходных установок» Центральному артиллерийскому конструкторскому бюро (ЦАКБ) и конструкторскому бюро завода № 9 (г. Свердловск) поручалось разработать 85-мм пушку.
По оценке танкостроителей, хорошие перспективы имела 85-мм танковая пушка Д-5. Работы по её созданию в ОКБ завода № 9 под руководством Фёдора Петрова начались в январе 1943 года, ещё до постановления ГКО. В августе на вооружение приняли СУ-85 с пушкой Д-5С («самоходная»). Образец Д-25Т-85 («танковая») изготовили в июне.
После ряда доработок на испытания это орудие вышло в ноябре, а до конца года изготовили 45 пушек. Ими вооружили опытную партию модернизированных тридцатьчетвёрок, построенных на заводе № 112 (г. Горький). На государственных испытаниях снаряд пушки пробил лобовую 130-мм броню «Тигра» и, пройдя через весь танк, вырвал лист кормовой брони.
В конце 1943 года был подготовлен проект постановления ГКО «О производстве танков Т-34-85 с 85-мм пушкой на заводе № 112 НКТП». В нём отмечалось: «Принять на вооружение армии Т-34-85 конструкции завода № 183 НКТП с пушкой 85 мм конструкции завода № 9 НКВ…».
Танки Т-34-85 завод № 112 выпускал с начала 1944 года. При их эксплуатации выявился ряд недостатков. У пушки Д-5Т особенно частыми были поломки подъёмного механизма. Имелись и другие изъяны, устранить которые было сложно. Поэтому от установки пушки Д-5Т на Т-34 отказались.
В марте 1944 года средние танки глубокой модернизации Т-34-85 стали сходить с конвейера завода № 183
Основным конкурентом Д-5Т стала сконструированная в подмосковном ЦАКБ под руководством Василия Грабина пушка С-53. По воспоминаниям Марка Набутовского, она в Т-34 плохо компоновалась и требовала больших изменений в корпусе и башне. Однако Грабин обещал быстро доработать своё детище, которое можно будет установить в машину без уширения погона башни.
Успокаивало, что к тому времени хорошо зарекомендовал себя разработанный Грабиным метод скоростного проектирования. От начала проектных работ до опытного образца новые пушки создавались буквально за несколько недель. ЦАКБ, выполняя постановление ГКО, уже разработал две пушки, показавшие хорошие результаты на испытаниях.
Решением наркома танкового машиностроения Вячеслава Малышева в ЦАКБ сформировали филиал конструкторского бюро УТЗ под руководством Набутовского. После того, как были определены основные направления усовершенствования пушки, ЦАКБ доработало и самостоятельно установило ещё «сырую» пушку С-53 на один из серийных Т-34, а Грабин поспешил отрапортовать в ГКО об успешном решении задачи.
Но на заседании специальной государственной комиссии выяснилось, что грабинский вариант установки пушки создал невероятную тесноту для танкового экипажа (который и без этого не испытывал комфорта) и большой момент неуравновешенности в башне. Снизились прочностные характеристики крепления пушки.
Пришлось срочно принимать экстраординарные меры. По заданию комиссии конструкторы УТЗ за три дня спроектировали новую, увеличенную танковую башню с погоном, уширенным с 1420 до 1600 мм, а ЦАКБ активно дорабатывало новую пушку С-53.
23 января 1944 года средний танк Т-34-85 приняли на вооружение, а доработка пушки продолжилась. В результате всех перипетий на свет появилась пушка ЗИС-С-53 («С» – индекс ЦАКБ, «ЗИС» – индекс завода № 92). На госиспытаниях она показала высокую эффективность.
В марте 1944 года средние танки глубокой модернизации стали сходить с конвейера завода № 183. Конструкторы продолжили совершенствовать свою новинку. В воспоминаниях Набутовский особо отмечал, что завод реализовал в металле такие усовершенствования, как увеличение толщины брони, ускорение вращения башни, уменьшение её лобовой проекции, установку более совершенного прицела. Несколько позже танк был оснащён зенитной установкой.
Выпуск глубокой модификации тридцатьчетвёртки – Т-34-85 – организовали на трёх заводах. До 1 июня 1945 года заводы № 183, № 112 и № 174 (Омск) изготовили 16 742 машины. Помимо сохранения ранее достигнутых объёмов выпуска, наши танкостроители были экономичнее противника.
По расчётам специалистов, для производства 6000 танков «Пантера» промышленности нацистской Германии потребовалось оборудования, материальных и трудовых ресурсов столько же, сколько бы СССР затратил для выпуска более 50 000 средних танков. По имеющимся оценкам, на изготовление одной «Пантеры» рабочего времени требовалось в 8,5 раза больше, чем на Т-34-85.
В завершение замечу, что после Великой Отечественной войны Т-34-85 ещё долго оставался грозным оружием. Как заметила в беседе со мной директор выставочного комплекса УВЗ Алла Пислегина, эта машина в своём первоначальном, модернизированном или перестроенном виде принимала участие почти во всех крупных конфликтах второй половины ХХ века. В Европе они последний раз были задействованы в ходе гражданской войны на территории бывшей Югославии. Ныне тридцатьчетвёрки используются в Йемене.