Лишь высочайший профессионализм военного нейрохирурга из России помог в экстренной ситуации спасти жизнь тяжелораненому сирийцу.
В расположение медицинского отряда специального назначения (МОСН) российского воинского контингента в САР тяжелораненого сирийца доставили из-под Пальмиры. У пострадавшего было серьёзное ранение шейного отдела позвоночника. Уровень сознания – умеренное оглушение. Мужчина практически обездвижен.
Характер минно-взрывного ранения говорил сам за себя: любое промедление чревато летальным исходом. Оперативная рентгенография показала критическую степень повреждения жизненно важного участка. Она была такова, что для спасения человека требовался врач особой специализации – нейрохирург. В составе российской группировки войск был всего лишь один специалист данного профиля.
О столь дальней служебной командировке старший ординатор нейрохирургического отделения 426-го военного госпиталя ЦВО майор медицинской службы Александр Данилов даже не задумывался. На тот момент его нейрохирургический опыт исчислялся неполными тремя годами профессиональной деятельности. «По сути, как нейрохирург, – признаётся Александр Данилов, – я был ещё в начале специализационного пути. На тот момент в медицинском сообществе нашего округа трудились коллеги с куда большим практическим стажем».
Однако право представлять нейрохирургов ЦВО в составе МОСН в САР выпало именно майору медслужбы Данилову.
Изменчивый вектор пути
Если без лукавства то, можно сказать, что на медицинском поприще Александру всё-таки фартило. Даже когда казалось, что текущие события не на его стороне. Например, когда по окончании ординатуры по специальности «Хирургия» Военно-медицинской академии в 2010 году майору медслужбы Данилову пришлось смириться с капитанской должностью в составе медотряда спецназначения. Выхода иного не было: выпускников ординатуры в тот год было много, а вакантных должностей на местах в связи с проводимой реформой Вооружённых Сил РФ, что «кот наплакал». Офицер, подумав, рассудил: уж лучше пресловутую синицу в руках держать, чем оказаться за бортом военной медицины. И в конечном итоге был прав, обретя впоследствии соответствующую воинскому званию штатную должность.
Впрочем, в отношении сопровождавшего его везения Александр и сам не скрывает: было нечто подобное. Например, в период учёбы на лечебном факультете мединститута Чувашского госуниверситета профильные знания и навыки в области медицины ему давались проще, чем сокурсникам. Но за счёт чего? Просто потому, что ещё в девятом классе Александру удалось получить начальное медицинское образование. 10–11-е классы средней школы он завершал в стенах лицея с медицинским статусом. И когда его одногодки, пребывая под обаянием заглавной строки из известного шлягера, напевали «когда уйдём со школьного двора…», мечтательно рассуждали о своём месте во взрослой жизни, Александр Данилов уже постигал мудрёную латынь, изучал анатомию и физиологию человека, осваивал сферу медицинского ухода за больными.
К проводникам многих счастливых моментов Александр в первую очередь относит свою маму – медработника, чья трудовая деятельность прошла в стенах хирургического отделения. Это под её началом ещё в довузовский период он научился безошибочно ориентироваться в разнообразии хирургического инструментария, познал тонкости обработки и подготовки к оперативному вмешательству так называемого операционного поля, получил начальную практику ухода за больными хирургического профиля, обрёл опыт в постановке инфузий, выполнении внутримышечных и подкожных инъекций и в других соответствующих специфике моментах.
Неудивительно, что столь продвинутого первокурсника с достойным базовым уровнем подготовки за плечами сразу же оценил профессорско-преподавательский состав лечебного факультета вуза.
Александр, в свою очередь, не замыкался на достигнутом. В свободное от учёбы время с практической, по его словам, целью работал выездным санитаром «скорой помощи». Случалось, за одно ночное дежурство участвовал в 5–6 выездах по вызову. И так в течение года.
Позже, в 2000 году, накопленные знания и, что особенно важно, практический опыт пригодились ему при зачислении в Самарский военно-медицинский институт. Некоторое время спустя на плечи Александра Данилова легли погоны с первичным офицерским званием. Затем была интернатура.
Александр настойчиво шёл к большой хирургии. Он уже самостоятельно выполнял аппендэктомию, грыжесечение с пластикой, ушивал перфоративную язву желудка. Но так как готовил себя по линии общей хирургии, одновременно проявлял нескрываемый интерес, говоря войсковым языком, к иным смежным специальностям. Он до сих пор с гордостью вспоминает, что в тот период медицинских дежурств самостоятельно выполнил четыре операции по трепанации черепа. И на излёте интернатуры Александр Данилов оказался единственным обучаемым в группе хирургов, имевшим такого рода практический опыт.
В 2003 году начальник факультета последипломной подготовки обратился к подопечным с ожидаемым вопросом: «Кто где бы хотел служить?»
Три с половиной часа – столько длилась борьба за жизнь сирийца. И из неё военный нейрохирург из России вышел победителем
Когда Сочи не прельщает
Для себя регион офицерской службы Александр Данилов определил давно: Северо-Кавказский военный округ. Почему? «Мечтал о практике, – поясняет Александр. – Рассудил: Северный Кавказ – место непростое. Работы для специалиста моего профиля должно быть выше крыши. Чем не лучшее место для профессионального роста?»
Но то решение предопределил ещё один момент. В период учёбы Александра восхитил пример профессионального становления преподавателя полковника медицинской службы Анатолия Пырлыка. За годы службы офицеру в качестве военно-полевого хирурга дважды довелось принять участие в проводимой на Северном Кавказе контртеррористической операции, а до того он был в Афганистане. Пырлык имел большую практику оказания хирургической помощи в боевых условиях. Потому моменты подготовки больного к операции, технику выполнения оперативного вмешательства и послеоперационное ведение пациента от столь опытного наставника Александр Данилов перенимал, что называется, во всех тонкостях.
Стремление выпускника удовлетворили. Данилова направили в состав печально известной по северокавказским событиям 131-й мотострелковой бригады. Прошёл путь кадровой карьеры от должности начальника медицинского пункта – начальника медицинской службы самоходно-гаубичного артиллерийского дивизиона до командира медроты бригады. «Полигонной жизни вкусил по полной программе, – рассказывал Александр Данилов. – Досконально изучил всю специализированную медицинскую автотехнику роты. Более того, не раз опробовал её возможности в полевых условиях, в том числе в ходе краткосрочной миротворческой командировки в Гальском районе Абхазии».
Однако всегда наступает момент, когда чувствуешь, что здесь познал уже всё и хочется чего-то нового, большего. Данилов изъявил желание продолжить своё профессиональное обучение в ординатуре. Ценя опыт и служебные заслуги офицера (а за четыре года у Данилова были поощрения от лица командующего войсками СКВО), в управлении медицинской службы военного округа ему предложили должность начальника медслужбы расквартированной в Сочи зенитной ракетной бригады.
Каково же было удивление начмеда округа, когда Александр Данилов, вежливо отказавшись от заманчивого повышения, высказал желание продолжить служебный путь по стезе лечебного профиля.
– Да ты что, Данилов? Не осмыслил, от чего отказываешься?
– Отказываюсь. Я твёрдо настроен: хочу заниматься хирургией.
– Ну что ж, – не стал настаивать начмед. – Служил ты исправно. Потому и выбор за тобой.
Дальнейший путь Александра Данилова лежал в ординатуру. Кафедра военно-полевой хирургии Самарского военно-медицинского института. Там же он прошёл свой первый цикл по нейрохирургии.
Событий было много: посуточные дежурства, плановые и экстренные операции, частые командировки по зоне ответственности. Пережил волну оргштатных мероприятий. Кстати, её последствия и скорректировали дальнейший профессиональный вектор офицера. Да и тут, можно сказать, повезло. Из возможных должностей оставался ординаторский вакант в нейрохирургическом отделении военного госпиталя. Дал согласие. А что было делать? Прошёл курс соответствующей переподготовки. Получил сертификат нейрохирурга.
Сирийский «трофей»
По линии нейрохирургии у майора медслужбы Александра Данилова в составе сирийского МОСН работы было немного. Чаще всего военнослужащие обращались с жалобами на дискомфорт в области спины, в основном вызванный продолжительными физическими или статическими нагрузками, частым ношением бронежилета, что провоцировало обострение вертеброгенного болевого синдрома в шейном или поясничном отделе позвоночника. Данилов не сетовал на то, что так и вернётся к себе в Самару без должной боевой практики. Но, как любому профессионалу, ему хотелось проверить себя в настоящем деле.
…В тот день он, как обычно, нёс дежурство по медицинскому отряду и в числе первых узнал, что в МОСН эвакуируют раненого сирийца.
– Как только стал известен характер ранения, я понял, что это мой пациент, – вспоминает майор медслужбы Данилов. – Тот день я помню хорошо: никакой растерянности, конечно же, не было. Но после осмотра пациента и рентгенографии понял, насколько это сложный случай.
Если можно так выразиться, раненому повезло. В том смысле, что осколок от разорвавшейся мины, проникнув в переднюю поверхность шеи, достиг уровня второго шейного позвонка, вызвал перелом его дужки и ушиб спинного мозга, стремительно развивающийся отёк, но не повредил крупные сосуды шеи. А ведь мог. Только представьте: в теле кусок металла двухсантиметровой длины. «В противном случае, – поясняет Александр Данилов, – до МОСН пострадавшего просто бы не довезли».
Ситуация требовала незамедлительных действий. Готовясь к операции, Данилов выработал для себя пошаговый алгоритм манипуляций. Причём настолько чёткий, что в ходе операции корректировать процесс не пришлось.
Три с половиной часа – столько длилась борьба за жизнь сирийца. И из неё военный нейрохирург из России вышел победителем. «В тот момент, – признаётся майор медслужбы Данилов, – я переживал за то, чтобы в ходе операции на фоне отёка мягких тканей и кровотечения из мелких сосудов не задеть ни крупные сосуды, ни нервные сплетения».
Тот извлечённый осколок от мины Александр Данилов в качестве «трофея» увёз с собой, в Самару. Теперь он ему и его коллегам напоминает о непредсказуемости событий в военно-полевой медицине.
Екатеринбург