Североатлантический альянс расширяет свою деятельность на околоземное пространство.
Североатлантический альянс обнародовал на прошлой неделе, 17 января, ещё одну свою стратегию. Она изложена в документе, получившем название «Всеобъемлющая политика НАТО в космосе». Её главная цель заключается в распространение «зоны ответственности» альянса на околоземное пространство.
Появление этой стратегии не стало неожиданностью, так как Североатлантический альянс давно уже вышел за рамки своей деятельности, определённые его отцами-основателями при подписании Вашингтонского договора от 4 апреля 1949 года. Географически они ограничивались, напомним, территориями стран-участниц и островами, которые находятся под их юрисдикцией в Атлантическом океане к северу от Северного тропика (или тропика Рака).
Однако после ликвидации Организации Варшавского договора и последующего распада СССР альянс стал активно расширять эти рамки практически на весь земной шар. Достаточно вспомнить участие вооружённых сил многих его участников в войнах в Ираке и Афганистане, а также наращивание взаимодействия НАТО с Японией, Австралией и рядом других стран Индо-Тихоокеанского региона.
Теперь в зону своей ответственности альянс включает и космическое пространство. В общем-то этого и следовало ожидать, если принять во внимание логику мышления военно-политического руководства блока, нацеленного на обеспечения глобальной гегемонии Запада.
В течение десятилетий НАТО вела свою собственную программу спутниковой связи (SATCOM). В общей сложности было запущено восемь спутников: первый – ёщё в 1970 году с мыса Кеннеди. Правда, к началу 2000-х в штаб-квартире НАТО решили, что рациональнее будет использовать спутники связи ряда стран участниц (Великобритании, Франции и Италии). Так появилась программа SATCOM 2000.
В 2019 году было подписано соглашение с Великобританией, Италией, Францией и США, которое гарантировало доступ структур НАТО к военным спутникам связи (на сумму в 1 млрд долларов за доступ к услугам космической связи до 2034 года).
А в мае 2018 года Североатлантический совет утвердил политику космической поддержки в операциях НАТО. Двумя месяцами позже на саммите в Брюсселе руководители стран НАТО договорились о разработке космической политики альянса в знак признания возрастающей роли околоземного пространства в действиях организации.
Год спустя, на встрече министров обороны в июне 2019 года, была принята космическая политика НАТО. В декабре того же года на саммите лидеров НАТО в Лондоне космос был объявлен пятой оперативной областью после воздуха, суши, моря и киберпространства.
«Мы объявили космос оперативной областью НАТО, признавая его важность для обеспечения нашей безопасности и решения проблем безопасности при соблюдении международного права», – подчёркивалось в принятом решении.
Согласно ему специалисты по планированию в штаб-квартире НАТО получили возможность запрашивать необходимые им услуги и космические средства для обеспечения деятельности объединенных вооружённых сил.
С целью координации усилий союзников, поддержки миссий и операций и обмена информацией в октябре 2020 года в германском Рамштайне, где находится командование объединённых ВВС НАТО (на него возложены также задачи по обеспечению противоракетной и противовоздушной обороны), был создан космический центр альянса. Как было подчёркнуто, он предназначен для того, чтобы позволить НАТО упорядочить запросы к национальным космическим организациям и чтобы вооружённые силы альянса имели свободный доступ к космическим услугам и данным, когда это необходимо.
А в июне 2021 года на саммите в Брюсселе лидеры НАТО заявили, что альянс будет реагировать на атаки в космосе и из космоса вплоть до применения 5-й статьи Североатлантического договора (нападение на одного из участников НАТО расценивается как нападение на альянс в целом).
НАТО также объявила на этой встрече, что она будет разрабатывать стратегическую космическую систему ситуационной осведомлённости (3SAS) в штаб-квартире альянса. До этого она зависела от возможностей отдельных государств-членов.
Стратегия под названием «Всеобъемлющая политика НАТО в космосе» (NATO’s overarching Space Policy), по сути, обобщает все предыдущие действия Североатлантического альянса по использованию им околоземного пространства и излагает перспективы в этой сфере.
Политика НАТО в космосе станет одной из главных тем саммита альянса в июне 2022 года в Мадриде
В документе утверждается, что прогресс в космических технологиях создаёт новые риски для альянса. «Эволюция использования космического пространства, а также быстрый прогресс в космических технологиях создают новые возможности, но также и новые риски, уязвимости и потенциальные угрозы для безопасности и обороны стран-участниц альянса», – говорится в стратегии. В связи с этим делается вывод, что принципы коллективной обороны должны действовать и в космическом пространстве.
С этой целью НАТО намерена интегрировать космос в свою систему коллективной безопасности и обороны наряду с четырьмя другими сферами – воздушной, морской, сухопутной и киберпространством.
«Космос является глобальной средой. Любой конфликт, распространяющийся в космосе, может затронуть всех пользователей этого пространства. Даже в тех случаях, когда НАТО не вовлечена в конфликт, космические системы союзников могут быть затронуты», – отмечается в документе.
Также говорится о том, что НАТО не намерена становиться «автономным игроком в космосе», а будет координировать деятельность союзников, взаимодействовать с соответствующими международными организациями, включая ООН и ЕС. При этом все 30 членов альянса «обязуются предоставлять на добровольной основе и в соответствии с национальными законами, правилами и политикой космические данные, продукты, услуги или эффекты, которые могут потребоваться для операций, миссий и другой деятельности Североатлантического союза».
Союзники обязались провести мероприятия по девяти «направлениям усилий», включая космическую поддержку, осведомлённость о космической области, «сдерживание, защиту и устойчивость», развитие потенциала и функциональную совместимость.
Все эти вопросы альянс намерен отрабатывать на предстоящих военных учениях. «Космос должен более последовательно и заметно фигурировать в учениях НАТО для отработки частичной или полной потери доступа к космическим сервисам, предоставляемым силами союзников. Силы НАТО должны быть готовы к действиям, когда космическая поддержка в операциях ухудшается или прерывается», – поясняется в документе.
Кстати, четыре года назад в рамках учения Trident Juncture – 2018 («Единый трезубец – 2018») уже отрабатывались определённые элементы ведения боевых действий союзных войск с привлечением космических средств. Судя по заявлениям представителей НАТО, то учение показало, что околоземное пространство имеет огромное значение для развёрнутых группировок с точки зрения обеспечения связи, передвижений и целеуказания.
Успех в реализации новой стратегии во многом зависит от США, на которые приходится 80 процентов так называемого глобального космического бюджета. Ряд западных экспертов высказывает мнение, что Соединённым Штатам следует привлекать представителей НАТО к участию в своих учениях, связанных с космосом – вроде «Военной игры Шривера» (Schriever wargame), учения, в ходе которого отрабатываются вопросы планирования и управления боевыми действиями в околоземном пространстве.
Надо также учитывать, что за космическими претензиями штаб-квартиры НАТО скорее всего стоят корыстные интересы самих США. Ни для кого не секрет, что Вашингтон всегда рассматривал альянс как механизм, позволяющий ему контролировать военное строительство в европейских странах – прежде всего крупных. Сейчас европейские государства, и прежде всего Франция и Германия, уделяют повышенное внимание развитию своих собственных военных возможностей в космосе, чтобы не зависеть от своего заокеанского партнёра.
И не отсюда ли «растут ноги» затеи с космической стратегией НАТО? Структуры НАТО, повторимся, служат Вашингтону инструментом контроля своих союзников, особенно склонных проявлять самостоятельность на мировой арене.
Известно, что политика НАТО в космосе станет одной из главных тем саммита альянса в июне 2022 года в Мадриде. Как ожидается, этот вопрос будет отражён в новой концепции НАТО, которая должна быть одобрена на предстоящей встрече лидеров стран альянса.