Командование вооружённых сил Украины пытается удерживать позиции ценой солдатских жизней.
Пленные военнослужащие ВСУ поголовно заявляют о том, что закордонной техники своими глазами так и не видели. Зато командование не скупится выдавать им старые, порой даже ржавые автоматы. Но и они ничем не смогут помочь в реальном бою, ведь патроны в комплекте не идут.
– В нашем подразделении, в 7-й роте, ничего вообще не было. Автоматы только старые. Говорили, что есть вооружение западное, что идут поставки. Но в нашей и остальных ротах, которые я знаю, ничего из американской техники нет, – рассказал о техническом обеспечении украинской армии пленный солдат ВСУ Станислав Повышенко.
– Оружие у нас старое, патронов к нему нет. Американских образцов, про которые постоянно говорят, у нас нет. Еды, кстати, тоже практически нет, – поделился пленный солдат ВСУ Михаил Повелик.
Плохо у ВСУ не только с оружием, но и с обученностью личного состава. Собирают по улицам неслуживших или отслуживших давным-давно, в том числе больных. Кого-то застают врасплох дома, кого-то по пути в магазин, кого-то на работе. Без лишних слов их сразу же увозят в военные комиссариаты, где и вручают повестки.
– Сидел на скамейке, подошли парни из военкомата и сказали пройти с ними. Взяли у меня паспорт и погрузили в машину. Отвезли в военкомат, а там уже вручили повестку, – рассказал пленный солдат ВСУ Михаил Повелик.
– Ехал с работы. Захожу в маршрутку, меня тут же просят выйти и показать документы. Потом приехали люди из военкомата и сразу же меня забрали, – поделился пленный солдат ВСУ Станислав Повышенко.
Киевским властям неважно состояние здоровья потенциального мобилизованного. По их мнению, руки-ноги есть – значит годен. Поэтому неоднократно возникают проблемы даже с тем, что солдаты попросту не могут добежать до позиций – не хватает сил.
– Никакой медкомиссии толком и не было, на следующий день уже пошёл служить. Забирали всех – хромых, больных… Всех таких отправляют в 95-ю бригаду, – рассказал об уровне годности к службе мобилизованных сограждан пленный солдат ВСУ Станислав Повышенко.
– Медкомиссию я не проходил. Я пришёл в больницу пройти медкомиссию, но там уже и без меня всё подписано было. У меня проблемы с позвоночником. Меня когда забирали, я пытался им сказать об этой проблеме, но им было не до этого, – поделился опытом прохождения медицинского освидетельствования пленный солдат ВСУ Михаил Повелик.
Потерь у нас тьма. По нам на позициях бьёт артиллерия, танки. Куча у нас «трёхсотых», «двухсотых», но даже это командирам ни о чём не говорит
В вопросе подготовки военнослужащих командование ВСУ проявляет максимальную халатность. Оно отправляет мобилизованных в западные страны, но тамошняя боевая учёба для украинцев – курам на смех. В основном так называемая подготовка длится примерно месяц. За это время будущим воякам всего лишь один-два раза удаётся пострелять по мишеням. Зато в вопросе о психологической подготовке мобилизованных солдат киевским и западным инструкторам нужно отдать должное: прививать русофобию – их лучшее умение. Фактически они пытаются сделать из обучаемого настоящего зомби, которому даже не нужен будет автомат, чтобы вступить в бой с российским военным. Правда, не всегда они учитывают то, что не каждый мобилизованный относится к русским с такой же ненавистью.
– В основном мы занимались стрельбой холостыми патронами. Только под конец дали пострелять боевыми. Большое внимание было уделено психологической подготовке. Настраивали против русских, разжигали в нас ненависть, – поделился пленный солдат ВСУ Станислав Повышенко.
– Я до этого в армии не служил. Подготовка проходила в Великобритании, длилась месяц. Ну что за месяц можно усвоить? Подготовка очень слабая – в окопе мне ничего не пригодилось, – рассказал пленный солдат ВСУ Михаил Повелик.
Существует поговорка «командирское слово – всем успехам основа». Но и с этим, увы, в армии Украины большая проблема. Командование предпочитает удалённый формат работы. Как бы того ни хотелось киевским властям, в реальном бою данная тактика себя не зарекомендовала. И всё чаще пленные военнослужащие рассказывают о том, что командование само толком не владеет никакой информацией и вообще предпочитает лишний раз не выходить на связь со своими подчинёнными.
– Наши командиры находятся в тылу. В лучшем случае с ними общение по рации. Никакой информацией они не владеют. Даже когда были «двухсотые», «трёхсотые», нам просто кричали в рацию, чтобы мы не бросали позицию. Многие у нас просто не хотят выполнять указания командиров, – поделился опытом взаимодействия с руководством пленный Станислав Повышенко.
– Командиры с нами на боевые задания не ходили, они сидели в тылу, где-то в 5–7 километрах от зоны активных боевых действий, – рассказал пленный Михаил Повелик.
– Потерь у нас тьма. По нам на позициях бьёт артиллерия, танки. Куча у нас «трёхсотых», «двухсотых», но даже это командирам ни о чём не говорит, – добавил он.
Порой неумелое командование ставит бойцов в максимально неловкое положение, ведь они, сами того не подозревая, выходят на позиции Российской армии. Здесь им, не ожидавшим такого разворота событий, не остаётся ничего, кроме как сложить оружие и сдаться.
– Нас сержант довёл до дороги и сказал, чтобы дальше просто сами шли прямо, в свои окопы. Мы пошли прямо, было темно. Дошли до окопов, а там русские военные. Они сказали нам сдаться. Мы сдались, – рассказал, как попал в плен, солдат ВСУ Михаил Повелик.
– Послали нас в наряд в лес, на свои позиции. У нас уже было много потерь, нам дали пару человек из 8-й роты. Нас сержант довёл до определённого места и дальше просто рассказал, куда идти. Я пошёл с напарником туда, в лесу было очень темно в тот момент. Под ногами ничего не было видно. Старались идти так, как показали. Подошли туда, вроде видим окоп, но не тут-то было. Нам оттуда ваши ребята крикнули, чтобы мы опустили оружие. Мы сложили автоматы и сдались, – поделился своей историей о том, как очутился в плену, солдат ВСУ Станислав Повышенко.