На полигонах в тыловой зоне спецоперации в тёмное время суток наши войска отрабатывают тактику штурмов.
Ночь сжалась до размеров лесополосы. Инструктор с позывным «Гуруль» коротко повторяет вводные: «Соблюдать режим тишины, использовать радиостанцию только по необходимости, в движении строго выдерживать дистанцию». Сегодня будущие штурмовики учатся действовать в темноте, отрабатывая всё – от первых шагов до продвижения по-пластунски. Отслеживать действия обучаемых с воздуха помогают дроны-наводчики.
– Есть два режима работы, – объясняет «Гуруль», – резкий накат, когда враг знает, что мы на подходе, и тихий – когда нужно зайти незаметно. Сегодня отрабатываем второй. Где надо, двигаемся ползком, все команды подаём жестами. Скрытность обеспечивается максимальная, без неё не выжить.
Голос наставника тихий, как шорох ветра в подсохшей листве. Пока взвод выстраивается в шеренгу тёмных силуэтов, «Гуруль» показывает новичкам элемент экипировки, который должен стать их второй кожей, – противодроновые маскировочные пончо. Тепловизор под такой накидкой не возьмёт, утверждает инструктор.
Для полноты ощущений на занятиях над головами обучаемых барражирует наша «птичка», имитируя сбросы
Среди тех, с кого обучаемым можно и нужно брать пример, – «Мамай», старший стрелок. Он – ветеран штурмов, награждён орденом Мужества и медалью Жукова.
– Ночью дальность наблюдения сужена до рукава, зато всё слышно: каждый вздох, каждый хруст ветки, – объясняет он своим ученикам. – Поэтому слух и зрение должны работать вместе, синхронно. Уши не отключайте! Ну и конечно, необходимы стрессоустойчивость, холодный ум, расчёт. Всё это вам особо пригодится.
Инструкторы доводят схему зачистки вражеского опорника. Работает группа из четырёх человек: пока одна двойка продвигается вперёд, другая держит перекрёстки траншей, прикрывает тылы. Где-то всё решает темп боевой работы, а где-то – паузы.
Для полноты ощущений на занятиях над головами обучаемых барражирует наша «птичка», имитируя сбросы. Стрелок с позывным «Барин» пришёл на СВО добровольцем. Он третий из братьев, которые сейчас выполняют ратный долг, защищая интересы страны. Службу по призыву не проходил, поэтому ему всё приходится познавать, что называется, с нуля.
– Физически тяжело, но тренируют здесь качественно, объясняют толково. Постепенно привыкаешь, – говорит «Барин». – В ходе штурма необходимо держаться так, чтобы видеть товарища, то есть дистанция составляет считаные метры друг от друга. Чтобы не потеряться, успеть подать знак. Помнить надо и о том, что небо может быть грязным из-за дронов.
– Если появились «птички», тянем время, пока они не уйдут, – продолжает военнослужащий. – А где-то, наоборот, лучше проскочить бегом. Ситуация всегда разная. Умение расчётливо менять темп тоже помогает.
Подразделение, как уже было сказано, в ходе занятия сопровождает дрон-наводчик. Он показывает картинку, благодаря чему штурмовики получают короткие команды: «Влево», «Вправо», «Вперёд», «Стой». Наладить такой диалог – шёпот между небом и землёй – одна из самых трудных задач в изучении дисциплин.
– Необходимо сделать так, чтобы люди слышали команды, не спорили с воздухом, – поясняет инструктор. – Если говорят «Стой», стоим. Даже если кажется, что ещё два шага, и ты добрался до нужной точки.
«Гуруль» отдельно проговаривает особенности противодействия тяжёлым дронам типа пресловутой «Бабы Яги». Лучший совет опытного воина: не бежать, а залечь в ложбинку или, например, укрыться за крупным деревом, поймать тень.
– Конечно, ситуация раз на раз не приходится, – повторяет наставник. – Но шансов выжить всегда больше у тех, кто не делает резких движений.
В ходе ночных занятий чётко прорабатываются самые простые правила: не толпиться, не шуршать элементами снаряжения и экипировки, следить за оружием. Команды подавать световыми сигналами и жестами, радиоэфир держать на «молчанке». Даже свои замечания в ходе занятия инструкторы делают шёпотом.
За действиями обучаемых следят те самые «глаза» с воздуха. После урока проводится разбор видеозаписи, сделанной коптером. Конечная цель, говорят инструкторы, чтобы в реальном бою каждый шаг был как на тренировке. Только ещё осмотрительнее.
Тем, кто стал в строй, не имея военного опыта, нужно, по словам «Мамая», минимум две-три недели, чтобы адаптироваться, получить элементарные навыки.
– Это азбука ратного дела: владение оружием, порядок передвижения, организация связи, работа двойками и четвёрками, – перечисляет он. – Плюс привыкание к «птичкам»: даже на занятиях, когда они пролетают, сердце реагирует учащённым стуком. Нужно добиться, чтобы на звук коптера сердце переставало биться сильнее, то есть стараться сохранять спокойствие.
«Гуруль» рассказал, как недавно они вчетвером осуществили скрытный выход и взяли опорный пункт врага. 300 метров преодолевали ползком. «Как в компьютерной игре было, разве что опасность для жизни – настоящая», – смеётся военнослужащий.
Когда ночная работа на полигоне подошла к концу, инструкторы собирают людей на разбор занятия. И ещё раз повторяют для закрепления: тишина – не просто отсутствие звуков, а отсутствие лишнего, необязательного шага, слова, касания. В бою соблюдение этих несложных для усвоения принципов обернётся как минимум сохранением жизни, как максимум желанной победой.
Группировка войск «Восток»