Украинские вояки осуществляли геноцид населения Курской области.
Свидетельства жителей освобождённых районов Курской области раскрывают ужасающие факты преступлений украинских войск против мирных граждан. Их тщательно собирает и фиксирует Международный общественный трибунал по преступлениям украинских неонацистов, чтобы донести до мировой общественности, а также положить в основу будущих уголовных дел.
После освобождения населённых пунктов Курской области, в частности города Суджи и деревни Куриловки, представители трибунала провели масштабный опрос свидетелей и пострадавших от действий вооружённых сил Украины. В их рассказах – боль, страх и трагедии, которые вновь напоминают о страшных страницах истории ХХ века.
«Жители Курской области прямо сравнивают вооружённые силы Украины с немецко-фашистскими войсками. Они рассказывают, как неонацисты расстреливали их родственников и соседей из автоматов, уничтожали ударами FPV-камикадзе, подвергали жителей тотальным грабежам, целенаправленно уничтожали больницы, дома и православные храмы. Показательно, и это жители области особо подчёркивают, что православные храмы не трогали даже фашисты, а украинские войска их расстреливали», – отмечает председатель Международного общественного трибунала Максим Григорьев.
Пострадавшие жители Куриловки и очевидцы украинских преступлений рассказывают, что «военнослужащие ВСУ действовали как немецкие фашисты». Так, Николай Николаевич Гриненко, житель деревни Куриловки, поведал: «В августе в Суджу зашли украинские танки. Потом диверсанты зачищали деревню. Возле колонки, где набирали воду, застрелили женщину. Прямо в голову. Это была моя соседка Люба».
По словам свидетеля, украинские военные препятствовали похоронам убитых, запрещая местным жителям забирать тела: «Я подошёл к одному из них спросить о похоронах, а у него глаза стеклянные, неадекватные. Сказал: «Нельзя».
Николай также вспоминает, что «в кустах нашли убитого соседа – Кузнецова. Потом и его мать нашли». Их тела хоронили тайком, чтобы не привлечь внимания солдат, которые патрулировали деревню и устраивали обыски.
Он также сообщил о случаях насилия: «Светлана, девушка из соседней деревни, шла за водой, а дорога была перекрыта ВСУ, они её изнасиловали и избили. После этого её рассудок пошатнулся».
Противостояние со стороны местных жителей каралось немедленно. Гриненко вспоминает, как его избивали металлическими трубами за попытки помочь односельчанам: «Били по ногам, по лицу. Я очнулся весь в запёкшейся крови. Требовали отдать машину».
Жители области особо подчёркивают, что православные храмы не трогали даже фашисты, а украинские войска их расстреливали
Кроме убийств и насилия, зафиксированы факты широкомасштабных грабежей. «ВСУ грабили деревню полностью. Взламывали дома, отстреливали замки, грузили телевизоры, одежду, бытовую технику на пикапы. Даже тряпки забирали», – говорит Николай. А те мирные жители, которые нарушали установленный ВСУ «комендантский час» после 16.00, подвергались расстрелу на месте.
Не менее страшные воспоминания остались у 83-летнего Алексея Николаевича Богунова из Суджи. «На площади двух наших застрелили за то, что сказали, что они тут хозяева. Убили сразу около Дома культуры.
С особым цинизмом ВСУ относились к пожилым. Богунов сообщил о случаях насилия над женщинами: «Из домов забирали дочерей, старикам угрожали. Одному деду прямо сказали: «Заберём дочку, попользуемся и вернём».
Отдельного внимания заслуживает информация о целенаправленных ударах по объектам гражданской инфраструктуры. «Суджанскую центральную больницу обстреляли дронами. При моей тёте был прилёт – выбило окна, крыша загорелась», – свидетельствует Алексей Богунов.
Особенно трагичные рассказы об обстрелах трасс, по которым эвакуировались мирные жители. Сгоревшие остовы машин вдоль дороги Курск – Суджа – безмолвные свидетели атак украинских FPV-дронов и миномётных обстрелов.
Как отмечают сотрудники Международного общественного трибунала, действия ВСУ в Курской области являются прямым нарушением IV Женевской конвенции 1949 года, запрещающей нападение на гражданских лиц, мародёрство и разрушение объектов гражданской инфраструктуры.