Международный общественный трибунал по преступлениям украинских неонацистов зафиксировал многочисленные военные преступления ВСУ против мирного населения.
Киевский режим принёс в захваченное российское приграничье запустение и смерть, о чём написала журналистка The New York Times, работавшая летом прошлого года в Курской области. Однако Украина умалчивает о военных преступлениях своих вояк, в том числе и на чужих территориях. Но в репортаже американского корреспондента была представлена реальная картина происходящего, как и в свежем докладе трибунала «Преступления киевского режима против лиц пожилого и старческого возраста». В данном документе собраны доказательства того, что дроны систематически и целенаправленно использовались для убийства гражданского населения, причём удары чаще всего наносились по жилым домам, в которых находились старики.
ВСУ регулярно применяют методы диверсий и террористической войны. Военные поражения и отступление украинских войск продолжаются по всей линии соприкосновения. На этом фоне киевские власти, стремясь скрыть негативную информацию, всё чаще прибегают к массовому и индивидуальному террору, а также к диверсиям против мирного населения и критически важной инфраструктуры Российской Федерации, отмечало в своё время турецкое издание dikGAZETE.
Однако после вытеснения украинских подразделений и иностранных наёмников с территории Курской области эта тема практически исчезла в зарубежных «демократических» СМИ. Хотя поводов для внимания и реакции предостаточно. Например, по данным немецкой межрегиональной ежедневной газеты «Юнге вельт», за время оккупации части Курской области погибли 358 российских гражданских лиц, 700 получили ранения, 50 человек были вывезены на территорию Украины.
«Сирена, громкоговорители призывают идти в укрытия. И вновь люди остаются спокойны, будто тревога для них стала обыденностью», – так «Юнге вельт» писала о ситуации в Курской области в сентябре прошлого года.
Также спокойно рассказывает председателю Международного общественного трибунала по преступлениям украинских неонацистов Максиму Григорьеву жительница села Черкасское Поречное Курской области Светлана Ильина об обстоятельствах гибели её 72-летней матери во время оккупации.
– Мою маму, лежавшую на полу в зале, с пулевыми ранениями обнаружил сосед Александр Штаненко. На стене в комнате висели портреты моего брата в форме полицейского и моего племянника в форме ВДВ. Возможно, это и спровоцировало агрессию со стороны ВСУ. Но мама не представляла для них никакой угрозы, – говорит пострадавшая.
А в Судже и в её окрестностях, по свидетельствам местных жителей, издевались над женщинами, расстреливали стариков. По имеющимся данным, в этих злодеяниях участвовали наёмники, прибывшие с Западной Украины. К слову, «бандеризация» Западной Украины началась в конце 1930-х – начале 1940-х годов, оформившись в идеологию после раскола ОУН в апреле 1941 года. Активная фаза, включая создание УПА (Украинской повстанческой армии), развернулась в 1943 году на Волыни и в Галиции и продолжалась в виде партизанской борьбы до конца 1950 годов.
Целый ряд свидетелей рассказывает о жестоких случаях изнасилования. Это подтверждает 83-летний Алексей Богунов.
– Прямо из дома насильно уводили дочерей. Ну вы сами понимаете, что с ними потом делали… – с трудом вспоминает пострадавший.
В зоне боевых действий невинные люди попадали под прицельный огонь украинских снайперов.
– Мы с мужем возвращались домой от техникума, когда по нам внезапно открыл огонь снайпер. Он целился именно в нас. Меня ранило в руку, я сразу почувствовала её онемение. Пальцы до сих пор полноценно не функционируют, – рассказывает Людмила Сысоева, раненная снайпером во время боёв за Мариуполь.
В городах, находившихся под контролем киевского режима, нередки были случаи прицельных ударов FPV-дронами по пожилым людям. Пример тому – 65-летний житель Курахова Николай Глуханич.
– 19 декабря 2024 года я выносил мусор и собирался набрать дров, увидев это, украинцы направили на меня дрон: сначала он произвёл один сброс, следом – второй. Так я получил осколочные ранения в висок, руку, бедро. ВСУ знали, что здесь живут гражданские, видели, что мы убираем двор возле дома, наблюдали за нами в прицелы и били от злобы, – с горечью в голосе говорит Николай Глуханич.
Особенно часто ВСУ обстреливали или минировали места скопления мирных жителей: колодцы, пункты выдачи гуманитарной помощи, а также обитаемые дома.
– 7 декабря мы получили ранения, когда пошли за водой и подорвались на мине, установленной в колодце… Василию Ивановичу обе ноги и кости перебило… Я на коленях и руках полз до дома больше километра, – рассказал Николай Козлов из села Плехово Курской области.
Представленные в докладе показания свидетельствуют о грубых и преднамеренных нарушениях Женевских конвенций со стороны киевского режима, что является военным преступлением, не имеющим срока давности.
Напомним: Международный общественный трибунал по преступлениям украинских неонацистов был создан в ходе Международной конференции по инициативе российских и зарубежных правозащитников, юристов и журналистов. В настоящее время в его состав входят представители гражданского общества из 35 стран мира (США, Канада, Германия, Франция, Испания, Польша, Индия, Аргентина, Италия, Австралия, Израиль и другие. – Прим. авт.).