Не стало ведущего актёра Театра Армии, заслуженного артиста Российской Федерации Виталия Стремовского.
Талантливый актёр широчайшего диапазона, режиссёр, человек высокого интеллекта и культуры, огромного трудолюбия, сценического и человеческого обаяния, режиссёр, педагог – он также преподавал актёрское мастерство в ГИТИСе, в Институте современного искусства и был художественным руководителем, доцентом творческой актёрско-режиссёрской мастерской в Московском государственном университете культуры и искусства, много и плодотворно работал на российском радио, Виталий Лазаревич Стремовский был из тех людей, кто покорив вершину, сразу же ищет для себя новые высоты. Надёжный, всегда спокойный и обстоятельный, человек высочайшей самодисциплины, он по праву относился к тем, кто составляет ядро театра, его душу…
Французский философ, основатель культурно-исторической школы в искусствознании Ипполит Тэн когда-то определил, что литература определяется местом, климатом и моментом. Это же можно отнести и к любой творческой профессии, добавив сюда несомненно степень таланта и удачи.
Удачей, а ко всему остальному и судьбой, для Виталия Стремовского стала служба в Центральном академическом театре Российской Армии на Суворовской площади столицы. Пришёл он сюда после окончания в 1970 году Школы-студии МХАТ и приглашения работать в Русском драматическом театре им. А.С. Грибоедова в Тбилиси под руководством известного режиссера Лордкипанидзе, где он играл с большим успехом. Тогда же была и его первая большая роль – Хомо в спектакле Петра Фоменко «Свой остров» по пьесе Р. Каугвера.
Но, как в своё время Стремовский рассказал постоянной зрительнице Театра Армии, настоящему знатоку театральной жизни столицы Александре Авдеевой, пришла пора идти в армию. И он приехал в Москву, где в Театре Армии его взяли в команду артистов-военнослужащих. И так совпало, что там тогда репетировали пьесу Нодара Думбадзе «Не тревожься, мама!», в которой Стремовский в Тбилиси первым в стране играл роль Теймраза и через какое-то время он вошёл вторым исполнителем в этот спектакль уже и в Москве.
После окончания службы, в ноябре 1971 года, молодого актёра взял в труппу главного военного театра страны легендарный режиссёр и актёр Андрей Алексеевич Попов.
Здесь Виталий Лазаревич сыграл более 30 ролей. Это целая галерея образов, созданных с тонким психологизмом и проработкой. Среди них: Макдуф («Макбет» У. Шекспира), Благородный («Палата № 6» А.П. Чехова), Дож Венеции («Отелло» У. Шекспира), Дон Педро и Леонато («Много шума из ничего» У. Шекспира), Астлей («Игрок» Ф. Достоевского), Полухин («Расстояние в 30 дней» А. Миндадзе), Родомский («Идиот» Ф. Достоевского), Дараган («Адам и Ева» М. Булгакова), Гастон («Дама с камелиями» А. Дюма-сына), Сидней («Боже, храни короля» С. Моэма), Шприх («Маскарад» М.Ю. Лермонтова), Сатана («Дон Жуан» А.Н. Толстого), Сальгари («Давным-давно» А. Гладкова, муз. Т. Хренникова), поручик Долгоруков («Мы – русский народ» Вс. Вишневского), лейтенант Саша («Усвятские шлемоносцы» Е. Носова), Ричард Рич («Человек на все времена» Р. Болта), Татарин («На дне» М. Горького), Сэмуэл («Странная миссис Сэвидж» Д. Патрика), доктор Митурич («Школа любви» по роману К. Хиггинса «Гарольд и Мод»), Хартуэлл («Старый холостяк или Распутники» У. Конгрива), Краут («Севастопольский марш» Л.Н. Толстого), Актер-король («Гамлет» У. Шекспира), дядя Васс («Госпожа министерша» Б. Нушича), Доктор Дорн («Чайка» А.П. Чехова), Луп-Клешнин («Царь Федор Иоаннович» А.К. Толстого), Антуан («Ма-Мурэ» Ж. Сармана), Глагольев-отец («Платонов» А.П. Чехова), Палья («Осенняя история» Альдо Николаи) и другие.
В своё время театр для Стремовского начинался с роли в детском саду, где он играл Принца в «Золушке», с театральной студии в школе и с замечательных педагогов, которые увидели в мальчишке большой талант
А всё время начиналось у Стремовского с роли в детском саду, где он играл Принца в Золушке, с театральной студии в школе и с замечательных педагогов, которые увидели в мальчишке большой талант. И такая в нём открылась любовь к театру, что, если там, в иных мирах, они тоже есть, то будет у Виталия Лазаревича ещё бесконечное число ролей…
Рассказывает актриса ЦАТРА заслуженная артистка России Мария Скуратова: «Мы играли вместе в спектакле «Боже, храни короля!» (он был моим слепым сыном) и всегда находили точный и настоящий контакт. А когда в финале спектакля его герой произносил монолог о том, кто и как нами правит, то делал он это настолько современно, что чувствовалось, что это касается и его каких-то внутренних струн. Эта сцена всегда мне давала эмоциональный заряд».
Неординарность Сремовского, его постоянный поиск сути играемого образа в глубоком психологизме, ярко показывает ответ Виталия Лазаревича на вопрос Александры Авдеевой в разговоре 2007 года.
– Вы сыграли в «Макбете», сейчас играете во «Много шума из ничего». Подписались бы под фразой «Шекспир – наше все», имея в виду весь мир, если да, то почему?
– Да. Дело в том, мне приходилось не только играть, но и ставить Шекспира – «Двенадцатую ночь» в одном студенческом театре. Мне представляется, что Шекспир всеобъемлющ. У него каждая фраза, каждый отдельно взятый кусочек – это отдельный смысл. Например, во «Много шума из ничего» у моего героя есть фраза: «Какая странная штука человек, когда он надевает камзол и штаны, а рассудок оставляет дома». Вот для меня эта фраза – маячок всего спектакля, я играю спектакль, а где-то там, в подсознании, у меня эти слова. Ведь это же всё о превратностях человеческих характеров, о том, что может натворить человек, насколько в нём смешаны и ад, и рай. И вот эти смыслы, не только сюжет, а помимо сюжета, смыслы человеческого бытия, смыслы человеческого существования, о том, что такое само создание «Человек», из чего он состоит, из каких элементов. В любой пьесе, когда начинаешь вглядываться, снимать слой за слоем, и заглядывать за текст – а собственно, о чём Шекспир думал в тот или иной момент – вот эти его, казалось бы, нестыковки сюжетные, то ты начинаешь понимать, что тут нет нестыковок, тут просто разные смыслы, которые сталкиваются, сплетаются, отталкиваются друг от друга, переходят один в другой, или существуют один рядом с другим, так, как это происходит в жизни. Мы же не рациональны в жизни, мы не живём последовательно шаг за шагом, нас кидает в жизни от одного к другому, от трагедии к комедии. Также и у Шекспира. Шекспир – это вся жизнь человека как индивидуальности и человеков как сообщества. Так мне кажется.
Такой глубокий творческий подход помог Стремовскому и в режиссуре. Получив второе режиссёрское образование Стремовский поставил ряд интересных спектаклей в театрах России, в их числе «Марио и фокусник» по Т. Манну (Театр МГУ), ставший двойным лауреатом фестиваля «Лефортовские игры» за лучший спектакль и режиссуру, «Сказка про Федота-стрелка» Л. Филатова (Театр им. Образцова), «Жанна» А. Галина (Большой академический театр, г. Казань) и др. Стремовским были поставлены спектакли в Театре Армии: «Схватка» и «Старый холостяк или Распутники».