ИТ-специалист стал командиром танкового взвода в зоне специальной военной операции.
Вчерашние инженеры и программисты, рабочие и учителя, оставив мирную жизнь, стали на защиту Родины, демонстрируя мужество и стойкость. Один из них – командир первого взвода 3-й танковой роты 15-го мотострелкового полка 1-й гвардейской танковой армии старший лейтенант Сергей Пронин с позывным «Панцирь». Он пример того, как человек, посвятивший себя информационным технологиям, нашёл своё истинное призвание в ратном деле, став надёжной опорой для подчинённых и грозой для врага.
Солнце в прифронтовой полосе встаёт тяжёлое, будто подбитое осколками ночных обстрелов. Его лучи с трудом пробиваются сквозь дымку, что стелется над землёй. Здесь, на передовой, время измеряется не часами, а ходом ремонтно-эвакуационных работ, залпами артиллерии и короткими минутами затишья. Старший лейтенант Сергей Пронин проверяет готовность машины. Его движения точны, выверенны, автоматичны.
Его прежняя жизнь – 20 лет в сфере ИТ – кажется сейчас сном, картиной из другого измерения. Выпускник информационно-технологического университета, он строил цифровые миры, настраивал сети, решал сложнейшие логические задачи на мониторе. Но была у этого мира и другая, неизменная основа – Военная присяга, данная ещё в 1999 году после окончания военной кафедры. Слово, данное Отечеству, не имеет срока давности. И когда после начала частичной мобилизации пришла повестка, Сергей не раздумывал. Он явился в военкомат, как приходят на важное деловое совещание, – чётко, без опозданий, с пониманием задачи.
– Семья, к счастью, не отговаривала, – говорит старший лейтенант, и в его голосе слышна благодарность. – Младший сын, конечно, поплакал. Но все остальные – жена, родные – понимали. Это мой долг. Не призыв, не обязанность, а именно долг. Так меня воспитали.
Вместо конференц-залов – учебный центр 15-го мотострелкового полка. Вместо клавиатуры – рычаги управления Т-80БВ. Три месяца интенсивной подготовки превратили гражданского ИТ-специалиста в командира танкового взвода. Это был жёсткий, концентрированный курс молодого бойца, умноженный на ответственность офицерского звания.
Сила Российской армии – не только в мастерстве владения оружием,
но и в крепости человеческого духа, в незримой связи, что возникает между боевыми товарищами. У танкистов эта связь особенно прочна. Экипаж – это семья
– Пришлось с нуля изучать и танк, и танковую тактику, – вспоминает «Панцирь». – На полигоне мы часами штудировали теорию: устройство машины, тактику ведения боя, правила стрельбы. Потом практика: вождение по пересечённой местности, преодоление препятствий, ведение прицельного огня из пушки и пулемёта с места и в движении. Дневные и ночные стрельбы. Ремонт в полевых условиях. Это был тотальный перезапуск моей «операционной системы».
Сомнения и волнение были его первыми противниками. Боязнь не справиться с многотонной стальной машиной, принять неверное решение, подвести вверенных тебе людей.
– Сначала было страшно, – не скрывает он. – Очень. Но помогли инструкторы, их железное спокойствие и профессионализм. Они не просто учили – они вкладывали в нас уверенность. Ведь танк – это живой организм, и ты должен чувствовать его каждой клеткой своего тела.
В январе взвод старшего лейтенанта Пронина зашёл в зону специальной военной операции. Теория и учебные стрельбы сменились суровой практикой. Его первый боевой танк, тот самый Т-80БВ, вскоре закончил свой путь. Задача была ясна и сложна: проложить пехоте проход в минном поле, идти с тралами.
– Ночью, в дождь, нас подбил FPV-дрон, – рассказывает Сергей, и его лицо становится строгим. – Очень неудачно попал в двигатель. Сразу пропала тяга, и машина загорелась. Машину, конечно, жалко, но главное, что экипаж живой.
А самый тяжёлый бой, который навсегда отпечатался в памяти, случился 27 марта 2025 года. Тот день стал символом всего, с чем сталкивается воин: непредсказуемости обстоятельств, ярости противника и необходимости принимать решения в условиях, когда, кажется, само небо против тебя.
– Мы шли второй волной, – голос «Панциря» становится твёрже, будто он снова попал в тот день. – Первые танки должны были подавить доты противника и протралить минное поле, а мы – уйти дальше.
Командование сообщило, что первые танки прошли, поле протралено. Но реальность оказалась несколько иной. Они отклонились от курса.
– Настало время моего взвода. Мы поехали без тралов, чтобы сохранить манёвренность. Подойдя к позициям врага, заехали в туман. Видимость – меньше пяти метров, то есть абсолютно ничего не видно, – продолжает «Панцирь». – Пришлось вылезать, ходить с фонариком около танка, искать проход для машины. Так прошли около 500 метров. И из-за густого тумана встали практически перед дотами врага.
Ситуация была на грани…
– Нас пытались наводить с «птицы», но безуспешно, командование нас не видело. Мы открыли огонь. Когда по нам начал работать пулемёт, звон по танку слышали, а вспышки выстрелов не видели. Потом враг начал применять дроны, услышали разрывы рядом и поняли, что нам даже отступать некуда – всё вокруг заминировано.
В тот момент мир сузился до размеров мутного облака, из которого доносится звон пуль по броне, и тогда проявилась выучка и сила духа экипажа. «Панцирь» не растерялся. Его аналитический ум, привыкший искать решение в безвыходных, на первый взгляд, ситуациях, работал.
– Я принял решение идти вперёд, – твёрдым голосом говорит командир. – Экипаж поддержал моё решение. Подойдя примерно на 200 метров к позиции неприятеля, высунувшись из люка, я начал замечать блёклые всполохи огня пулемёта. Туда мы положили четыре осколочно-фугасных снаряда, и противник дрогнул. Сразу же доложили по радиосвязи, и по нашему маршруту начали заводить пехоту на БТР.
Сила Российской армии – не только в мастерстве владения оружием, но и в крепости человеческого духа, в незримой связи, что возникает между боевыми товарищами. У танкистов эта связь особенно прочна. Экипаж – это семья.
– Мы живём вместе, – говорит Сергей, и его лицо смягчается. – Обычно в одном блиндаже либо экипаж, либо два экипажа. В зависимости от того, на каком направлении работаем. Мы вообще всегда вместе. Хорошо дружим, знаем интересы друг друга, родственников, жён, детей.
«Панцирь» – старший товарищ, батя для своих ребят. Его метод командования – не в принуждении, а в личном примере и искренней заботе.
– К сожалению, не всегда получается встречаться в отпуске: механик живёт в Мордовии. А вот наводчик рядом со мной. Мы с ним пересекаемся, – улыбается старший лейтенант. – Но это не важно. Важно, что здесь, в бою, мы – одно целое. Я доверяю жизнь им, а они – мне. Это и есть братство.
Сейчас «Панцирь» стоит у своего танка, уже нового, такого же грозного Т-72Б3М. Скоро снова в бой. Снова нужно будет вести машину сквозь дым и огонь, принимать решения, от которых зависят жизни. Но сейчас он спокоен. Он на своём месте. Он «Панцирь» – нерушимый, надёжный, стальной. Как и тысячи других русских офицеров, что встали на защиту Родины.
Группировка войск «Запад»