Украинское командование бросает собственный личный состав на произвол судьбы.
Среди граждан бандеровской Украины самых разных возрастов, которых, что называется, забрили против их воли в солдаты, всё больше тех, кто воевать не хочет. Таких военнослужащих заботит одно – как сохранить жизнь и вернуться домой. Поэтому они при первой возможности сдаются в плен.
Пленный военнослужащий ВСУ из 31-го отдельного полка связи ВСУ Берестенко Евгений Леонидович был мобилизован в ноябре 2024 года работниками ТЦК, несмотря на порок сердца и статус «ограниченно годен». Как рассказал военнопленный, на Украине есть специальные учебные центры для больных и хромых… Вот его подробный рассказ о содержании подготовки в учебном центре после мобилизации и о том, как он сдался в плен военнослужащим группировки войск «Север» в районе населённого пункта Грабовское Сумской области.
«Шёл ремонтировать машину, рядом остановился пикап. Вышли двое полицейских и военные. Потребовали предъявить документы – искали военных со статусом СОЧ (самовольно оставивших часть. – Прим. ред.). Я предъявил документы с обновлёнными данными. Мне сказали – всё равно поехали в ТЦК, надо пройти медкомиссию. Я объяснил, что ограниченно годный… Приехали в ТЦК, в течение 40 минут я прошёл по кабинетам чисто формально. Вечером снова пришёл в ТЦК и услышал свою фамилию. Появился представитель воздушных сил. Утром в 8 часов за мной приехали, забрали… У меня ревматизм сердца, больные ноги, суставы, и в коленах часто делаю блокады…» – сбивчиво рассказал военнопленный Берестенко.
Сегодня киевский режим, перевирая исторические факты, провозглашает в своей стране циничные лозунги расового и национального превосходства
«Отправили в учебку, – продолжил он рассказ, – человек 500 там точно было. Мы все ограниченно годные. Все в возрасте уже. Кого-то подводит сердце, кого-то ноги, у кого-то со спиной проблемы… У всех по-разному. Два месяца мы с утра уходили на тактополе (тактическое поле. – Прим. ред.), там что-то нам показывали. Но в основном сидели. Кто с собой что брал, доедали – сало возле бочки на костре жарили… Бывало, что и выпивали. Там была возможность сходить в магазин, кто рядом живёт, ездили».
«Меня отправили сюда, прикомандировали к 1-му стрелковому батальону. Поставили на должность механика радиостанции полевого узла. 11 ноября нас вызвал комбат. Сказал – поезжайте, выкопайте блиндаж… Пояснил, что едем в какое-то село Грабовское. Я не знал, что оно возле самой границы… Мы копали блиндаж, расширяли его на четырёх человек. Когда отдыхали, постучались в калитку, сказали: «Сдавайтесь в плен!» Мы и сдались, автоматы положили и сдались… Копать блиндаж мы ходили в гражданской одежде. В доме тоже находились в основном в гражданке. Не переодевались. И когда в плен нас брали, мы тоже в гражданке были», – рассказал о своём пленении Берестенко.
«Относились нормально к нам, медицинскую помощь оказывали. Даже сходили за таблетками в наш дом, потому что у меня там от сердца таблетки остались. Кормят, поят… Не так, как рассказывали, что якобы убивают. Хочется к жене. У меня постоянно мысли о доме. Там жена и мать», – подытожил исповедь пленный Берестенко.
Сдаться в плен – единственный способ для украинских военнослужащих сохранить жизнь. Командование ВСУ бросает личный состав на произвол судьбы. Сегодня киевский режим, перевирая исторические факты, провозглашает в своей стране циничные лозунги расового и национального превосходства, надуманной исключительности.
Русская историческая традиция – гуманное отношение к пленным. Наши предки великой ценой доказали, что только вместе можно одолеть беспощадного врага, защитить свой дом, детей, родную страну. Среди произведений, рассказывающих о том, как беззаветно преданные Родине люди отстояли её свободу во время нелёгких военных лет, и роман Ильи Вергасова «Останется с тобою навсегда», в котором автор воссоздал картину народного героизма и мужества во время Великой Отечественной войны. Показывая освободительную миссию Красной Армии, автор раскрывает величие духа её военнослужащих. Вот строки из этого произведения: «В потускневшем небе шёл многоэтажный воздушный бой, а в километре впереди, дико мигая красноватыми языками, словно самосжигаясь, пылали эсэсовские танки. Как бы сдуваемые невидимой силой, молниеносно исчезали на башнях громаднейшие белые кресты. Из-за наших спин купами взвились с поджатыми пылающими хвостами реактивные мины, обрушивались на немецкую мотопехоту, мечущуюся за горевшими танками. Солдаты выпрыгивали из них, сбивая с себя огонь.
Наша мощная артиллерия, преграждая дорогу фашистскому резерву, над высотами воздвигла огневой заслон. Через десять минут полки дивизии с танковыми частями в авангарде начали наступление…»