В 242-м гвардейском мотострелковом полку среди представителей войск беспилотных систем много испытанных в огне воинов.
Одного из них зовут «Мерсом». Прежде чем стать начальником расчёта ударного FPV-дрона, он, будучи штурмовиком, прошёл ряд тяжёлых и упорных боёв. Сейчас военнослужащий часто приезжает на полигон в качестве инструктора, чтобы передать бесценный опыт молодым специалистам беспилотной авиации.
– Не знаю, почему я с этим связан. Вообще, говорят, что штурмовики часто уходят в беспилотную авиацию. По крайней мере, все, кого я знаю, кто со мной пережил всё это, теперь в войсках БпС. Просто беспилотники, наверное, больше урон врагу наносят. Эта тема интересная, и её стоит развивать, – говорит «Мерс», начальник расчёта ударного FPV-дрона.
За всю свою жизнь этот спокойный человек прошёл многое. Родился в Волгограде, был разнорабочим, перепробовал немало специальностей. Он много где бывал и в конце концов приехал в Челябинскую область, где стал начальником производства на металлургическом заводе. Там долгое время изготавливал железнодорожные запчасти для подвижного состава.
Однако параллельно с этим в его жизни складывалась другая история. С 2014 года «Мерс» стал думать о том, чтобы отправиться в Донбасс и помочь нашим людям защитить свою родную землю. Он взвешивал все за и против, и в этих мыслях прошли долгие восемь лет. Затем вдруг началась специальная военная операция, друзья один за другим стали уходить на передовую – и его решение созрело окончательно.
С конца 2023 года в Москве стал формироваться 242-й мотострелковый полк, куда и отправился «Мерс». Вскоре каждый день его жизни стала занимать интенсивная боевая подготовка. Несмотря на тяжёлое физическое и умственное напряжение, военнослужащий испытывал огромное удовольствие от своего труда: он чувствовал, что осваивает действительно необходимые навыки. Тем более что готовили его опытные инструкторы.
– Они научили основным элементам стрелкового боя. Например, уход от гранаты, передвижение в двойках, отход, прикрытие, накат, агрессивный накат, агрессивный отход. То есть отрабатывали самые важные моменты. И стреляли каждый день, – вспоминает «Мерс».
Затем настало время первого боя. Крещение огнём военнослужащий прошёл 17 марта 2024 года юго-западнее Донецка. В полях между Марьинкой и Новомихайловкой его подразделение вело бой за перекрёсток дорог. Тогда наши войска уже заняли соседнюю Победу и вели активные боевые действия на улицах Новомихайловки. В том бою «Мерс» столкнулся со многим, что было в его и так насыщенной жизни впервые, что впоследствии закрепилось в памяти на всю жизнь.
– Ночью было ничего не видно, и я тогда понял, что… Вернее, не понял, а в первый раз с удивлением увидел, что Луны нет на небе. Звёзды есть, небо чистое, а Луны нет. Я вообще не думал, что такое бывает. Я никогда не видел в России, чтобы не было Луны на небе. Только если небо затянуто облаками. А так Луна всегда была, – рассказывает «Мерс».
Его штурмовая группа, в составе которой он действовал стрелком, под покровом ночи выходила вдоль лесополосы на исходную позицию и готовилась к атаке. Вдруг в это время в трёх километрах от штурмовиков раздался хлопок. Через несколько секунд в 20 метрах от них произошёл разрыв. Стало понятно – это пристрелочный выстрел. Теперь уже послышалась очередь автоматического миномёта. Так «Мерс» впервые попал в огневой мешок.
В это мгновение командир группы «Медведь» принял решение выводить личный состав из-под огня. Все друг другу передали команду, и штурмовики бросились в укрытие, однако не было Луны – им мешала кромешная тьма. Тут противник, сам того не желая, помог нашим воинам найти дорогу, применив кассетные боеприпасы. Послышалось два мощных разрыва, группа залегла в землю, и через мгновение раздался треск суббоеприпасов, которые, разлетаясь, горели, как бенгальские огни, и короткое время освещали местность.
Сориентировавшись таким образом, группа продолжила путь короткими перебежками. Только послышались выстрелы – штурмовики делают два-три шага и бросаются на землю. После разрывов все встают и двигаются дальше.
Во время очередного огневого удара штурмовика с позывным «Кролл» ранило осколком мины. «Мерс», несмотря на тяжёлый бронежилет, носимое оружие и боезапас в виде 12 магазинов и восьми гранат, взвалил товарища на плечи и потащил. Спотыкаясь, поднимаясь, они двигались к укрытию под плотным обстрелом. Однако парням везло: был либо перелёт, либо недолёт. И лишь однажды противник попал точно.
– Уже полпути прошли, слышим выход, два-три шага – и мы на почву ложимся ближе к деревьям. И вот слышим, мина идёт в наш квадрат, у неё такой звук противный, как будто тебе шмель в ухо залетает. И вот она втыкается между нашими головами и не взрывается. У меня, конечно, на тот момент не было времени столько думать о том, что сейчас случилось. Лишь потом понимание пришло, когда добрались до точки, – продолжает военнослужащий.
Ему тогда удалось спасти товарища. Сам «Мерс» тоже получил ранение. После лечения он быстро вернулся в строй, стал вновь участвовать в штурмах, спасать сослуживцев. Это было летом-осенью 2024 года. После освобождения Новомихайловки наши войска, продвигаясь достаточно широким фронтом на запад, освободили Парасковиевку, Константиновку, затем Катериновку. В это же время «Мерс» постепенно стал приобщаться к беспилотной авиации и осваивать новую технику. Однако бои в полях возле этих населённых пунктов помнит смутно, словно всё было в тумане. Сказывалась контузия.
Вполне отчётливо он осознал себя чуть позже. Тогда наши войска выбили противника из Курахова к западу от Марьинки и завязали бои в соседнем посёлке Дачное. «Мерс» уже действовал в качестве оператора квадрокоптера. В обороне он в основном наблюдал за передним краем и предупреждал своих о подготовке противника к атаке. Обычно дроны висели в небе круглосуточно, сменяя друг друга, как на дежурстве.
В наступлении «Мерс» помогал заводить штурмовиков на позиции, подсказывал им, куда лучше двигаться, с какой стороны обходить противника. Задача была очень сложной, так как солдаты ВСУ тщательно маскировались, и нужно было приложить немало усилий, чтобы выявить вражеские огневые точки и своевременно передать данные штурмовикам. Когда начинался бой, «Мерс» прикрывал своих с неба, сбрасывая на вражеские позиции боевой груз.
– Тогда работали ВОГ-17. Нам их уже приспосабливали к БпЛА. Просто оставалось их прицепить, снять предохранитель и лететь. Иногда использовали зажигательные боеприпасы, выжигали блиндажи. Хотя чаще укрепления старались сохранить как можно целее, чтобы потом уже группа закрепа могла там обосноваться, хорошо окопаться, – объясняет «Мерс».
Впоследствии военнослужащий не раз убеждался в том, что беспилотные летательные аппараты меняют исход сражений. Один из самых ярких эпизодов произошёл не так давно на константиновском направлении в районе населённого пункта Русин Яр. В результате боестолкновения один из штурмовиков – военнослужащий с позывным «Полит» – оказался отрезанный от своих подразделений. Он нашёл укрытие и занял оборону.
Ввиду того, что его позиция находилась в низине, FPV-дроны противника были не эффективны, ибо теряли сигнал управления. Дроны же на оптоволоконной нити не могли подлететь из-за обилия веток. Миномёты и артиллерия тоже оказались не способны разворошить укрытие «Полита». В итоге противник отправил на позицию свою пехоту.
Однако «Полит» оказался в поле не один. Его с неба поддерживали наши «птицы». Специалисты беспилотной авиации, в том числе «Мерс», постоянно снабжали штурмовика боеприпасами, водой и продовольствием, а также сообщали ему о приближении противника. Каждый раз, когда украинская бронетехника высаживала десант в 100–150 метрах от «Полита», он знал, откуда придут вражеские пехотинцы, и встречал их кинжальным огнём. Таким образом, один наш воин смог отразить все атаки в течение трёх суток…
К настоящему времени «Мерс» уже стал начальником расчёта ударного FPV-дрона. И он выполняет всё те же задачи: сопровождает и прикрывает штурмовиков, уничтожает огневые точки и живую силу противника, разрушает вражеские укрепления. Помимо этого, «Мерса» часто привлекают на полигон, где он в качестве инструктора передаёт свой опыт военнослужащим, которые недавно подписали контракт и были распределены в войска беспилотных систем.
Донецкая Народная Республика