Артиллерийские подразделения Западного военного округа в круглосуточном режиме наносят точные удары по позициям противника.
Расчёты 152-мм самоходных артиллерийских установок «Гиацинт-С» уничтожают военные объекты, фортификационные сооружения и живую силу неприятеля. Артиллеристам приходится ежедневно работать в сложнейших условиях, но подготовленные расчёты тратят всего несколько минут после получения цели до произведения выстрела.
В ходе выполнения боевых задач артиллеристы наносят удары по выявленным разведывательными подразделениями замаскированным огневым позициям артиллерии ВСУ, удалённым от линии соприкосновения, складам боеприпасов, укреплённым опорным пунктам и долговременным огневым точкам, а также скоплениям живой силы противника. Стрельба ведётся 152-мм осколочно-фугасными снарядами на дистанцию более 30 км.
Выполняя огневые задачи, артиллеристы взаимодействуют с расчётами беспилотных летательных аппаратов, которые осуществляют разведку позиций противника и корректируют точность огня артиллерийских орудий. После проведения боевой стрельбы артиллеристы совершают смену огневых позиций на запасные для исключения нанесения ответного огня со стороны противника и восполнения боекомплекта.
Боевые задачи в составе батареи выполняют военнослужащие, которые были призваны из запаса в рамках частичной мобилизации, и добровольцы, завершившие полный цикл подготовки и боевого слаживания в учебных центрах и на полигонах Западного военного округа, в том числе в тыловых районах проведения СВО.
Артиллеристы слаженные, сосредоточенные и нацеленные на победу. Каждый знает свою задачу в рамках работы расчёта, и каждый готов подстраховать товарища и в случае необходимости занять его место. Это понимание придаёт не просто сил, но и веру – каждый из них раз за разом вносит свой весомый вклад в итог битвы.
«Установка мобильная, гусеничного типа. Был мобилизован в первом потоке. Везде интересно, опыт получаешь. В ВДВ прыгал с парашютом, а здесь работаю на таких машинах. Помогли ребята, личный состав, командир мой. Сначала работал на «Акации». В прошлом году 6 ноября получил ранение. 1,5 месяца лежал в госпитале. И после этого, когда вернулся обратно сюда, до Нового года, уже стал командиром 2С5. Цели поражаем различные – живая сила противника, пехота, миномётные расчёты. В большинстве случаев работаем по технике… Настроение потрясающее. Солнышко светит. Ну и каждый день работа. Не сидим на месте. Постоянно передвигаемся. Мой расчёт абсолютно весь жизнерадостный. Питается хорошо. Все ребята отличные. Познакомился. Буду с ними держать связь до конца жизни», – сообщил журналистам командир орудия «Гиацинт-С» с позывным «Рапира».
Букет снарядов «Гиацинта» заканчивается для противника большими потерями. Куда бы ни решил двигаться противник, разведчики узнают об этом одними из первых и передают координаты командованию. Местоположение пушек постоянно меняется. Это позволяет вести обстрел противника и оставаться незамеченными.
Артиллеристы слаженные, сосредоточенные и нацеленные на победу. Каждый знает свою задачу в рамках работы расчёта, и каждый готов подстраховать товарища и в случае необходимости занять его место
В ходе специальной военной операции российские военнослужащие, как и красноармейцы во время Великой Отечественной войны, совершают подвиги, действуют мужественно и решительно. Это свидетельствует о преемственности поколений, верности нашим героическим традициям.
Известный писатель Борис Полевой с первых дней Великой Отечественной войны находился в действующей армии. В повести «Анюта» он воссоздал картину народного героизма и мужества во время Великой Отечественной войны. Вот какие строки можно прочитать в этом произведении: «До аэродрома доехали молча. Он хранил ещё воспоминания о былой своей красоте, этот аэродром, искалеченный, изуродованный бомбами. Руины разрушенного, выгоревшего аэровокзала топорщились железными ржавыми балками. Бетон посадочных полос пестрел наскоро наложенными заплатами. Тут и там темнели остовы сожжённых самолётов, а у полосатой метеорологической будки возвышалась целая гора искорёженного алюминия. Он, этот аэродром, напоминал больного, ещё только начавшего возвращаться к жизни. Самолёт с красным крестом стоял в стороне от посадочной полосы. В него вносили раненых…
До войны Мечетный жил в своём далёком уральском городе, растянувшемся вдоль великой реки, там окончил школу, учился в институте, готовясь стать инженером-металлургом, и почти уже окончил его, но началась война. Студенты их курса имели бронь. Но он был комсомольцем и с группой комсомольцев-однокашников прервал учёбу и добровольно отправился на фронт, на пополнение своей уральской дивизии, отбивавшей в те дни яростные атаки неприятеля недалеко от Москвы, в лесах под городом Калинином. Столицу их эшелон проходил ночью, и повидать её в тот раз ему так и не привелось. А когда потом в огромной битве на подступах к Москве был сокрушён гитлеровский «Тайфун», как по разбойничьему коду захватчиков именовалась запланированная операция по захвату и уничтожению Москвы, дивизия, в которой воевал Мечетный, пошла вперёд в западном направлении, и столица осталась далеко за спиной».
Есть в этом произведении и такие строки: «Вся кромка откоса ощетинилась судорожными огнями. Воздух задрожал от автоматных очередей. На флангах заработали пулемёты. Треск отдельных выстрелов слился в напряжённый грохот, как будто рвали туго накрахмаленный коленкор. Несколько тёмных фигур сразу упали в зелень озими. Появившиеся санитары стали вытаскивать раненых из огня. Но наступление продолжалось…
В пылу борьбы он не терял голову. Помнил, что оставаться на укреплённой позиции больше нельзя, знал, что «рама», плавающая в небе, откорректировала цели и следующие серии бомб упадут точно на окопы. Надо поднимать людей с берегового откоса, вырвать их из удобных, защищённых позиций и бросить на открытое поле. Знал, что и судьба маленького и такого важного для дальнейшего наступления пятачка, захваченного на немецком берегу, и жизнь людей его роты, столь успешно и при малых потерях форсировавшей водную преграду, и в конечном счёте жизнь его самого, капитана Мечетного, зависят от того, как сумеет рота сменить позицию. Для этого надо поднимать людей, заставить их перешагнуть через смертный рубеж защищающего их откоса, выскочить на открытое поле и бежать навстречу противнику.
Для этого мало свистка, мало команды. Для этого нужен только личный пример. И Мечетный, весь напружинившись, одним махом перескочил через откос и, подняв пистолет, ринулся по полю. Ринулся с криком «Ура! За Родину, за Сталина!». Разумеется, в грохоте боя никто, разве что последовавший за ним его ординарец, не услышал этот крик. Но пример, личный пример командира, подействовал, и, устремляясь вперёд за солдатами в чёрном, которые, упорно отстреливаясь, стали отступать к своим машинам, Мечетный, не оглядываясь, знал, что его люди преодолели смертный рубеж и, наступая, следуют за своим командиром.
Торжество, яростное торжество, какое ему за всю войну не приходилось испытывать ни разу на всём боевом пути – от Нижней Волги до этой вот немецкой реки, овладело им. С надсадным криком «Вперёд, за Родину!» он бежал по полю, слыша за собой топот своих солдат. Споткнулся об убитого неприятеля, упал, вскочил, побежал дальше, помня лишь о том, что нельзя отрываться от уходящего противника, надо наступать ему на пятки.
Он не слышал ни свиста пикирующих «лаптёжников», ни грохота бомб, разрывавшихся позади у пустых окопчиков на гребне берега, ни шипения осколков, пролетавших над головой. В эти мгновения его вело вперёд упоение боя, какое, может быть, испытывали в древности всадники, врубаясь мечами в гущу вражеского строя…».
Теперь на земле, политой кровью фронтовиков во время Великой Отечественной войны, проявляя высокую выучку, успешно действуют их потомки, русские воины, чётко и слаженно решая поставленные перед ними боевые задачи. В ходе проведения специальной военной операции продолжают успешно действовать и артиллерийские подразделения Западного военного округа.