Штурмовик из 291-го мотострелкового полка 42-й дивизии группировки войск «Днепр» после тяжёлого ранения вернулся в строй и освоил специальность оператора БпЛА.
В степи под Ореховом постоянно слышны разрывы и низкий гул летящих снарядов или тяжёлых дронов. В одну из таких ночей два года назад наши военнослужащие незаметно приближались к опорному пункту ВСУ, где находился вражеский пулемётчик. «Джанго» шёл в головной тройке.
Вторая группа шла позади, чтобы при необходимости поддержать товарищей или прикрыть их отход. Позиции противника были заранее пристреляны.
«Как только дошли, сразу вступили в бой, – вспоминает «Джанго». – По врагу полетело всё, что у нас было».
Противник ответил на дерзкую вылазку наших военнослужащих яростным огнём. Снаряды рвали землю совсем рядом: артиллерия ВСУ, по сути, била по своим же позициям, БпЛА работали сбросами, вокруг визжали FPV-дроны.
«Джанго» помнит, как в какой-то момент всё слилось в сплошной грохот. А потом – удар. Двадцать восемь осколков, перебитая рука. Один осколок остановился в миллиметре от сонной артерии. Боль была такой, что казалось, тело больше не принадлежит ему.
Ещё четыре дня он оставался в строю. Тот опорный пункт они в итоге взяли, а вражескую пулемётную точку уничтожили.
Всё, что попало в объектив камеры дрона-разведчика, через короткий промежуток времени попадает под наши удары с неба
А потом был госпиталь. Нога разгибалась с трудом, рука тоже слушалась через силу. Во время реабилитации ему предложили пройти курсы переподготовки на оператора БпЛА. «Джанго» согласился, выбрав FPV-дроны. Объясняет, что ему понравилось управление этим беспилотником, которое осуществляется от первого лица.
«Ты уже не просто управляешь дроном, ты становишься его частью, – объясняет он. – Цели противника поражаются, а наши ребята получают возможность продвигаться вперёд».
Он помнит цену каждого метра, который когда-то проползал под огнём. Теперь эти метры он отвоёвывает по-другому, управляя беспилотником.
Каждый день для «Джанго» и его сослуживцев начинается одинаково. Ещё до рассвета в их блиндаж приносят актуальные разведданные. На экране позиции врага, техника, укрытия, а иногда и просто подозрительные тени в лесополосе.
Командир отсматривает все записи и, выслушав мнение личного состава, принимает решение: какой заряд применить, какую «птицу» поднять в воздух. Под прицелом личный состав противника, его наземные роботизированные комплексы, опорные пункты, танки, станции РЭБ. Всё, что попало в объектив камеры дрона-разведчика, через короткий промежуток времени попадает под наши удары с неба.
«Если боевики пытаются выйти на бронетехнике, эти попытки всегда заканчиваются плохо. Мы такие колонны не пропускаем», – говорит «Джанго».
Недавно его подразделение одержало очередную значимую победу. В восьми километрах в глубине обороны противника была обнаружена станция РЭБ. Она подавляла наши радиоканалы: «птицы» падали, будто натыкаясь на невидимую стену.
«Тогда мы улучили момент и залетели к ним в гости, – рассказывает военнослужащий. – Заглушили эту станцию, уничтожили вместе с личным составом».
После этого небо на данном участке безоговорочно стало принадлежать нашим операторам дронов. Можно было снова охотиться на вражеские цели.
«Джанго» летает и по радиоканалу, и по оптоволокну. Его дроны проникают глубоко в тыл противника.
Конечно, иногда и их позиции выявляют вражеские разведчики. Бывало такое, что враги пытались накрыть пункты управления наших БпЛА. В таких ситуациях, говорит «Джанго», всё решают секунды: водители всегда наготове, машина с рёвом срывается с места, исчезая в складках местности. Новую «птицу» расчёт готовит уже в другом месте.
«Джанго» из Ростова-на-Дону. Дома его ждут жена, двое детей, мама. Конечно же, он мечтает побыть с семьёй, обнять родных, услышать их смех, почувствовать запах родного дома вместо прифронтовой гари. И хотя бы на несколько дней забыть, как выглядит земля через объектив камеры дрона…
Но когда «Джанго» возвращается, он снова и снова поднимает свою «птицу» в небо. С врагом у наших дроноводов разговор всегда бескомпромиссный.
Группировка войск «Днепр»