Операторы БпЛА группировки войск «Восток» успешно выполняют поставленные задачи.
Хороший оператор БпЛА разбирается во вверенной ему технике и тактике беспилотных полётов. Если он до этого выполнял боевые задачи в пехоте, вдобавок может читать врага и с высокой степенью достоверности прогнозировать его действия. Именно так использует драгоценный багаж полевых знаний военнослужащий с позывным «Хинган», проходящий службу в штурмовой роте танковой бригады из Бурятии группировки войск «Восток».
«Война была другая»
Частичная мобилизация в 2022 году привела «Хингана» «за ленту» в качестве помощника гранатомётчика в штурмовой роте. Призванный из Сахалинской области воин считает, что штурмовые действия сейчас вести заметно сложнее. – Как-то проще было, когда столько «птичек» не висело над головой. Летала одна или две, но они особых проблем не создавали. Можно сказать, что в начале СВО боевые действия иначе велись, – признаётся воин.
Когда в подразделении «Хингана» появился первый дрон, командир роты предложил участнику нескольких штурмов попробовать себя в роли оператора разведывательного квадрокоптера. В то время расчёты БпЛА на уровне батальонов и рот были внештатными, а это направление деятельности только начинало выстраиваться в систему. На вопрос «Сколько времени заняло обучение?» сахалинец отвечает просто: «Да я до сих пор учусь. Тут нужно постоянно развиваться, война отставания не прощает. Изначально я сам вникал, инструкторов ещё не было. Это потом появились программы подготовки на полигонах, а тогда всё на личном опыте приходилось осваивать, методом проб и ошибок. Тонкостей не знал, конечно, но у «Мавика» интерфейс управления интуитивно понятный, поэтому просто взлетел и начал работать, добывая знания и опыт».
Первый результат
Позже в руки «Хингана» попала подробная инструкция по программированию дрона. Тогда оператор БпЛА нужным образом смог настраивать поведение «птицы» и увеличивать шансы на её выживание. Первый вылет, который принёс пользу подразделению, он помнит до сих пор. Результативная работа была проведена осенью 2023 года под селом Урожайным, которое штурмовики освобождали после неудавшегося украинского «контрнаступа».
– Рядом с селом были два опорника ВСУ, в которых они упорно оборонялись. Я должен был бесконечно их «кошмарить» перед штурмом, закидывая сбросами. Тогда мы много экспериментировали, собирая пригодные для задач боеприпасы. «Эфка» тяжёлая, и время полёта с ней сильно уменьшается, а РГД-5 по укреплениям бросать бессмысленно. При помощи наших командиров собирали из имевшихся в распоряжении ресурсов другие образцы, – вспоминает «Хинган».
Самодельные боеприпасы для сбросов позволяли нашим «птичникам» разбирать даже блиндажи: мощными взрывами создавались бреши, в которые можно было закинуть то, что способно уничтожить засевших в укрытии врагов. В тот раз, нарушив выстроенную до этого в лесополосе оборону ВСУ, «Хинган» обеспечил воздушное сопровождение двум танкам с десантом, которые завершили начатое, ликвидировав укрепления на последних квадратах.
Следующими задачами были корректировка артиллерийского огня и наблюдение за путями подхода: существовал риск контратаки недавно взятых позиций.
Находчиво и дерзко
Начав наступление под Урожайным, танковая бригада из Бурятии продвинулась на север, вниз по течению реки Мокрые Ялы, и достигла села Благодатного.
Работа на первой линии неизбежно стимулирует развитие умения принимать правильные решения в условиях быстро меняющейся обстановки. Если бы существовал такой экзамен, то под Благодатным «Хинган» сдал бы его на отлично. Управляемый им «Мавик» наблюдал за возможными путями подхода противника, выполняя сугубо разведывательную задачу. В какой-то момент на дороге появилась вражеская техника.
– Украинский пикап я заметил поздно, там была плохая видимость из-за высокой влажности. Это особенность работы «теплаков» и «ночников» на дальних дистанциях, – объясняет «птичник». – Я понимал, что ни FPV, ни что-то другое уже не успели бы отправить туда. Подлетаю к машине, врубаю фонарь на дроне в режиме стробоскопа. Водила, видать, испугался, тачку повело, и она упала вместе с пассажирами в кювет. Вэсэушники добежали до трубы под дорогой и спрятались там. Ну а я сразу передал цель нашим эфпивишникам.
Атаку на пикап благополучно завершили ударные дроны танковой бригады. Незадолго до описываемого эпизода рядом подорвалась на мине вражеская БМП, экипаж которой пытался скрыться в том же месте. Поэтому камикадзе с ходу залетели внутрь трубы и ликвидировали спрятавшихся укровояк.
Дистанционная зачистка
Боевое новаторство «Хинган» практикует с начала службы оператором беспилотника. К моменту штурма позиций противника в Великой Новосёлке у него уже был солидный опыт экспериментов с различными взрывчатыми веществами. Поэтому, получив от командования новую взрывчатку, он сумел изготовить подходящий под решение текущей задачи боеприпас.
– Нам приказали уничтожить огневую точку в двухэтажном доме, которая затрудняла движение наших штурмовиков. Там много кто летал, но используемые боеприпасы эффекта не давали. Я прилетел с новым зарядом, нашёл небольшой пролом в крыше возле печной трубы. Долго целился, конечно, но рассчитал всё правильно: сброс попал внутрь с первой попытки. Взрывом половину крыши снесло! – живо описывает яркую картину «Хинган».
Активности в развалинах больше не наблюдалось, и штурмовики танковой бригады смогли пройти дальше, закрепившись на новых рубежах.
Критическая ошибка ВСУ
Погружение в профессию расширяет горизонт знаний «Хингана» и порождает желание сменить разведывательные полёты на управление ударным дроном. Однако достигнутые им успехи в деле наблюдения, разведки и сопровождения групп пока не позволяют командованию без ущерба для общего дела перевести «птичника» в подразделение FPV.
– Эта работа мне тоже нравится, конечно. К тому же я знаю, и сослуживцы тоже уверены, что смогу найти даже тщательно замаскированный объект, – делится мыслями «Хинган». – Происходит это буквально на автомате. По вторичным признакам присутствия, например: лежит мусор, значит, рядом кто-то работает и надо искать, смотреть на квадрат с разных углов.
Разведчики с обеих сторон стараются не поднимать «птиц», когда идёт дождь. Этим пользуются наземные подразделения, чтобы занести или завезти припасы на позиции, сменить личный состав. Зная это, сахалинец с особым вниманием изучает местность при улучшении погоды.
– Смотрю всегда, где кто ездил, ищу свежие следы, места разворота. Это помогает потом поймать противника, когда он думает, что мы его не заметим, – объясняет оператор «Мавика».
Зимой 2024 года в районе села Урожайного нашим боевым порядкам доставляли немало проблем вражеские «птицы». «Хинган» сканировал лесополосы, откуда, по его расчётам, могли летать украинские дроны, но ни единого следа пребывания найти не удалось.
– Они достаточно низко опускались, значит, были неподалёку. Я все квадраты за полтора месяца просмотрел – нет ничего. А тут смотрю: мачта стоит с «инкубатором» (усилитель связи. – Прим. авт.). Заметил, потому что прибор в «тепляке» светился, хотя используемые нами, например, излучения не дают. Получается, они там у себя всё хорошо замаскировали, а «инкубатор» оставили без внимания, – озвучивает сделанный тогда вывод «Хинган».
Дальнейшая разведка была делом техники и опыта: по цепочке «птичник» нашёл генератор, пункты управления FPV-дронами и другие объекты, занимавшие, как оказалось, всю лесополосу. Следом в дело вступила артиллерия соседней мотострелковой бригады и операторы FPV-дронов, ликвидировавшие гнёзда «пернатых» врагов.
Операторы войск беспилотных систем нашей бригады управляют дронами как высокоточными ракетами, буквально в форточку врагу залетают
Изменения свершившиеся и грядущие
Среди наблюдаемых «Хинганом» изменений в обстановке за прошедшие три года главным он называет большое число FPV-дронов, поступающих в бригаду. Успешная работа коллег из «ударного» цеха позволила оператору разведывательного квадрокоптера сосредоточиться на профильных задачах.
– Сейчас моя главная работа – разведка и сопровождение групп. Да, если увижу ползущих вэсэушников, кину туда ВОГ, но в целом эфпивишникам гораздо сподручнее наносить огневое поражение. Коптеры на оптоволокне тоже себя хорошо показывают. А ударные дроны самолётного типа – вообще песня. Выглядит так, будто его школьник собирал, но операторы войск беспилотных систем нашей бригады управляют ими как высокоточными ракетами, буквально в форточку врагу залетают, – рассказывает «Хинган».
По мнению дроновода, изменение тактики применения БпЛА является одной из причин высокого темпа продвижения всей группировки войск «Восток». Если говорить простым языком, то алгоритм выглядит так: разведчик на «Мавике» находит цель, передаёт координаты на пункт управления FPV. Камикадзе залетает в блиндаж и уничтожает находящихся внутри врагов. После этого штурмовики, избегая потерь, проводят зачистку опорника и закрепляются на новых позициях.
Важной вехой в развитии боевой беспилотной авиации «Хинган» считает и массовое применение усилителей связи, позволяющих управлять «птицей» из укрытия.
– Сначала я управлял дроном непосредственно с пульта. Сяду под каким-то кустом, камнем, самодельным укрытием из бревна и палок на «открытке» – и запускаю «птицу». Теперь у нас есть качественные «инкубаторы». Я мало того, что могу работать из условно безопасного места, например подвала, так ещё и летаю дальше, связь с аппаратом более устойчивая.
Размышляя о недалёком будущем, оператор дронов предполагает, что роль роботов на поле боя будет усиливаться, а бронетехника, наоборот, «уйдёт» в тень. В подтверждение своих слов он приводит блестящую операцию по освобождению села Калиновского в Днепропетровской области. Тогда перемещение штурмовых групп к вражеским опорникам происходило исключительно пешим порядком, за счёт чего удалось скрыть от противника накопление сил и в полной мере использовать эффект неожиданности. А главная роль на поле боя, считает воин, всегда останется у мотострелков.
Группировка войск «Восток»