Шесть месяцев командир взвода по ремонту бронетехники Игорь Г. вместе с подразделением таких же, как он, специалистов восстанавливал в зоне проведения СВО повреждённые в боях танки, БТР и БМП.
Игорь с детства тяготел к технике. Начинал, как большинство мальчишек, с велосипеда. В старших классах перешёл на мопед, а затем появился мотоцикл. Парень всегда сам проверял стальных коней, если возникала необходимость, ремонтировал их. Во время учёбы в Озёрском техникуме механизации сельского хозяйства он получил права тракториста и до призыва в Вооружённые Силы работал по специальности.
Военную службу Игорь начинал в прославленной Инстербургской танковой бригаде, затем продолжил свой ратный путь в рядах мотострелков – техником роты, а со временем перевёлся в отдельный автомобильный ремонтно-восстановительный батальон.
Сейчас за плечами командира взвода 28 лет службы, можно сказать, вся биография связана с бронированной и колёсной военной техникой. Игорь – специалист высшей пробы: по звуку работающего мотора может определить, что с ним не так и как решить проблему. Знания и богатый практический опыт военнослужащего в полной мере оказались востребованы в ходе проведения специальной военной операции. В опасную командировку специалист отправился летом 2022 года.
– Командир части вызвал к себе в кабинет и сказал: «Нужно помочь ребятам», – вспоминает Игорь. – О чём речь! Я поехал в качестве командира ремонтного взвода мотострелковой части. Подразделение сформировали в Калининградской области. Ребят подобрали опытных, мастеров своего дела, которые отлично разбираются в автомобильной и бронетехнике. Нас обеспечили бронированной ремонтно-эвакуационной машиной БРЭМ-80, другими специальными авто на базе «Урала», ЗиЛа и КамАЗа. Они были укомплектованы всем необходимым для качественного ремонта колёсной и гусеничной техники как в стационарных, так и в полевых условиях.
По словам Игоря, в командировку ехали, отлично представляя, что их ждёт и чем придётся заниматься. Как только военнослужащие пересекли границу, на дорогах то и дело стала попадаться разбитая техника. Мирная жизнь осталась в прошлом.
Прибыв в промежуточный пункт на пути следования, балтийцы выгрузились на железнодорожной станции. Дальше они должны были двигаться своим ходом. Стали готовить машины к маршу. Но буквально через час начался сильный миномётный обстрел. Минут двадцать враг непрерывно долбил близлежащую территорию.
– Мы переждали налёт в относительно безопасном месте, – говорит Игорь. – Хотя, признаться, поначалу было не совсем понятно, что и откуда летит и свистит. Осознание реальной опасности пришло чуть позже.
Первое время небольшое авторемонтное подразделение находилось в подготовленном и замаскированном здании. Кое-какие мелочи военнослужащие доделали для собственного удобства сами, быстро наладили быт. Рядом располагался ангар. В нём специалисты занимались ремонтом вышедшей из строя или подбитой техники. Танки, БМП и бронетранспортёры, которые получили очень серьёзные повреждения, эвакуировали дальше в тыл.
За время командировки взвод Игоря не раз менял места дислокации. Жить и работать приходилось в разных условиях. Иногда под мастерские выбирали бетонный ангар или ферму пустующего сельхозпредприятия. А случалось, импровизированную ремонтную площадку разворачивали прямо в лесополосе. Конечно, выполнять ремонт в полевых условиях всегда сложно. Благо подразделение было укомплектовано всем необходимым. Например, в комплект ремонтной машины ТРМ-80 входил сварочный аппарат, специальные ключи, инструменты, предназначенные для снятия различных агрегатов и узлов, кран и так называемая буферная группа – генераторы и аккумуляторы – для запуска техники с севшими батареями.
Подразделение Игоря Г. являлось скорой помощью для техники. Иногда она до мастерской добиралась своим ходом, но чаще повреждённые танки и БМП приходилось эвакуировать с поля боя при помощи мощной БРЭМ.
Лучше всего бронированные машины было буксировать на цепях, которые входили в комплект ремонтно-эвакуационной машины на колёсной базе. Практика показала, что на холмистой, изрытой колеями местности так лучше, тем более что передвигаться приходилось по возможности быстро, чтобы не быть замеченными врагом.
Как правило, флотские специалисты приезжали на место, оценивали ситуацию, решали, каким способом лучше эвакуировать технику, а уже на базе предметно разбирались, что произошло с танком или БМП, и приступали к ремонту.
Сейчас за плечами командира взвода 28 лет службы, можно сказать, вся биография связана с бронированной и колёсной военной техникой
Однажды балтийцы выехали на эвакуацию зенитного ракетно-пушечного комплекса «Тунгуска». Вражеский снаряд застиг его прямо на железнодорожном переезде. Когда ремонтники прибыли на место и осмотрели машину, выяснилось, что от горячего пламени у неё расплавились катки, и часть раскалённого металла стекла на рельсы. Когда он застыл, «Тунгуска» оказалась намертво приваренной к железнодорожному полотну. Своими силами сдвинуть её с места тогда так и не удалось.
Стоит сказать, что каждый выезд был непредсказуем и таил в себе опасность.
– Был случай, когда мы на БРЭМ приехали эвакуировать подбитый и прилично обгоревший танк, – вспоминает Игорь. – Только собрались взять его на прицеп, как вдруг наблюдатель из пехоты сообщил: поблизости работает вражеский квадрокоптер. Пришлось быстро ретироваться. Дорога сложная, извилистая, неслись на большой скорости. Дрон некоторое время неотступно нас преследовал, но потом отстал. В итоге обошлось без потерь и происшествий.
Со временем военнослужащие научились по звуку точно определять, что работает и куда летят мины и снаряды, оценивать опасность таких прилётов. Что касается работы, то без неё сидеть не приходилось. Был период, когда за две недели балтийцы отремонтировали 60 БМП. Однако такая интенсивность была скорее исключением. Всего же за полгода, проведённые в зоне СВО, подразделение Игоря Г. вернуло в строй более двух с половиной сотен бронированных машин и колёсных автомобилей.
Работа была в прямом смысле тяжёлой, особенно если речь шла о замене двигателя. Требовалось снять бронированный лист, получить доступ к движку, открутить крепёжные элементы. И всё это своими руками, в мороз и ветер. Разве что сам двигатель помогала поднять специальная машина ТРМ-80, оснащённая устройством с лебёдкой. Знание техники и опыт помогали достаточно быстро справляться с любой задачей. Три специалиста осуществляли полную замену двигателя примерно за день. Нередко приходилось возиться с техникой всю ночь, чтобы утром она снова могла пойти в бой. Такой по-фронтовому напряжённый режим чередовался с редкими периодами относительного затишья и отдыха.
За время командировки Игорю Г. довелось столкнуться с новыми для себя образцами бронетехники, например с танком Т-80, у которого вместо привычного мотора стоит газотурбинный двигатель, работающий на керосине. Конструкция для балтийцев незнакомая, у неё много эксплуатационных нюансов. Пришлось на ходу изучать и осваивать технику.
– Не сразу, но мы разобрались, что к чему, и потом ремонтировали и «восьмидесятки», – говорит военнослужащий. – Особенно долго возились с первой машиной. А всего вернули к жизни пять таких танков.
Балтийцам приходилось иметь дело и с техникой противника. Во многом она была схожа с российскими образцами, только возрастом постарше. Однажды военнослужащие отбуксировали брошенный ВСУ бронетранспортёр «Буцефал». Впоследствии им предметно занялись специалисты другого профиля.
Сложно переоценить значимость той работы, которую, нередко находясь на передовой, выполняли специалисты авторемонтного подразделения Балтийского флота.
– Ремонтируя технику, мы старались помочь ребятам и внести посильный вклад в скорейшее окончание специальной военной операции, – сказал Игорь Г. – Мотострелки, танкисты прекрасно понимали, как сложно в полевых условиях заниматься восстановлением повреждённой в бою или просто сломавшейся техники, и часто благодарили нас за ратный труд.