К настоящему времени наши воины эвакуировали с передовой в безопасную зону свыше полусотни жителей Красногоровки.
В ходе специальной военной операции не только отвагу и мужество в боях, но и милосердие, готовность оказать помощь нуждающимся местным жителям проявили военнослужащие 5-й отдельной мотострелковой Донецкой бригады. Освобождая от противника города и сёла Донбасса, они не только преодолевают ожесточённое сопротивление украинских боевиков, но и спасают от их огня гражданское население.
На донецком направлении наши военнослужащие продолжают метр за метром освобождать Красногоровку. Каждый день они смело под огнём противника идут вперёд и преодолевают огонь противника. При этом им приходится действовать в городских кварталах, где всё ещё остаются мирные жители.
Это обстоятельство при ожесточённом сопротивлении боевиков значительно осложняет продвижение вперёд.
Ввиду того, что украинские войска устроили оборону города на гражданских объектах и организовали систему огня с использованием жилых домов, применение тяжёлого вооружения со стороны российских подразделений было резко ограничено. По характеру штурм городских строений значительно стал отличаться от штурма военных полевых укреплений: все огневые удары в Красногоровке военнослужащие наносят исключительно точечно и только тогда, когда убеждены в отсутствии на объектах гражданских лиц. После поражения выявленных целей они приступают к штурму.
– Прежде чем мы начинаем выступать, нам даётся информация от разведки. Без этого никак: кто есть там, их количество, сколько военных и гражданских… Исходя из этого мы начинаем действовать, – рассказывает штурмовик с позывным «Дед».
Внутри строений военнослужащим приходится больше обычного рисковать собственной жизнью: прежде чем зайти внутрь какого-либо помещения, они сначала выкрикивают: «Гражданские есть?!» Такой подход крайне опасен, поскольку заранее предупреждает противника о дальнейших действиях штурмовиков, но наши воины сознательно идут на риск, чтобы обезопасить мирное население.
Этим противник, конечно, пытается воспользоваться, и поэтому иногда боевики сами представляются гражданскими, а в некоторых случаях используют мирных жителей в качестве живого щита.
– Бывает, что и заложниками держат гражданских. Поэтому тут уже по обстоятельствам выбираешь и принимаешь решения. Спрашивать не у кого: тут доли секунды решают всё, – продолжает «Дед».
За ситуацией с мирным населением на передовой давно следит и командование 5-й отдельной мотострелковой бригады. По данному вопросу была организована активная работа, задействованы значительные силы воинского соединения. Само освобождение Красногоровки было спланировано прежде всего как операция по спасению мирных граждан.
Поскольку безопасно вывести гражданских лиц довольно сложно, их эвакуация была разделена на несколько этапов. Сначала жителей выводят с передовой на первый промежуточный пункт, где их обеспечивают всем необходимым. Затем поэтапно беженцев начинают переводить на последующие точки, находящиеся всё дальше и дальше от линии боевого соприкосновения. В результате их вывозят из зоны боевых действий целыми и невредимыми.
К каждому этапу эвакуации наши военнослужащие приступают лишь в том случае, если они полностью уверены в безопасности маршрута, если все риски сведены к нулю. Именно таким образом за два месяца боёв в Красногоровке они эвакуировали свыше 50 граждан и в настоящее время продолжают выводить местное население. На днях были эвакуированы 11 человек.
Многие из них попали под огонь ВСУ, из-за чего затем были вынуждены больше месяца укрываться в подвалах домов на линии боевого соприкосновения. Выживать в тех мучительных условиях им помогали наши военнослужащие – штурмовики передовых отрядов.
Трудность спасения мирных жителей, их долгая эвакуация во многом обусловлены тем, что противник, никого не щадя, без разбора открывает огонь по всему живому
– Зашли к нам русские, которым большое спасибо, которые нас защищали, помогали нам. Благодаря им мы выжили. Украина нас расстреливала, мне тяжело рассказывать… Они прицельно били, знали, что там мы – мирные жители. Нас расстреливали прицельно. Летели дроны, летели мины, – вспоминает пережитое Любовь.
Впоследствии из-за огневого воздействия со стороны украинских войск здание, в подвале которого укрывалась женщина, обвалилось. Из-под завала беженцев достали наши воины.
– Рухнул весь подъезд – с первого по третий этаж. Засыпало. Нас откопали хлопцы. Не дай бог никому такое пережить. Хлопцы нам помогали, воду приносили, еду давали, приносили лекарства, – рассказывает Любовь.
Трудность спасения мирных жителей, их долгая эвакуация во многом обусловлены тем, что противник, никого не щадя, без разбора открывает огонь по всему живому.
– Сейчас они ведут себя очень жестоко. Они убивают всех подряд. Раньше как-то… поздоровались – ну поздоровались. Сейчас они стали хуже зверей, – рассказывает Анастасия про военнослужащих ВСУ.
Она полтора месяца укрывалась в подвале дома от украинского огня.
К сожалению, не все граждане смогли найти себе укрытие. Некоторые из них, выйдя на улицу, попали под огонь противника, в том числе из снайперского оружия.
– Много жителей прямо на улицах лежат с огнестрельными ранениями. Это подтверждают и штурмовые группы, и гражданские лица, – отмечает военнослужащий 5-й отдельной мотострелковой бригады «Сонат».
По его словам, на улицах города были и расстрелы в упор, а также как минимум один случай резни мирного населения.
Более того, «Сонат» подчёркивает:
– Получаем данные о том, что впрямую идут приказы об уничтожении гражданского населения. Все эти факты фиксируются для последующего расследования.
Об этом также свидетельствуют военнопленные, которых в Красногоровке захвачено свыше 20 человек. Двое из них были доставлены в тыл в тот самый день, когда с передовой удалось вывезти 11 беженцев.
Это оказались не оголтелые украинские националисты, а мобилизованные военнослужащие ВСУ, которых насильно повезли на передовую. Их командование запрещало им общаться с местным населением. Более того, в подразделении одного из них командирами навязывалась мысль, что от простых граждан может исходить большая угроза.
– Сказали дивиться: там богато ходит мирного населения, може, русские солдаты переодеваются в гражданское, – рассказывает военнопленный Руслан.
Второго, которого взяли наши воины, зовут Евгений – 54-летний мужчина со слабым здоровьем. Себя он называет незаконно мобилизованным и рассказывает следующую историю:
– На рынок вышел. Подошли полицаи и вручили повестку. А я не стал подписывать. У меня документы с собой были, показал военник. Посмотрели: снятый с учёта в 1996 году. Причина – состояние здоровья.
Однако через несколько дней Евгения объявили в розыск, а затем привели в военкомат и по фальшивому заключению военно-врачебной комиссии признали годным. Сразу после этого его отправили в украинские войска. Военнопленный признаётся, что в его подразделении была чуть ли не половина таких, как он.
– Не знаю сколько, но много: есть и с пороком сердца, и с прочими заболеваниями. Процентов, наверное, 30–40, – рассказывает Евгений.
В боях российские войска регулярно берут в плен военнослужащих ВСУ. Однако часто военнопленные подолгу находятся на передовых позициях, поскольку доставить их в тыл целыми крайне тяжело: противник целенаправленно выискивает маршруты эвакуации и обстреливает на них всех подряд.
Однако наши воины делают всё возможное, чтобы безопасно эвакуировать и пленных, и своих раненых товарищей, и мирных жителей. И делают это успешно. Их бесценный опыт и в дальнейшем будет использован, для того чтобы максимально обезопасить жизни обычных граждан.
«Сонат» говорит, что в 5-й отдельной мотострелковой бригаде тщательно анализируют все сведения по вопросу эвакуации мирного населения. Результаты этого анализа в обязательном порядке отправляют вышестоящему командованию для дальнейшего обобщения и разработки методических рекомендаций.
– Я уверен на сто процентов, что каждый божий день приносит какую-то новизну и эта новизна обобщается и транслируется по всем подразделениям. Вводятся коррективы, присылаются нормативные документы, приказы, распоряжения. И это сразу же применяется в работе, – отмечает «Сонат».
Донецкая Народная Республика