Профессиональным снайпером он стал почти через 30 лет после срочной службы.
С началом частичной мобилизации жизнь многих россиян изменилась. Но кто-то, схватив чемодан, первым же рейсом улетел в тёплые края, а кто-то стал в строй защитников Отечества и уже не раз отважно проявил себя в бою. Один из таких мобилизованных – снайпер Рязанского гвардейского парашютно-десантного полка рядовой с позывным «Старый». Он отмечен орденом Мужества и медалью «За отвагу».
Такой позывной ему в шутку «прилепили» сослуживцы из-за того, что среди всех мобилизованных на полигоне он был самым старшим. «Старый» работал мастером смены на тульском металлопрокатном заводе, когда пришла повестка. Ему на тот момент уже исполнилось 46 лет, но отказываться или скрываться он и не думал.
«Бежать в такое сложное для страны время стыдно. Если все убегут, кто встанет на защиту? Родина позвала, значит, так надо. Я десантник, как я буду дома отсиживаться, когда там наши парни воюют? Как бы я потом в глаза сыну смотрел?» – рассуждает «Старый», внук фронтовика-разведчика, кавалера ордена Славы.
Наша встреча состоялась в Рязани, где снайпер пока восстанавливается после серьёзного ранения, из-за которого только в госпитале пробыл больше полугода. Но на месте всё равно не сидит, участвует в сборе гуманитарной помощи, привлекая знакомых директоров заводов и предпринимателей. Насколько такая поддержка важна для тех, кто выполняет сейчас задачи на переднем крае, он знает на своём опыте. «Старый» отметил, что мобилизованные с ним туляки были хорошо доукомплектованы экипировкой по поручению Алексея Дюмина, в ту пору губернатора области. Но, несмотря на это, именно поддержка простых людей и трогательные детские письма грели душу наших бойцов на передовой и в госпиталях.
«Старый» – не профессиональный военный, хотя в это сложно поверить из-за спокойного и грамотного объяснения им специфики своей воинской специальности. Он отслужил по призыву 28 лет назад в парашютно-десантном полку в Костроме, тоже на должности снайпера. Профессионала из него сделала спецоперация, где он не раз проявлял решимость, отвагу и храбрость.
Наличие хорошего снайпера деморализует противника больше, чем взвод автоматчиков
– Мы понимали, куда нас отправляют. Конечно, было страшно. Но у нас была серьёзная подготовка, и главное – понимание, ради чего мы туда идём. Мыслей где-то отсидеться не было, – говорит «Старый».
Спокойный, доброжелательный, отзывчивый, он быстро завоевал уважение в коллективе. С боевыми товарищами он на связи до сих пор.
Искусство меткой стрельбы «Старый» постигал на полигоне под Рязанью, где мобилизованных обучали опытные инструкторы. Точная стрельба – не единственное требование к снайперу, немаловажными являются и такие качества, как выносливость, хорошая физическая подготовка, терпение, хладнокровность и смелость. Перенимая боевой опыт инструкторов на полигоне, «Старый» узнал, что один грамотный снайпер может остановить целое наступление, поэтому противник, если обнаружит, откуда ведётся стрельба, снарядов не жалеет.
…Боевое крещение «Старый» получил практически сразу после прибытия на передовую. Тогда их подразделение отправили на поддержку мотострелковой бригады Восточного военного округа. Подоспели как раз к начавшемуся бою. Снайперам поставили задачу обнаружить огневые точки противника и погасить их.
Какую позицию выбрать и как замаскироваться, снайпер решает самостоятельно, рассказывает «Старый». Этому их тоже хорошо обучили на полигоне. Но в условиях боевых действий, когда простреливается каждый метр земли, а над головой кружат вражеские «птички», задача оказывалась не из лёгких. «Старый» старался уходить как можно дальше от расположения подразделения. «Если накроет, то хоть меня одного», – рассуждал он.
До первой выбранной позиции, которую он присмотрел у заваленного дерева и кустарника, снайпер полз метров 400. Перебежками передвигаться было опасно, ведь у противника тоже есть и снайперы, и пулемётчики, для которых бегущий человек – отличная мишень. Первая огневая точка от «Старого» находилась на расстоянии чуть больше 200 метров.
– Делаешь два, максимум три выстрела. Затем нужно менять позицию, иначе противник сможет засечь, откуда ведётся стрельба, – поясняет снайпер.
До следующей своей позиции он ползком передвигался метров 50. Два-три выстрела, и снова смена. И так до рассвета.
Наличие хорошего снайпера, как учили «Старого» инструкторы на полигоне, деморализует противника больше, чем взвод автоматчиков, и держит в постоянном страхе даже поднять голову. Поэтому, несмотря на обилие постоянно летающих беспилотников, «Старый» снова и снова выходил на огневые позиции.
Боевых эпизодов в его биографии за проведённые на переднем крае семь месяцев накопилось немало. Был случай, когда туман, служивший неплохой маскировкой для снайпера, начал рассеиваться, и «Старый» увидел прямо над собой вражеские беспилотники. Он мгновенно понял, что у него есть всего пара минут, чтобы найти укрытие до начала обстрела. В другой раз дроны, запущенные противником специально для того, чтобы найти наших снайперов, корректировавших огонь миномётов и успешно поразивших несколько важных целей, не обнаружили на предполагаемом месте никого.
– А мы уже спрятались! Я заранее, когда было затишье, на том месте лаз прокопал и замаскировал. Даже днём с той позиции работал, – рассказал «Старый».
В другой раз «Старый» с товарищем обнаружили хорошо замаскированную позицию вражеских миномётов, досаждавших нашим подразделениям. Появление снайперов оказалось полной неожиданностью для запаниковавших противников. Как предположил снайпер, они, видимо, не ожидали, что кто-то сможет их найти и так близко подобраться незамеченным, поэтому чувствовали там себя вольготно, забыв об осторожности. Чем и воспользовались наши бойцы.
В один из дней «Старый» эффективно отработал и уже возвращался с задания, когда беспилотник, выпущенный специально для того, чтобы обнаружить снайпера, его всё же засёк. Через три минуты начался миномётный обстрел. «Старому» оставалось всего лишь метров 70 до спасительных окопов, когда его оглушило разорвавшимся снарядом, после чего онемела нога, и ботинок начал наполняться кровью. Но снайпер всё равно упорно преодолевал ползком последние метры.
– Оставалось метров 10–15, когда ребята не выдержали. Пулемётчик «Псих», мобилизованный из Хабаровска, начал прикрывать огнём, остальные выскочили, затащили меня, перевязали, – вспоминает снайпер.
Пока «Старый» ждал эвакуации, а днём в тех условиях проводить её было рискованно, с наступлением сумерек ещё раз вышел на задачу. Никто не заставлял, говорит он, сам решил поддержать своего второго номера с позывным «Оса». Только от блиндажа в этот раз далеко не отходил. Однако такой завершающий аккорд у нашего снайпера всё равно вышел чётким и профессиональным.
Рязань