Легендарный командир роты североморских морпехов выстоял, пройдя все боевые испытания.
Кто такой командир? Некоторые скажут, что это самая высокая должность в подразделении. Другие вспомнят о связанной с ним ответственности.
В доверительной беседе иной раз можно услышать самые неожиданные оценки, которые дают подчинённые своему воинскому начальнику. Для морских пехотинцев 3-й роты 2-го батальона отдельной гвардейской Киркенесской Краснознамённой бригады морской пехоты Северного флота их командир старший лейтенант Вадим Котов с позывным «Пума» стал живой легендой.
Познакомиться с ним мне довелось в боевой обстановке на херсонском направлении. Там ценой неимоверных усилий морские пехотинцы Северного флота удерживали контроль над островной частью реки Днепр, а рота «Пумы» отвечала за решение наиболее сложных и рискованных задач на этом участке фронта.
Те, кто знаком с морскими пехотинцами, знают: не всегда по их виду можно понять, на что они способны. Несгибаемый дух, выносливость и способность стойко преодолевать смертельные трудности зачастую обнаруживались в невысоких худощавых парнях. «Пума» с первого взгляда внушал уважение.
Вадим впервые оказался на СВО в начале 2023 года. Тогда на должности заместителя командира взвода морской пехоты – командира отделения старший сержант Котов выполнял задачи моториста.
– У меня до этого не было опыта управления моторными лодками и катерами, – вспоминал за вечерним разговором «Пума». – Но когда меня спросили, смогу ли я, вспомнил присказку, что даже медведя можно научить на мотоцикле ездить, и ответил утвердительно. Следующим утром я уже ставил на воду свою первую быстроходную лодку, которую нам передали из администрации Мурманской области. Это было вдвойне приятно – как будто частичка дома на Херсонской земле.
«Пума» в совершенстве освоил управление новым, с иголочки, 9-метровым катером с 200-сильным мотором. Правда, товарный вид заполярный подарок утратил довольно быстро.
Успехи и организаторские навыки моториста были отмечены командованием. В конце 2023 года «Пуме» доверили командовать взводом и вручили первые офицерские погоны младшего лейтенанта. Ещё через несколько месяцев он был назначен командиром роты.
Обучение личного состава включало в себя морскую десантную подготовку, связь, огневую, медицинскую и инженерную подготовку, а также топографию – острова, ориентиры, особенности маршрутов изучались по картам и видеоматериалам с дронов и запоминались, потому что при высадке на уточнение своего пути времени нет.
Особое внимание уделялось тактической маскировке и занятиям на полигоне, в том числе ночным, где, помимо прочего, парни тренировались осуществлять посадку и высадку из лодки, подвешенной на тросах для имитации её нахождения на воде.
Пока готовился материал, старшему лейтенанту Вадиму Котову досрочно присвоено очередное воинское звание капитана. Значит, впереди у него ещё много задач и новых побед. Ведь проигрывать и отступать «Пума» не умеет, а его стойкостью, выдержкой, хладнокровием и боевым опытом можно только восхищаться
Это произошло через полгода, осенью, на добропольском направлении в Донецкой Народной Республике, куда «белых медведей» (так называют морских пехотинцев Северного флота. – Прим. ред.) перебросили, когда этот участок фронта стал наиболее горячим.
Ротный старший лейтенант Вадим Котов ехал в голове дозора на квадроцикле, следом на мотоциклах сопровождающие – старшина роты старший прапорщик с позывным «Куст» и стрелок сержант с позывным «Скала». Они выдвинулись в лесополосу ранним утром для осмотра позиций и уточнения маршрутов.
Всё произошло стремительно и внезапно. На очередном рубеже тишину разорвал оглушающий взрыв. Следовавшие за командиром «Куст» и «Скала» увидели, как его «квадрик» подбросило вверх столбом пламени и перевернуло.
– Было понятно, что сработала мина и что, скорее всего, рядом есть ещё, – вспоминает «Скала». – Главное было не подорваться самим и спасти командира.
Оглушённый «Пума» не сразу понял, что тяжело ранен. Не обращая внимания на звон в ушах, он пытался встать, но не мог. Повреждения ноги были более чем серьёзные.
Ситуация для всех складывалась гораздо хуже: командир почти обездвижен, истекает кровью, группа, вероятно, демаскирована, до лагеря многие километры и помощи ждать неоткуда.
Славные своим чувством принадлежности к особому братству морской пехоты, «Скала» и «Куст» ударили по тормозам и кинулись к горящей технике, чтобы оттащить командира с дороги в укрытие. Тут же стало понятно, что «Пуме» срочно нужна квалифицированная медицинская помощь – действовать нужно быстро и умело, как он сам их учил.
– «Скала» помог мне подняться. Дал ружьё, чтобы я опирался на него, как на костыль, а сам поддерживал с другой стороны. Так допрыгали до мотоцикла, подняли его и увидели, что тот тоже пострадал – один из осколков пробил колесо, – продолжил рассказ офицер, – но вариантов не было. Кое-как разместились на сидушке вдвоём, тронулись. Вроде только разогнались, и метров через триста нас начало таскать, мы рухнули как раз на сторону, где ранение. Я на секунду сознание потерял, пытался совладать с болью. Слышу, что «Скала» кряхтит и с трудом выбирается из-под мотоцикла, а совсем рядом визжит FPV. «Скала», уже сам весь в ссадинах, оттаскивает меня в кусты, я целой ногой помогаю. Замаскировались как могли, он мне накладывает новый жгут и гемостатик. Тут слышим – второй FPV прилетел.
В конце концов оба FPV, не обнаружив добычу, исчезли. Следом подлетел на мотоцикле «Куст» и с горечью сообщил, что найти никого не может. Для «Пумы» исход стал понятен. После подрыва прошло примерно сорок минут, а эвакуации нет. Кроме повреждённой ноги, была контузия и осколочные ранения спины. Время уходило с каждым ударом сердца…
На этот раз ему повезло. Плутая по лесным тропам, «Куст» выскочил на позиции операторов БпЛА группировки, которые по понятным причинам своё местонахождение не афишировали. Те, быстро вникнув в ситуацию, предоставили квадроцикл, на котором «Куст» вернулся за командиром.
Как позже выяснилось, радоваться было ещё рано. Медики находились в соседнем населённом пункте, до которого примерно 30 километров.
При въезде в город на контрольно-пропускном посту указали дорогу к медпункту. Дежурная смена медиков хотела переложить ротного на носилки, но и тут он продолжил руководить собственным спасением.
Оказавшись в ростовском госпитале, «Пума» получал много весточек от своих бойцов. Каждый хотел поддержать, предлагал помощь. Участники событий, «Куст» и «Скала», с гордостью рассказывали о командире, который, получив критические ранения, продолжал руководить, не паниковал, не стонал и не терял самоконтроль.
– Многие говорили, что командир у меня грамотный, а некоторые добавляли «мне бы такого», – написал техник роты с позывным «Крот». – Это видно по самоотверженности его подчинённых. «Скала» и «Куст» спасли и вытащили командира оттуда, куда другой бы не пошёл, за что им отдельная благодарность и моё уважение! А ещё я помню его коронную похвалу: «Лучший!» – с особой интонацией. Ради этого можно многое потерпеть. Хочу пожелать ему скорейшего выздоровления и адаптации! Очень надеюсь увидеть, обнять и поговорить душевно с лучшим!
Сейчас «Пума» восстанавливается после ранения и надеется вернуться в строй, хотя понимает, что для активной работы на передовой он пока не подходит.
– На реабилитации постараюсь больше внимания уделять семье. У меня подрастают дочка и сын, так что жене помощь не помешает, – делится «Пума». – Командиром роты пока остался «Куст». Недавно он был назначен командиром взвода морской пехоты и получил первое офицерское звание.