Экипаж танка Т-72 первым прорвал оборону противника в селе Великая Новосёлка и обеспечил успешную высадку десанта с БМП.
В блиндаж после получения боевой задачи заходит командир танка, молча садится за стол и достаёт электронную карту. Остальные члены экипажа занимают места по обеим сторонам.
Постановка задачи
– Мы поведём колонну, – начинает объяснять офицер. – За нами поедут три БМП с десантом. Задача – заехать в Новосёлку и обеспечить высадку пехоты.
– Как поедем? – сохраняя профессиональное хладнокровие, спрашивает механик-водитель с позывным «Кот». Командир движениями двух пальцев увеличивает масштаб карты.
– Здесь формируем колонну, – он указывает на просёлочную дорогу рядом с посадкой и затем перемещает изображение вправо. – Выезжаем на асфальт и едем по нему до конца. Обратно – по такому же маршруту.
– Прямо по дороге? Там же «открытка».
– Да, но другого выбора нет. Вокруг только поля – слишком высокий риск подорваться на минах.
Взгляды мехвода и наводчика встречаются. В глазах один и тот же вопрос: «Как же мы справимся?»
– ПТУР, что-то такое у противника есть? – интересуется наводчик.
– Информации нет, но, скорее всего, как минимум «граники» на передовых огневых точках будут. Предварительно выявленные позиции здесь, – командир указывает на серый квадратик у дороги, обозначающий дом, и следом переносит палец к линии, обозначающей окопы: – И здесь.
Миссия не из простых: танк при таком раскладе становится приоритетной целью для всех огневых средств противника. Но другого выхода нет – местность не позволяет выполнить прорыв иначе.
– Миссия невыполнима, но мы с ней справимся, – резюмирует командир экипажа.
На штурм
Утро, три километра до Великой Новосёлки. Танк несётся по дороге со скоростью 60 километров в час. За бронёй морозно, идёт снег. Дороги практически не видно. Мехвод напряжённо всматривается в визор. О стекло разбиваются летящие навстречу снежинки. Местность открытая – здесь танкисты и три следующие за ними БМП как на ладони. Необходимо как можно скорее прорваться в населённый пункт, там уже будет легче.
– Движение в амбаре, километр от вас, – раздаётся треск радиостанции.
Наши «птички» уже в небе, они и дают спасительные подсказки экипажам машин.
Наводчик поворачивает орудие чуть вправо. В прицельной сетке сквозь рябь падающего снега узнаются силуэты крупного сооружения. Мешки с песком вокруг и забаррикадированные окна дают чётко понять – там враг.
– Цель вижу, готов, – докладывает наводчик.
– Осколочно-фугасным, огонь! – незамедлительно поступает команда командира.
Раздаётся оглушительный хлопок, вспышка догорающего пороха озаряет дорогу. Дымовая завеса остаётся позади танка и разбивается о следующие за ним боевые машины. Через мгновение над амбаром всплывает облако – снаряд прилетел точно в цель.
– Ещё один туда же! – приказывает командир.
В этот момент слева раздаётся взрыв – заработал 120-миллиметровый миномёт противника. Где-то сзади в колонне дорогу сотрясает ещё один хлопок – прилетел вражеский FPV-дрон. До цели тем временем ещё полкилометра. Ладони мехвода сжимают рычаги управления – напряжение на пределе.
В небе появляется ещё несколько «птичек» противника. Они не торопятся – видимо, прощупывают наши средства РЭБ. К слову, блоки радиоэлектронной борьбы установлены на танке и на БМП в ядре колонны.
Раздаётся ещё один хлопок – очередной снаряд поражает амбар. Тут же машина резко тормозит, головы членов экипажа по инерции на секунду наклоняются вперёд. Танк доворачивает правой гусеницей и, скорректировав курс влево, объезжает препятствие.
– Тээмка по правому борту, – командир экипажа предупреждает по радиосвязи остальные машины.
Наезд на одну из мин будет означать провал всей операции – без танкистов «бэхам» не пробиться. К счастью, на фоне выпавшего снега инженерные боеприпасы хорошо подсвечивает солнце. Природа явно хочет, чтобы русские солдаты освободили этот населённый пункт.
Над башней с разрезающим воздух шипением пролетает выстрел РПГ. Где-то далеко сзади раздаётся взрыв.
– Жёлтый двухэтажный дом, – сразу приходит подсказка с неба от операторов БлПА.
Наводчик тут же поворачивает орудие влево в поисках обозначенного здания. В этот момент по правому борту всего в нескольких метрах от танка с оглушительным взрывом падает очередная «птичка» – РЭБ отвёл.
«Кот» ещё сильнее сжимает рычаги. Сердце бьётся так, что, кажется, пульс отдаёт в наушники шлемофона. Пот стекает и щиплет глаза, но мехвод не может оторвать руки от рычагов, чтобы вытереть его. Очередная «птица» или мина может стать последней. Поэтому останавливаться нельзя. Тем более что на кону жизнь штурмовиков. И подвести их танкисты никак не могут.
– Вижу, готов! – докладывает наводчик.
– Огонь!
Раздаётся ещё один хлопок. Как только ветер сносит дымовую завесу с поражённой цели, в прицельной сетке появляется пробитая крыша дома.
– Ещё один!
Тем временем справа по борту танка остаётся дорожный знак – табличка «Великая Новосёлка». Самое сложное позади. Перед въездом в застройку машина останавливается. Хлопок! Облако пороховых газов отлетает в сторону от дороги. Цель поражена. В это время БМП, шедшие сзади, рассыпаются ёлочкой и останавливаются в сотне метров от ближайших зданий. Раздаются хлопки десантных люков – пехота спешивается. Через считаные секунды штурмовые группы, минуя танк, под нескончаемый треск автоматных очередей забегают в населённик. Из здания в конце улицы по штурмовикам начинает работать вражеский пулемёт.
Наши «птички» уже в небе, они и дают спасительные подсказки экипажам машин
– Правое крайнее окно, – подсказывает командир экипажа.
Наводчик тут же находит цель.
– Огонь!
Через мгновение после оглушительного грохота 125-миллиметровой пушки очередная укреплённая точка боевиков складывается. Штурмовики, освободившись от подавляющего огня, перебегают к следующим зданиям. В этот момент над крышами домов где-то сбоку поднимаются фонтанчики бетонной крошки от попадания пуль.
– Огневая точка на улице справа, простреливают нашу пехоту. Одноэтажный коричневый дом с антенной, – приходит ещё одна подсказка с неба.
– Давай направо, посмотрим, что там, – говорит командир экипажа.
Машина разворачивается на месте.
«Только бы ничего не залетело в борт», – думает про себя мехвод, когда танк становится боком к уличному пролёту.
Боевая единица рывками трогается с места, выбрасывая из-под гусениц комья грязи, и выезжает в поле. По левой стороне – огороды, справа снова начинается застройка из сельских домов.
– Вижу, – заметив в одном из окон вспышки пулемётных очередей, докладывает наводчик.
– Работай.
Хлопок! Облако дыма. Пулемёт замолкает. Автоматический механизм заряжания загоняет следующий снаряд.
В этот момент в нескольких метрах от левого борта падает очередной FPV-дрон.
– Мехвод, вывози нас! – даёт распоряжение командир экипажа. – Хватит пытать удачу.
Действительно, уничтожение танка в городской застройке – лишь вопрос времени. Если враги не умеют попасть по нему из РПГ, то машину точно рано или поздно уничтожит очередной дрон.
Раздаётся серия хлопков. По фронту перед танком очагами растягивается отстреленная дымовая завеса. Под лязг гусениц боевая машина откатывается задним ходом обратно к дороге. Там, развернув танк задом к населённику, мехвод уводит его в обратном направлении.
…Что хорошо кончается!
Машина сворачивает на просёлочную дорогу, с которой полчаса назад выезжала, и по свежему снегу устремляется вдоль лесопосадки. Примерно через километр танк останавливается у очередного съезда с дороги, разворачивается и закатывается задним ходом в сухие заросли. Только здесь, среди деревьев, становится виден в нескольких десятках метров родной блиндаж, бережно накрытый белым одеялом снега. Танк останавливается под маскировочной сетью. Снегопад перекрасил жёлто-коричневую осеннюю ткань в более актуальный камуфляж.
Раздаётся скрип петель люков. Уставшие, мокрые от перенапряжения танкисты покидают броню. И как только подошвы ботинок касаются снега, в нескольких метрах от машины раздаётся взрыв. Члены экипажа инстинктивно вжимаются в корни деревьев. В ушах стоит звон, в глазах двоится.
«Кот» чувствует, как по ладони стекает что-то тёплое. Он не глядя достаёт из кармана турникет, сложенный кольцом, просовывает в него руку и затягивает чуть ниже плеча.
Слышится рёв моторов удаляющейся «Бабы Яги».
– Все живы? – громко спрашивает командир и, получив положительные ответы, резюмирует: – Видимо, следовала за нами по дороге.
Экипаж после монотонного рёва двигателя просто не услышал подлетевший к ним аграрный дрон. Но это уже не важно – главное – все целы.
«Кот», прислонившись спиной к дереву, сжимает в окровавленной руке зажигалку. Спустя мгновение он той же рукой прикрывает тусклый огонёк – фронтовая привычка, спасающая от обнаружения в темноте. Пара затяжек – и тремор стихает. После каждой успешно выполненной операции «Кот» позволяет себе минутную слабость. Сейчас мехвод уже не сможет сказать, сколько пачек он израсходовал с начала участия в СВО. Много, очень много. И этот раз того стоил как никакой иной. Танку удалось посеять панику в рядах боевиков. Для солдат ВСУ наше наступление оказалось большой неожиданностью – такой дерзкой атаки никто не ожидал. Это дало фору российским пехотным подразделениям, которые очень быстро заняли выгодные рубежи для развития атаки. Вся операция заняла у танкистов около получаса. «Кот» вскоре после этого отправился в отпуск восстанавливаться. Травма оказалась лёгкой – сквозное ранение, кости не повреждены.
Группировка войск «Восток»