Тропой разведчика

image_print

Полковник Вадим Паньков – один из тех, кем по праву гордятся Воздушно-десантные войска.

Полковник Вадим Паньков.

Этот офицер, как и все военные разведчики, не привык к вниманию журналистов и объективам телекамер. О большинстве боевых операций, в которых ему довелось участвовать, многие из нас, возможно, не узнают никогда. Но Золотая Звезда Героя России, украшающая парадный мундир полковника, а также два ордена Мужества и орден «За военные заслуги» говорят о том, что свою карьеру он строил далеко не в тиши уютных кабинетов…
Соединение, которым с 2012 года командует гвардии полковник Вадим Паньков, – 45-я отдельная гвардейская орденов Кутузова и Александра Невского бригада специального назначения ВДВ – совсем недавно отпраздновало своё 25-летие. Личный состав бригады в последние годы – на острие важных событий. Участие в контртеррористической операции на Северном Кавказе, принуждение Грузии к миру в Южной Осетии, обеспечение мирного процесса воссоединения Крыма с Россией.

Многие из тех, кто проходит службу в рядах соединения, удостоены боевых наград, а 13 военнослужащих, в разное время стоявших в этом строю, удостоены звания Героя Российской Федерации.
Важно отметить, что представители бригады регулярно участвуют в спортивных соревнованиях различного уровня, в состязаниях профессионального мастерства, становятся их победителями и призёрами. Как считает полковник Паньков, такие высокие показатели достигаются прежде всего благодаря достойной выучке личного состава, желанию всегда и во всём быть лучшими.
Пример целеустремлённости, высочайшего профессионализма для своих подчинённых – сам командир. Рассказать о нём много не получится: к какой-либо публичности, к излишнему вниманию к себе офицер не стремится. В том числе и в силу особого характера службы. А вот другие расскажут о нём охотно.
Майор Дмитрий Петин, который вместе с Вадимом Паньковым выполнял боевые задачи на Северном Кавказе, выделяет в первую очередь его командирские качества. Говорит, что выполнять любой приказ с ходу он не бросался, всё тщательно просчитывал, взвешивал. В то же время в особой обстановке действовал без промедлений.
– Вадим Иванович был у нас командиром отряда. Вспоминаю один из эпизодов. При выполнении боевой задачи наша группа попала в засаду. Силы были неравные. Но командир мгновенно сориентировался, организовал отражение атаки. Боевики не смогли добиться своего. Из боя отряд вышел с минимальными потерями.
Майор Петин также вспоминает, как командир наравне со всеми участвовал в оборудовании полевого лагеря отряда, развёрнутого в чеченском предгорье. «И палатки ставил, и укрытия копал. Никакой работы не чурался. Всегда вникал в солдатские проблемы. Кстати, уже здесь, в пункте постоянной дислокации, помогал военнослужащим по контракту с решением жилищного вопроса, который одно время стоял особенно остро», – отмечает Дмитрий.
Многие офицеры выделяют и ещё одно важное качество своего командира: он всегда ответственно относится к боевой подготовке личного состава. Будучи на Северном Кавказе, лично организовывал и проводил занятия, рассказывал об ухищрениях боевиков при установке самодельных взрывных устройств в жилых домах, минировании брошенного оружия. Добивался, чтобы даже в этих условиях в подразделениях не забывали о спорте. Кстати, сам офицер обладает завидной физической формой – подтянут, энергичен.
…Войны оставили заметный след в его жизни. И не только в душе. Глубокий шрам на лице – это память о событиях января 1995-го. Бронетранспортёр, в котором находился офицер, был подбит из РПГ. Граната прошила корпус бронемашины насквозь. Повезло, что БТР был на полном ходу и водителю удалось мастерски вывести его из зоны обстрела.
Когда Панькова вытащили из задымлённого отсека, он даже смог почти самостоятельно (при небольшой поддержке двух товарищей) дойти до палатки санитаров. Наверное, поэтому медсестра, увидев пришедших, резко ответила: «Сейчас принимаем только тяжёлых». Но стоило только офицеру убрать руки от лица…
Медики откровенно предупредили: выжить после таких ранений – настоящее чудо.
– Я до сих пор не понимаю, как уцелел тогда, – вспоминает полковник Вадим Паньков. – Но в тот момент думал о другом. Перед тем как отключиться, мысли были только о том, что там с моими ребятами…

Медики откровенно предупредили его: выжить после таких ранений – настоящее чудо

На Северном Кавказе разведчикам пришлось особенно сложно…

А чуть позже пришла другая тревога. Удастся ли продолжить службу… В ней была вся его жизнь. Это было мечтой детства. Несмотря на то что в роду Паньковых кадровых военных не было, армейская романтика увлекла его ещё мальчишкой. Особенно манили разведка и Воздушно-десантные войска. Зачитывался он и книгами о Великой Отечественной войне.
«Конечно, с годами понял, насколько это тяжёлая работа как физически, так и морально, – признаётся офицер. – Чтобы что-то получалось, этой работой надо жить. Хотя, скажу честно, романтика службы присутствует во мне до сих пор».
В 1986 году Вадим Паньков поступает в Киевское высшее общевойсковое командное училище имени М.В. Фрунзе. Это была признанная во всём Союзе и даже за его пределами кузница профессиональных кадров для войсковой разведки. После выпуска получает назначение в Закавказье – командиром разведывательного взвода разведбата 75-й мотострелковой дивизии.
– Место дислокации – город Нахичевань. Жили в казармах, построенных ещё при Николае II. Воду давали утром, в обед и вечером по два часа. При этом жара достигала 40 градусов, – описывает свои впечатления о первом месте службы офицер.
В таких условиях, конечно, было непросто. Но жаловаться никогда не было в его правилах. И на мой вопрос: «Таким ли вы видели начало своей офицерской карьеры?» – Вадим Иванович с улыбкой отвечает: «Где тяжелее, там обычно и люди лучше. Добрее, человечнее».
Мотострелкам 75-й дивизии пришлось выполнять сложные, специфические задачи, участвовать в обеспечении защиты рубежей страны. В 1990 году соединение вошло в состав пограничных войск КГБ СССР. Кстати, свою первую награду офицер получил именно в этом соединении – медаль «За отличие в охране Государственной границы СССР».
– Ты, вчерашний курсант, выпускник военного вуза, теперь – командир, – рассказывает Вадим Паньков. – Причём некоторые из твоих подчинённых служат в армии дольше тебя. Значит, надо поставить себя так, чтобы тебя уважали. И самое главное – сделать всё, чтобы вернуть этих ребят домой живыми и здоровыми.
После этих слов понимаешь, какую меру ответственности назначает себе этот офицер. Она измеряется одним – сохранением жизни людей. Да, без потерь в той же Чечне не обходилось… И это его боль. Каждого из тех, кто не вернулся из командировок на Кавказ, он помнит до сих пор. Поимённо.
…Спустя пять суток после ранения Вадим Паньков очнулся уже в Москве, в отделении челюстно-лицевой хирургии Главного военного клинического госпиталя имени Н.Н. Бурденко. Первое, что бросилось ему в глаза, – отсутствие зеркал в палатах. Да и по тому, что всю голову сковывал аппарат Илизарова, десантник понял, что лицо оказалось обезображено.
– Когда в госпиталь ко мне приехали родители, я вышел к ним в коридор. А они прошли мимо, не узнав сына, – вспоминает Вадим Иванович.
Полтора месяца он проходил с этим аппаратом, пока кости не встали на место. Голову повернуть было невозможно, а спать приходилось сидя. Лицо по фрагментам восстанавливал начальник отделения челюстно-лицевой хирургии полковник медицинской службы Евгений Труханов. Этому блестящему специалисту комбриг будет благодарен вечно…
Потом пришлось заново учиться есть, говорить.
– Для меня, 26-летнего парня, всё это было, конечно же, тяжело. Но главным был вопрос: «Как же теперь служить?» Я ещё нечётко говорил, но уже прибыл на доклад к командиру нашего 45-го полка полковнику Колыгину. «Прошу оставить меня в рядах Вооружённых Сил». Ответ командира: «Служить будешь, сколько потребуется».
Этот разговор воодушевил офицера. Он с ещё большим упорством принялся за восстановление сил. Стоит сказать, что даже для этого мужественного, обладающего твёрдым характером и внушительными физическими данными человека реабилитация затянулась на полтора года. В первые месяцы, вспоминает Паньков, на четвёртый этаж своего общежития он поднимался 20 минут. Когда ещё в госпитале впервые попробовал отжаться, рухнул на пол. Что чувствовал некогда крепкий, здоровый десантник, даже сложно представить…
Но он не отступал, и он вернулся в строй. А в 1999 году, когда началась контртеррористическая операция на Северном Кавказе, снова оказался на передовой. О том, какие задачи выполняли там спецназовцы, рассказывать особо не принято. Но явно не печенье перебирали…
В 2001 году указом Президента РФ за мужество и героизм, проявленные при выполнении воинского долга на территории Северо-Кавказского региона, подполковнику Вадиму Панькову было присвоено звание Героя России.
– Считаю, что эта награда – оценка заслуг всего нашего подразделения, – подчёркивает комбриг. – Это подвиг, это пот и кровь солдат и офицеров, которыми я имел честь командовать в боевой обстановке.
Сегодня 45-я отдельная гвардейская бригада спецназначения по-прежнему находится в готовности к решению любых поставленных задач. Приоритет отдан усиленной боевой и специальной подготовке. К ней, считает гвардии полковник Вадим Паньков, надо относиться так же, как художник относится к своему полотну: действовать не по шаблонам, а размышлять и анализировать. Этому комбриг и учит своих подчинённых. У него, прошедшего трудными боевыми дорогами, есть все основания к такой оценке.

Кристина УКОЛОВА, «Красная звезда» 

Московская область