или насколько сложно приручить «птичку» к рукам?
В ходе декабрьского расширенного заседания Коллегии Министерства обороны Российской Федерации глава военного ведомства генерал армии Сергей Шойгу, раскрывая в своём выступлении направления, значительно повысившие качество применяемого в ходе проводимой специальной военной операции различного вооружения, отметил в том числе заметный вклад учебных центров, где личный состав обучается применению FPV-дронов. В частности, было сказано, что в интересах группировок войск уже подготовлено более 1700 расчётов беспилотных летательных аппаратов и свыше 1500 операторов FPV-дронов.
К числу таких учебных секторов смело можно отнести развёрнутое чуть более года назад на базе Еланского межвидового окружного учебного центра (ОУЦ) Центрального военного округа (ЦВО) направление по обучению операторов FPV-дронов.
– Тогда старт нововведению на базе Еланского ОУЦ положил объявленный этап частичной мобилизации, – поясняет инструктор по БпЛА с позывным «Кипиш». – По сути, именно тогда и мне самому удалось определиться с давно искомым родом деятельности в войсковой структуре.
К началу инструкторской деятельности на Урале за плечами «Кипиша» уже были две успешно проведённые командировки в зоне спецоперации. В первый раз он побывал «в боях» в качестве стрелка. Что, по признанию бойца, его не впечатлило – хотелось чего-то более продуктивного, такого, чтобы было с заметной отдачей. Именно тогда выбор и пал на профиль «дроновода». К счастью, обучаться новому делу долго не пришлось, да и способности не подвели: выручило прежнее влечение к работе с мобильными, то есть подвижными гаджетами. Вот где за несколько месяцев в роли оператора БпЛА удалось почерпнуть такой объём практического опыта и знаний, который в мирной жизни, как говорится, захочешь – и за годы не наберёшь.
Казалось бы, служи и дальше: продолжай с тем же успехом уничтожать миномётные расчёты врага, атакуй его пехоту, укрывающуюся в окопах и блиндажах, догоняй и выводи из строя выявляемые на местности транспортные средства ВСУ. «Да, это хорошо, но опять хотелось большего, – признаётся неугомонный «Кипиш». – Вновь повезло. Реализация задач частичной мобилизации позволила найти искомый вектор приложения усилий».
К тому же у него уже было в арсенале боевой работы то, что могло не только дать знания и практику будущим операторам FPV-дронов, но и спасти их жизнь в особых обстоятельствах. Последний момент, кстати, упомянут не ради пресловутого красивого словца. В доказательство сказанному «Кипиш» вспоминает один из жизненных эпизодов.
– В зоне спецоперации в распоряжении нашего расчёта был автопикап, позволявший, быстро меняя точки боевой работы, быть полезным штурмовым подразделениям на различных участках зоны ответственности тактического подразделения вдоль линии боевого соприкосновения. Однажды, возвращаясь с задания, сидевший в кузове напарник прокричал: «Ракета!» По нам работал ПТРК противника. Представляете, какая в тот момент была у меня скорость мозговой деятельности, что за пару секунд удалось и вспомнить боевые характеристики типового боеприпаса, и принять на этом основании единственно верное в той ситуации решение? Оценил ПТРК по опыту «Фагот». Боевой вектор до 4 километров. Скорость ракеты до 80 километров в час. Значит, наше спасение в увеличении скорости и выходе за предел дистанции поражения. Водитель дал газу, разогнавшись на грунтовой дороге до 120 километров. Боеприпас нас не достал.
Или другой пример. Его «Кипиш» приводил уже в ходе планового занятия с обучаемой группой операторов FPV-дронов. «Противник открыл огонь из 120-мм миномёта. «Дроновод» сразу вспоминает, – раскладывает перед слушателями по полочкам сюжет инструктор «Кипиш», – что практическая дальность стрельбы данного вооружения шесть километров. По звуковой волне отмечает для себя азимут точки ведения огня. Поднимает дрон в воздух и уходит в расчётном направлении. Прибыв в зону поиска, фиксирует очередной выход мины – сверху его всегда видно. Снимает координаты, передаёт данные своей артиллерии. Там бойцы профессионалы. Выявленный объект, как правило, в итоге уничтожается».
Допустимо, что учебной аудитории вновь набранной группы будущих операторов дронов такая логистика в действиях видится сложной.
– А по-иному просто нельзя, – поясняет инструктор «Кипиш». – Мы не можем обучать военнослужащих нашей специализации пошагово. Такой подход только навредит в их становлении. У нас как в сельском плавании: выплывешь сам с глубины, значит, научился. Не смог взять учебные темы с места в карьер, боевой пилот из тебя не получится. Попрошу, как говорится, на выход.
Оттого, безусловно, удивляет запредельная цифра отсева претендентов в группы «дроноводов» – девяносто процентов из ста, не меньше. Зато те, кто выдержал темп и остался в строю, в скором времени не только становятся высокоподготовленными специалистами, но и переходят в разряд инструкторского состава. «Кипиш» не скрывает конечную цель в своей работе: «Готовлю бойцов так, чтобы они затем сами обрели инструкторский статус».
Здесь отсев – девяносто процентов. Зато те, кто выдержал темп и остался в строю, в скором времени не только становятся высокоподготовленными специалистами, но и переходят в разряд инструкторского состава
Военнослужащий с позывным «Каспер» – один из тех, кто, что называется, вписался в группу обучаемых. Он из числа добровольцев. В начале 2023 года заключил с Минобороны контракт, убыл в район боевых действий в качестве оператора ПТУР. Но, имея за плечами медицинское образование, больше пользы принёс в качестве ротного фельдшера. И оставался бы им по сей день, если бы не полученное тяжёлое ранение. Военврачи рану залатали, но вердикт вынесли неутешительный: если дальше служить, то не в атакующем строю. Здесь и пришлось, как говорится, к месту поступившее предложение попробовать себя в роли оператора FPV-дрона.
– Конечно, очень сложно начинать что-то новое для себя в столь динамичном темпе. Вы только посмотрите, – демонстрирует «Каспер» на экране монитора компьютерного симулятора очередной взлёт, – на какой скорости приходится по несколько часов в день планировать среди деревьев, разрушенных строений, внутри них, в тоннелях и по оврагам. Десять-двадцать секунд полёта – и очередной дрон отправляется в утиль.
А инструктор «Кипиш» этому только и рад. С удовлетворением отмечает: «Пусть уж лучше здесь в день триста раз размажет о бетон дрон-симулятор, чем будет волноваться и переживать в ходе практики на реальной местности за целостность доверенного ему дорогостоящего FPV-гаджета. Оператор должен иметь такую наработку мышечной памяти, чтобы не ощущать разницы в управлении между симулятором и реальным изделием. Вот когда такое произойдёт, тогда можно будет не сомневаться, что в реальной обстановке он сможет загонять дрон-камикадзе в окно движущегося автомобиля противника.
Но и это, как оказалось, в программе обучения операторов FPV-дронов не всё. Периодически курсанты чередуют пребывание в программах-леталках с навыками чтения карт местности. В частности, привыкают при взгляде с высоты к очертаниям находящихся внизу таких объектов, как строения, автомобили, образцы бронетехники и иного полевого вооружения. Учатся выявлять по типичным признакам замаскированные цели. А ещё осуществлять сбросы боеприпасов в точку, заходить на выбранный к поражению объект со стороны солнца, атаковать цель, незаметно подлетев к ней за счёт использования складок местности и так далее. Используя алгоритмы по смене высот, нырять за препятствия и совершать манёвренные действия при уходе от перехватывающих сигналов противника.
Последний момент инструктор «Кипиш» довольно часто практикует в обучении курсантов, вбрасывая в ходе лётных тренировок операторского состава в самый, казалось бы, не подходящее время в качестве вводной команду: «Оператор, вас глушит РЭБ противника!»
И, вдобавок ко всему, есть в курсе обучения FPV-пилотов три-четыре десятка часов работы в техническом классе, где операторский состав тренируется в ремонте и восстановлении повреждённых в ходе боевой работы дронов.
– Всё это очень важно, – поясняет «Кипиш». – Поверьте, лишнего курсантам я ничего не даю. Только самое основное, то, что не только будет способствовать им в ходе отработки боевых задач, но и… убережёт их жизнь. В интересах спецоперации я уже подготовил более 80 специалистов. Все они сейчас на линии боевого соприкосновения в составе своих подразделений. Периодически созваниваясь, радуют меня рассказами о боевых успехах, благодарят за науку. Но что самое важное, в их рядах нет потерь. Значит, моя программа подготовки оправдывает себя на все сто процентов!
Фото автора
Екатеринбург – Елань