Российская армия даёт военнослужащим ВСУ возможность добровольно сложить оружие и сохранить жизнь.
Украинские солдаты уже давно сетуют на их крайне низкую подготовку перед отправкой на линию боевого соприкосновения, из-за чего плен во многих случаях – единственное спасение. На линии боевого соприкосновения очень быстро приходит понимание истинной картины происходящего. Среди граждан Украины самых разных возрастов, которых забрили против их воли в солдаты, всё больше и больше тех, кто просто не хочет воевать с Российской армией. Таких военнослужащих заботит только одно – сохранить жизнь и вернуться домой. Именно поэтому они при первой возможности сдаются в плен.
Сергей Завадский – военнослужащий 11-го отдельного стрелкового батальона ВСУ. Родом из Николаевской области. Мобилизованный. «Вручили повестку. После военкомата распределили на службу в 11-й отдельный стрелковый батальон оператором ПТРК», – рассказывает он.
Перед отправкой на позиции проходил подготовку на полигоне. Боевика отправили в Курскую область без средств связи и поддержки. Из его невнятного рассказа ясно, что он о сдаче в плен нисколько не жалеет.
«Нам была поставлена задача – находиться на пункте наблюдения возле моста. Но что-то пошло не так. Начальство не смогло подвезти к нам провизию, рации. Связи абсолютно не было. Огонь сначала был с вашей стороны, а потом – с нашей. Наш старший выходил на начальника, который нас туда отправил, и объяснял, что обстрел начался и со своей стороны, не помогло», – рассказал боевик ВСУ.
Сдавшись в плен военнослужащим группировки войск «Север», Завадский сохранил свою жизнь. Он вовремя сообразил, что надо делать, когда подходили российские войска, сложил оружие и сдался в плен.
«На следующий день… смотрим, что с той стороны идут люди с повязками. Рации нет, связи нет, ничего нет. Они нас обошли и начали выходить на контакт. Мы поняли, что это русские. И они забрали нас в плен без единого выстрела», – добавил Завадский.
В плену боевик ВСУ находится в хороших условиях. «Кормят, поят, оказывают всё, что нужно», – добавил он.
Другой пленный – сержант Сергей Боченко – номер расчёта станкового противотанкового гранатомёта 11-го отдельного стрелкового батальона ВСУ. Был мобилизован в августе 2022 года.
«Вручили повестку. Пришёл в военкомат. Оттуда сразу в подразделение, не дали даже домой заехать, чтобы вещи забрать», – рассказал он.
Подготовку Боченко проходил во втором эшелоне. «Аэродром, дороги охраняли», – рассказывает пленный.
«Приехал командир взвода. Сказал, что через 45 минут заходим на территорию Курской области. Зачем, сначала не говорил. Потом пояснил, после штурмовиков и механизированных частей будем охранять дороги, мосты, объекты», – добавил боевик ВСУ.
«Нас заставили. Многие убежали. Те, кто узнал раньше. Остальные потом уже не смогли уйти», – сказал Сергей Боченко.
«Слышал от нашего командования, что планировали всё с западными инструкторами, причём они были главными. Но на поле боя их встречал. Между собой они разговаривали на иностранном языке», – уточнил он.
Сержант Сергей Боченко рассказал о настрое подразделений ВСУ: «Мотивации нет. Кнутом, скорее всего. Выписали билет в один конец. Дали сухпаёк на пару дней. Потом ни воды, ни пищи толком не было».
Также Сергей Боченко рассказал о большом количестве уничтоженной украинской техники и военнослужащих, увиденных им в то время, когда он с сослуживцами пересёк границу с Курской областью. «При переходе границы видел большое количество сожжённой техники, много трупов неубранных. Много машин скорой помощи в обратном направлении прошло. Поражение будет. Неминуемо. Положили кучу народа без всякого плана. Как говорят, «по ходу пьесы». То, что сверху западные инструкторы говорили, тому и потакали. …Мы узнали в самый последний момент. Видно не хотели, чтобы мы разбегались. Мы не понимаем, зачем заходим на территорию другого государства. …Было страшно. Нас в войну вовлекли политики», – рассказал боевик ВСУ.
«Я слышал от побратимов, что присутствует мародёрство и плохое обращение с местным населением, часто зверствовали», – сказал Боченко. Сержант добавил, что «уже год домой не отпускают, вообще не отпускают. Держат за скотину. Не хочу воевать».
Обращаясь к украинским военнослужащим, Боченко призывает их отказаться от сопротивления. «Хотел бы обратиться к побратимам и ко всем, кто воюет с украинской стороны. Пацаны, прекращайте! Это не наша война. Вы видите, чем она для нас заканчивается. Просвета никакого нет. Нас постоянно бросают на убой. Бессмысленно всё это. Не лезьте! Я вас призываю к этому», – заключил Сергей Боченко.
Ещё один пленный военнослужащий ВСУ – Михаил Шкода, водитель бронеавтомобиля «Хамер» 82-й отдельной десантно-штурмовой бригады ВСУ. Рассказывает о том, как попал служить в ВСУ: «5 мая этого года поймали пограничники и отдали в ТЦК. Я переходил границу с Украины в Румынию, неудачно перешёл».
«Две недели провели в блиндажах, потом нас перевезли в школу разведки в населённый пункт Карчак. Там была топография, стрельбы, прыжки с парашютом. Парашюты складывали в школе в Житомире, а прыгали – вертолёт в поле садился и нас забирал, три раза прыгнули за три дня. Учили обращаться с оружием: быстро менять магазины. Инструкторы рассказывали, как надо убивать, как они уже убивали, потому что некоторые уже воевали», – рассказал пленный о подготовке подразделения перед заходом в приграничные районы Курской области.
«Потом нас отправили в 82-ю бригаду под Полтаву, оттуда я перегнал «Хамер» в Сумы. Всё было в секрете, нам только сказали: «Вы пойдёте в рейд за границу, в Россию». Не говорили, куда именно. Потом начали готовить карту, кто за какими машинами едет, потом начали сами машины выстраивать. Было около 20 машин. Первые четыре были такими: два «Страйкера» и два «Хамера», – рассказал Михаил.
«Задача была пройти как можно больше километров, не ввязываться в бой. Если по тебе стреляют, ты можешь в ответ пострелять, но не останавливаешься. Я не знаю, что было дальше, потому что мы заблудились, заехали в какое-то село, развернулись, поехали по полю. Первый проскочил, а я улетел прямо в окоп мордой, машина не на ходу. Командир заложил заряд и взорвал её», – рассказал пленный.
Когда Михаил понял, что находится на территории России, то нашёл возможность уйти от группы и сдаться в плен.
«Пока командир копошился возле машины, я перешёл дорогу, и тут начался бой. Я начал ползти. Стрелял кто-то, падали снаряды сверху. За мной увязался парень один, а я ползу, не говоря куда, – время такое. Затем я начал выкидывать автомат, бронежилет, каску. Остался нож и вода. Рассказал парню, что планирую сдаться. Подарил ему нож, пожали руку, и уполз».
Пленные рассказывают о царящей в ВСУ коррупции, отсутствии в подразделениях управления и практике запугивания личного состава. Продолжать воевать за марионеточное правительство и президента Украины они не хотели и при первой возможности сдались российским военнослужащим
«Ночью, перед наступлением, около 50 человек смылись, а утром смылись ещё двое водителей, из-за этого выехали не в 10.00, а только около 14 часов», – рассказал Михаил о том, как военнослужащие ВСУ не хотят выполнять приказы командования.
Ещё один военнопленный, Александр Макиевский, проходил службу в 35-м полку нацгвардии Украины. Говорит, что до этого служил в полиции, но, когда ему предложили перейти в бригаду «Лють», отказался, за что был уволен по статье.
Его свободная жизнь длилась всего три месяца. Ровно настолько хватило денежных сбережений. Тут как нельзя кстати стали приходить повестки из военкомата. По его словам, жизнь заставила подписать контракт и пойти воевать.
Философию войны по-украински нынешний военнопленный понял всего через несколько дней службы. Всё просто: многое обещай и обманывай.
Когда с трудом собранных новобранцев отправляли на донецкое направление, чтобы избежать недовольства, пообещали, что действовать они будут на второй линии обороны, а впереди поставят подготовленные части ВСУ.
Реальность была иной. Пополнение сразу же бросили затыкать дыры в обороне на передовой. Привезли на пикапах и оставили в лесополосе с сапёрными лопатками окапываться – практически без воды и еды.
Всё стало на свои места, когда Александр Макиевский услышал в радиоэфире общение одного из соседних подразделений, где были большие потери, с командованием.
«Когда парни, чтобы выжить, захотели оставить позиции и отойти, им напрямую сказали, что в этом случае по ним нанесут удар из «Града», а всё потом спишут на войну», – говорит украинский военный.
Сейчас, когда Макиевский уже освоился в российском плену и оценил свой прежний выбор под другим углом, он чётко утвердился во мнении, что для украинского правительства война – это бизнес, а простой народ живёт в нужде и бесславно гибнет.