Военнослужащий группировки войск «Восток» показал пример храбрости и стойкости, когда его подразделение попало, казалось бы, в безвыходную ситуацию.
Штурмовые подразделения группировки войск «Восток» ведут активные наступательные действия на южнодонецком направлении. Противник ежедневно пытается контратаковать, чтобы замедлить продвижение наших воинов. Не так давно командир группы с позывным «Бродяга» оказался в сложной ситуации: боевики ВСУ пошли на ответный штурм опорного пункта российских военнослужащих и почти захватили его. О том, как всё-таки удалось отбить накат противника и обратить наступающих в бегство, отважный военнослужащий рассказал нашему корреспонденту.
– Это были непростые 25 дней, но отступать мы не собирались. Под конец уже не было сил, заканчивались патроны, казалось, что выйти с позиций не суждено. В мыслях – лишь злость. И желание победить, конечно, – так «Бродяга» описывает ощущения от пережитого.
До начала этих событий штурмовики из Бурятии, заняв очередной опорный пункт ВСУ, выстраивали тактику следующего наступления на ближайшую неделю. Перед ними стояла сложная задача. У противника впереди имелась артиллерия от миномётов до САУ, а его позиции были хорошо укреплены и оборудованы. Без поддержки бронетехники наши военнослужащие идти вперёд не могли. Подготовка операции затягивалась…
Вэсэушники понимали, что их жизнь висит на волоске: грядущая зачистка была лишь вопросом времени. Оставался единственный шанс – ударить первыми. «Бродяга» говорит, что этот «контрнаступ» был спланирован грамотно.
– Каждый день они били по нам из миномётов, атаковали беспилотниками и прощупывали оборону по переднему краю. Серьёзного значения мы этому не придавали, до конца не верилось, что враг всё-таки пойдёт на самоубийственный штурм. Но через двое суток прорыв всё же случился, – отмечает мой собеседник.
С наблюдательного пункта сразу заметили приближающуюся пехоту ВСУ. Боевики продвигались малыми группами, закидывая наши позиции гранатами. Одновременно на опорник обрушились снаряды
120-го калибра. Редкие секунды тишины прерывались жужжанием нависших сверху квадрокоптеров.
«Бродяга» в тот момент находился в одном из домов, служившим командным пунктом. По радиосвязи ему передали о начале штурма. Объединившись со сводной группой, «Бродяга» организовал оборону пятиэтажки неподалёку. Именно она стала главной целью вэсэушников в ходе наступления.
– Нас пытались выбить с первого этажа, обходили с флангов и постепенно отрезали от основных сил. Я сказал: «Держать здание будем до конца. Оставить его – значит потерять контроль над всем опорником». Мы решили уходить в подвал, – вспоминает «Бродяга».
В подземелье было просторно: несколько тоннелей и разветвлённые коммуникации. Там группа готовилась встречать вэсэушников.
«Парни мужественно держались и в критический момент вспомнили, что все мы – воины великой России»
– В первый час они просто закидывали туда гранаты. Приходилось прятаться за стенами, трубами, за всем, что может остановить осколки. Потом боевики попытались спуститься, но, услышав, что нас много и мы ещё живые, отпрянули. Оставшиеся сутки мы провели в подвале. Радиосвязь работала. С её помощью «Бродяга» узнал, что снаружи бой продолжается, но уже далеко. Тем временем вэсэушники решили договориться.
– Настойчиво предлагали нам сдаться. Обещали, что не тронут. Честно говоря, эту говорильню я особо не слушал – в тот момент чистил свой АКМ и думал, как выбираться из этой ловушки. В мыслях крепло лишь одно решение, но оно могло не понравиться остальным.
Ещё через несколько часов боевики перешли к угрозам и выдвинули ультиматум: если никто не выйдет из подвала через полчаса, они используют хлор. О том, что ВСУ применяют запрещённое химическое оружие на поле боя, «Бродяга» знал. Поэтому не испытал никаких эмоций, даже не удивился угрозам.
– Последний ход в этой партии оставался за нами. Вызвали огонь на себя и ждали, пока наши снаряды прилетят. Все понимали, что дом сложится, похоронив всех, кто находится в нём. Но это было единогласное решение моих парней, – говорит военнослужащий.
На удивление здание огневой налёт выдержало. Выбравшиеся из подвала штурмовики увидели лишь тела вэсэушников, которых артобстрел застал врасплох. Выиграв время, командир поставил задачу пробиваться к своим.
– Помог густой туман, спрятавший нас от «птичек». Почти пять километров бойцы шли без патронов, с одной гранатой у каждого. Через два часа на старых позициях мы, обессиленные, встретили боевых товарищей. Они признались, что уже мысленно попрощались с нами и не рассчитывали увидеть живыми.
Спустя неделю военнослужащие из Бурятии снова полностью контролировали прежний опорник, а затем перешли в наступление.
Вэсэушники, потерявшие более половины личного состава на этом участке, не смогли удержать укрепрайон и спешно отступили, бросая технику и раненых.
«Бродяга» признаётся, что в том сыром и тёмном подвале, в котором он мог остаться навсегда, ему не было страшно. Даже когда земля над головой загудела. Волновался только о подчинённых: некоторым из них нет и 20 лет.
– Парни мужественно держались и в критический момент вспомнили, что все мы – воины великой России. Ради выполнения общей задачи они вместе со мной пошли на риск до конца. Мечтаю только о том, чтобы никогда больше не решать судьбу близких мне товарищей в бою. Но война есть война, и в ней случаются моменты, когда приходится вызывать огонь на себя, – подвёл итог нашей беседе «Бродяга».
Группировка войск «Восток»