«Взлёт разрешаю!»

image_print

Эту команду гвардии капитан Дмитрий Чащин, влюблённый в небо беззаветно, безоговорочно, готов услышать в любое время.

Командующий БФ адмирал Александр Носатов награждает медалью Нестерова гвардии капитана Дмитрия Чащина.

О покорении воздушной стихии, о полётах он мечтал с детства. Как и многих лётчиков, в удивительный мир авиации его позвал пример отца.Чащин-старший, правда, трудился в гражданском флоте, летал на легендарном трудяге Ан-24. Когда получалось, брал сына на аэродром, даже позволял посидеть за штурвалом настоящего самолёта. Естественно, как у любого мальчишки, соприкоснувшегося с большой авиацией, у Дмитрия появилась заветная мечта – стать лётчиком. Только непременно военным.

Несмотря на то что после восьмого класса Дмитрий Чащин поступил в Нахимовское военно-морское училище, здесь он стал заниматься в клубе «Юный авиатор». Ребята изучали основы аэродинамики, знакомились с конструкцией летательных аппаратов, осваивали азбуку Морзе, решали математические задачи. В составе клубной команды Дмитрий участвовал в различных состязаниях, в том числе в ежегодном Всероссийском конкурсе «Космонавт», где соревновались воспитанники школ-интернатов с начальной лётной подготовкой и ребята из авиаклубов. Некоторые питомцы «Юного авиатора» из НВМУ даже выполняли практические полёты на самолётах Як-52 и Як-18Т. Жаль, нахимовец Чащин шанса подняться в небо получить не имел – к тому моменту он уже окончил обучение. Впрочем, на его решимость связать судьбу с авиацией это обстоятельство никак не повлияло.
– Меня иногда спрашивают, почему после Нахимовского училища, где изучаются основы морского дела, я всё-таки сделал выбор в пользу авиации, – говорит гвардии капитан Дмитрий Чащин. – Ничего удивительного. Стать пилотом я мечтал с самого раннего детства. Кстати, не все нахимовцы в последующем выбирают морскую службу на кораблях. Прославленный лётчик палубной авиации Герой России генерал-майор Тимур Апакидзе тоже был нахимовцем. После НВМУ он окончил Ейское высшее военное авиационное училище лётчиков. Интересно, что свою офицерскую службу будущий генерал, как и я, начал на Балтийском флоте.
Однако поначалу судьба не жаловала Дмитрия Чащина. Наличие авиационной подготовки и свидетельства об окончании довузовского учебного заведения Мин­обороны России не позволило ему с первого захода поступить в выбранный вуз – Краснодарское высшее военное училище лётчиков имени Героя Советского Союза А. К. Серова. Строгая комиссия выявила проблемы со здоровьем. Пришлось сделать операцию и на следующий год вновь сдавать экзамены в лётный вуз.
Курсантские погоны Дмитрий Чащин надел как раз в тот период, когда в системе военного образования происходили серьёзные перемены. Одни учебные заведения сокращались, другие объединялись в военно-учебные научные центры. Существенные изменения претерпела и система подготовки специалистов для ВВС. Теперь курсанты лётных вузов, невзирая на свою будущую специализацию – истребитель, штурмовик, транспортник или бомбардировщик, – вначале обучались по единой программе. Разделение начиналось на третьем курсе. Тогда же формировались группы по типу авиационной техники, на которой предстояло осуществлять практическое обучение, – на реактивном истребителе Л-39 или винтовом транспортно-десантном Л-410.
Когда настал долгожданный для будущих пилотов момент – начало практических полётов в учебных авиаполках, Дмитрий Чащин получил распределение в группу к опытному инструктору. Гвардии майор Юрий Карнаков дал ему путёвку в небо.
– Если честно, то первый раз было немного тревожно даже с инструктором, – вспоминает тот свой вылет офицер. – Пусть и учебный, но всё же истребитель. Даже небольшие перегрузки, возникающие в момент, когда инструктор переводил самолёт из набора в горизонт или наоборот, вызывали у меня в груди предательский холодок.
Как правило, первые два полёта машиной полностью управлял инструктор. Он смотрел на поведение курсантов, оценивал их реакцию на виражи истребителя в небе. Дмитрий Чащин перенёс знакомство с Л-39 и встречу с высотой нормально. Затем началась обычная для курсанта учебная практика: полёты по кругу, в зону, по приборам, базовый пилотаж, включающий виражи и горки.
Самостоятельно курсант Чащин впервые вылетел в общей группе.
– Вроде привычный полёт по кругу – в общей сложности не более 15 минут. Но для меня они показались вечностью, – продолжает рассказ Дмитрий. – Всё было здорово: небо, скорость, высота. Ты в кабине один и понимаешь, что сейчас эта реактивная машина полностью в твоей власти.
После приземления проверяющий – офицер управления полка сказал ему: «Молодец!» В этот момент курсант Чащин внутренне ощутил себя пилотом. Впрочем, дорога к настоящим вершинам лётного мастерства оказалась куда более долгой и тернистой.
К слову, по окончании училища Дмитрий Чащин имел в личном арсенале налёт более 245 часов. Для курсанта, выпускника направления манёвренной истребительной авиации это был показатель высокий. По сути, всё, что можно было отлетать по программе обучения, он отлетал.
Незадолго до выпуска в их вуз приехал представитель управления кадров со списком мест, куда требуются истребители.

Дорога к настоящим вершинам лётного мастерства оказалась для офицера долгой, тернистой

– Ничего не советую, ни на чём не настаиваю, – сказал он на встрече с без пяти минут лейтенантами. – Между собой всё обсудите и договоритесь. К исходу дня жду список с указанием тех мест, где хотели бы начинать свою службу.
Может быть, кто-то из офицеров постарше скажет, что такой подход слишком «либеральный»…Но Дмитрий Чащин выбрал морскую авиацию Балтийского флота, и это оказалось его судьбой.
– Решил поехать служить на самолёт, о котором мог мечтать любой лётчик-истребитель, – поясняет Дмитрий свой тогдашний выбор.
О том, что его здесь ожидает и каковы будут особенности службы на западных рубежах России, молодой офицер тогда представлял плохо. Но, как показали дальнейшие события, с выбором места он не прогадал.
Для начала его и ещё одного однокашника с целью дополнительного обучения откомандировали в филиал 4-го Государственного центра подготовки авиационного персонала и войсковых испытаний Минобороны России. По возвращении офицеры сдали необходимые зачёты.

Су-27 в небе над Калининградской областью.

Было непросто, признаётся Дмитрий. Всё-таки Су-27 – это не Л-39. Самолёт серьёзный: сложная система управления, много приборов, различного оборудования.
Свой первый полёт на этой машине лейтенант совершил с инструктором гвардии майором Алексеем Емашкиным.
– Самое большое впечатление произвёл взлёт, – вспоминает гвардии капитан Дмитрий Чащин. – Это было мощно! Су-27 – великолепная машина, лучший истребитель в мире. Да, понять его сразу сложно, даже после первого самостоятельного тренировочного полёта. К тому же тогда, в первый раз, в основном управлял инструктор и лишь на определённых этапах давал мне вести машину, выполнять несложный пилотаж.
«Сушка» – это никакого сравнения с «элкой». Л-39 прощает резкие манёвры и ошибки. На Су-27 движения лётчика должны быть короче, строже. Машина более чутко откликается на любое отклонение ручки управления. Но наставники у Дмитрия оказались опытными и грамотными. Они доходчиво объясняли особенности пилотирования истребителя, учили, что называется, понимать машину.
Определённым этапом в профессиональном становлении Чащина стал допуск в августе 2015 года к несению дежурства по охране воздушных рубежей России. Любой пилот, не сомневаясь, скажет: выполнение задачи в дежурном звене – лучшая школа для лётчика-истребителя. А с учётом особенностей обстановки над Балтикой, где иностранные разведывательные и боевые самолёты практически ежедневно проверяют готовность нашей морской авиации, становление пилотов происходит быстро.
Свой первый вылет в составе дежурных сил Дмитрий Чащин помнит как сейчас.
– Как только занял место в кабине, сразу прозвучала команда на вылет, – вспоминает офицер. – Я перехватил самолёт-разведчик RC-135. До этого никогда воочию иностранных военных самолётов не видел, авиасалоны не посещал. А здесь такая встреча, да ещё и накоротке! Часа полтора сопровождал его над водами Балтики.
Случались в его служебной практике и весьма неспокойные дежурства. В один из дней авиация стран НАТО оказалась на редкость активной. Над Балтикой барражировали сразу три патрульных самолёта Challenger и один дальний беспилотный разведчик GlobalHawk.
Работа у наших лётчиков получилась предельно напряжённой. «Только приземлишься, наземные специалисты осмотрят и заправят истребитель, и снова команда на взлёт, – вспоминает Дмитрий. – В общей сложности за половину суток Су-27 поднимались на перехват пять раз».
Но усталости, по словам офицера, не чувствовалось. Когда вылетаешь на реальное сопровождение, самому с профессиональной точки зрения интересно. Работа в составе дежурного звена даёт хорошую практику.
Помимо привычных для авиаторов Балтфлота самолётов RC-135, Challenger, P-3 Orion гвардии капитану Дмитрию Чащину доводилось встречаться и с небесным исполином – стратегическим бомбардировщиком B-52. Редкий гость шёл над нейтральными водами вдоль шведской границы. Лететь в район перехвата пришлось на скорости в два Маха – примерно 2400 км/ч.
– Увидел B-52 издалека, подошёл поближе, – вспоминает Дмитрий Чащин. – Размер бомбардировщика, конечно, впечатлил. Огромный самолёт. Изучил подвески, зафиксировал бортовой номер, доложил по команде.

Дежурные силы истребительной авиации Балтийского флота поднимаются в небо с каждым годом всё чаще

Запомнился гвардейцу и перехват шведского авиационного комплекса ДРЛО S-100B Argus. Этот небольшой винтовой самолёт из-за наличия над фюзеляжем крупной продолговатой антенны выглядел необычно. В отличие от других воздушных средств разведки, в зоне ответственности авиации Балтийского флота он появляется нечасто, а перехват S-100B Argus – и вовсе редкость.
Стоит отметить, что дежурные силы истребительной авиации Балтийского флота поднимаются в небо с каждым годом всё чаще. Уж очень сильный интерес наши соседи проявляют к тому, что происходит в регионе. На данный момент в активе гвардии капитана Чащина несколько сотен дежурств и более ста вылетов на перехват иностранных военных воздушных судов.
Наступивший 2019 год для Дмитрия вообще можно считать знаковым. Он был назначен на должность штурмана эскадрильи, а ещё удостоен медали Нестерова. Кроме того, недавно офицеру была присвоена квалификация лётчика 2-го класса. Эта ступень во многом является определяющей уровня профессионализма пилота. Считается, что он уже подготовлен к ведению боевых действий как днём, в том числе в сложных метеорологических условиях, так и ночью.
Тем не менее гвардии капитан Дмитрий Чащин считает, что главные его достижения ещё впереди. Например, вскоре он приступит к отработке элементов манёвренного воздушного боя на Су-27. В бытность курсантом этот вид пилотирования Дмитрий просто обожал. Но одно дело – крутить виражи на лёгком и послушном Л-39, и совсем другое – на тяжёлом Су-27.
Впрочем, лётчик уверен, что будет пусть и сложнее, но гораздо интереснее. В ближайшей перспективе – освоение взлёта и посадки парой, отработка сверхманёвренного пилотажа на малых высотах, подготовка к работе по наземным целям. Словом, есть куда расти и к чему стремиться. Как небо с земли кажется бескрайним, так и в профессии лётчика мастерство не имеет границ.

Владимир ДАШЕВСКИЙ

Фото автора и Юрия ДМИТРИЕВА