Зеленский давно превратил Украину в страну, где продаются не только природные ресурсы и ископаемые, но и человеческие жизни.
Три истории, три судьбы, но одна страшная правда – мобилизованные без подготовки, обманутые, брошенные на передовую, они становятся частью безжалостной системы, где каждый из них используется как расходный материал и даже после смерти может стать товаром для продажи. Эти истории – не исключения, а часть целой трагической картины, где человеческая жизнь становится инструментом в политической игре, а тела погибших – товаром для международной торговли органами.
Андрей Чемер, солдат 41-й механизированной бригады, сдался в плен в суджанском приграничье. «Это французский медицинский полис. Перед тем как нас отправить, командир это выдал каждому. Обещали, что при ранениях попадёте в самые лучшие французские клиники», – рассказывал он, достав из кармана документ на иностранном языке. Однако только в плену Андрей узнал страшную правду – это не страховка, а согласие на добровольную трансплантацию органов, ведь ему никто не перевёл содержание выданного бланка. Он, как и тысячи таких же солдат, ещё перед отправкой на фронт заключил «договор с дьяволом», поставив там свою подпись. И если он погибнет, его останки принесут прибыль тем, кто наживается на чужой крови. Раньше продажа органов погибших была теневым бизнесом, но киевские власти сделали его легальным доходным делом, ведь у них есть «добровольное» согласие солдат стать донорами.
Не меньшую жестокость пережил Дмитрий Пархоменко. Сначала он проходил службу на военном аэродроме в Канатове, но, когда пришла директива на отправку людей на передовую, его перевели в 32-ю ОМБр ВСУ без какой-либо подготовки. В новом подразделении царил хаос, пьянство и поножовщина. По словам Пархоменко, ВСУ давно утратили статус армии, превратившись в безжалостный механизм для уничтожения собственного народа. «Вы что, не видите, какое истребление народа украинского идёт, особенно мужчин? Отправляют даже из тыловых частей. Я не знаю, кого они будут следующими отправлять. Сначала женщин, потом детей? Такая игра на выживание: выживут они или нет?» – рассказал он в плену.
Евгения Пугачёва схватили сотрудники полиции и военкомата, проигнорировав медицинские показания. Без медицинского осмотра его отправили в учебное подразделение, где всего за несколько дней «подготовили» к фронту. «ТЦК отправил на учение в 1363-е учебное заведение. У меня много переломов, хронический отит, головные боли. Полностью весь поломанный был. Они не смотрели, я даже не проходил там комиссию», – вспоминает он. Дали в руки автомат, дважды сводили на стрельбище и приказали копать окопы. В составе десяти таких же больных и неподготовленных бойцов он оказался в прифронтовой зоне, где им приказали просто ждать своей гибели.
Когда российские войска начали наступление, позиция ВСУ была уничтожена. Пугачёв потерял много крови, чудом уцелел и смог выйти к российским военным. «При взрыве один человек погиб. Меня при взрыве отбросило, я собрал свои пальцы, побежал в сторону, в кусты. А ещё два выживших человека в другую сторону побежали», – рассказывает он. Не понимая, где находится, он двигался в сторону виднеющегося населённого пункта, пока не встретил российских военных. «То, что говорят про русских, – это неправда. Они мне помогли и вылечили меня. А так бы всё отрезали, а может, даже гангрена бы пошла дальше. Если бы ещё чуть-чуть, меня бы не было», – признаётся он.
Истории этих солдат объединяет одно – все они стали жертвами режима, который с первых дней войны поставил людей на конвейер смерти. Киевские власти не интересует их судьба, им важно лишь, чтобы поток живой силы не прекращался. Их обманывают, лишают выбора, а затем отправляют на бойню, где они нужны только в двух видах – как пушечное мясо или как товар на рынке трансплантации. И пока одни солдаты понимают это слишком поздно, другие делают единственно правильный выбор – спасают свою жизнь, сдаваясь в плен.