Военнослужащий рассказал, как, оставив собственный бизнес, отправился «за ленточку» защищать Родину.
Наше с капитаном Александром Москаленко знакомство состоялось в военном госпитале на награждении. В зоне СВО он командовал противотанковым взводом. Офицер рассказал о задачах в составе расчёта «Рапиры», боевой работе на «Фаготах» и дуэли с «Бабой Ягой». Его позывной «Артист» дан ему не просто так. Даже сейчас, находясь на реабилитации после ранения, он поёт для публики на праздниках и торжественных мероприятиях.
Военный госпиталь. Через час начало церемонии награждения участников СВО. Зал тихо ожидает. По сторонам несколько военнослужащих, что находятся здесь на лечении, – они уже в готовности к торжеству. Один из них взял в автомате кофе, неспешно присел в кресло и стал задумчиво попивать напиток. Поскольку до официальной части ещё далеко, предлагаю ему скрасить ожидание за беседой в формате интервью. Герой представился – старший лейтенант Александр Москаленко. На предложение откликнулся бодро и радушно: «Да, конечно, почему бы и нет!» На протяжении беседы он искренне и оживлённо рассказывал о боевых эпизодах и жизни до СВО.
Дважды противотанкист
В зоне СВО Александр командовал противотанковым взводом. Условно можно поделить его боевой путь на две части. Поначалу его подразделение работало на противотанковой пушке «Рапира». Потом он выполнял задачи на противотанковых комплексах – «Метисах», «Фаготах», «Корнетах».
– Мы держали танкоопасные направления, поддерживали пехоту огнём. Как правило, заранее знали, откуда пойдёт их техника, и следили за вверенными секторами. Если разведка докладывала о приближении, начинали работать, – коротко рассказывает офицер.
Он оговаривается, что «Рапира» показала себя как полноценное арторудие. Когда танки стали предпочитать огонь с закрытых огневых позиций, работа на этой пушке и вовсе стала напоминать контрбатарейную борьбу. Впрочем, ударами по танкам задачи взвода Александра не ограничивались.
– «Птичники» находили огневые позиции, места скопления противника, и мы по ним работали. Калибра 100 миллиметров осколочно-фугасными вполне хватало, чтобы разобрать блиндаж. Так что скорее мы работали как артиллеристы, – добавляет он.
Капитан Москаленко: «я всегда любил советские фильмы про войну. Благодаря им с детства мечтал стать офицером»
Без «птичек» никуда
Вспоминает случай, когда их расчёт ударил по блиндажу, попав в крохотную форточку с многокилометровой дистанции. Ювелирно отработали.
– Скажите, такая точность – заслуга мастерства личного состава или дронов-корректировщиков? – спрашиваю Александра.
– И то, и другое, – отвечает он. –Но «птички» помогают очень сильно. «Крыло» летает далеко за линию соприкосновения, всё фиксирует, направляет. Они незаменимы.
Правда, есть и обратная сторона этой монеты. Александр выполнял задачи в зоне СВО порядка двух лет. И за это время, признаётся, количество дронов кратно увеличилось с обеих сторон.
Соответственно, защите от ударных коптеров в их взводе уделялось особое внимание. Использовали простые, но самые надёжные средства подавления – автоматы и ружья. Александр лично сбил не один дрон из стрелкового оружия.
– Коптеров было крайне много. Хорошо, если неподалёку было укрепление или какая-нибудь постройка – можно укрыться. А вот в лесополосе, особенно в поле, было очень опасно. Но ничего, не подпускали их! – махнул рукой офицер.
Если «Рапира» стреляет до восьми километров, то противотанковые переносные комплексы – от десятков метров до пяти километров. Перейдя в подразделение на ПТУР, Александр с сослуживцами стал выполнять задачи прямиком на линии соприкосновения. Вспоминает, в то время наши войска активно выбивали противника из одного из населённых пунктов. Здесь командир взвода получил ранение в дуэли с гексакоптером.
Коррида с «Бабой Ягой»
На позиции противотанкисты ожидали грузовик с припасами. Встретить его требовалось на дороге. Пошёл Александр в одиночку, оставил личный состав на случай поступления неожиданной цели. Утро было раннее, тёмное, идеальное время, когда дроны ещё не проснулись.
– Я вышел к трассе. И тут слышу – жужжит. Тяжёлый коптер, вроде «Бабы Яги». Я увидел только очертания – было очень темно. У меня с собой было ружьё: пять патронов заряжено, пять – про запас. С дороги сбегать нельзя, поскольку обочина может быть заминирована. Дрон меня тоже увидел. Завязался бой, – рассказывает собеседник.
Попасть в тяжёлый коптер в темноте – задача не из лёгких. Александр как тореадор маневрировал от неприятеля, старался запутать, постоянно двигался и уворачивался от сбросов. Патронов было немного, выверял каждый выстрел…
Снаряд с гексакоптера упал прямо под ноги. Ранило. Упал наземь, но сознания не потерял, зарядил оставшиеся три патрона. Хорошенько прицелился и – попал! Дрон, накренившись, упал в кусты.
Наудачу вскоре прибыла подмога. Сослуживцы из соседнего подразделения ехали на подвоз. Прихватили с собой, доставили к медикам. Через полтора часа офицер уже был в операционной, и это спасло ему жизнь.
На примере дедушки
– Пойти на СВО – это ваш личный выбор? – развиваю нашу беседу.
– Да. Думаю, сказалось воспитание, – отвечает офицер. – Мой дедушка, к слову, украинец из Киевской области, участник Великой Отечественной войны. Он мой герой. Воевал с фашистами. Получил орден Красной Звезды. Я воспитывался на его подвигах, он всегда был для меня примером. Ну и конечно, я всегда любил советские фильмы про войну. Благодаря им с детства мечтал стать офицером.
Александр и до отправки на СВО жил в достатке – была своя мебельная фирма, поэтому отправился «за ленточку» совсем не ради денег. Это решение, говорит, по личным мотивам. К началу спецоперации мужчина уже служил в мобилизационном резерве. Чуть что, был уверен, что придёт Родине на помощь. Когда пришла пора, выведал про набор на курсы в артиллерийскую академию, получил звание лейтенанта, отправился на фронт.
Разговоры о личном
Вообще Александр оптимистичный, уверенный человек. Но наряду с этим – реалист. Рад, что прошёл курсы переподготовки на базе госпиталя, предвкушает работу на новом месте службы в военкомате в родном Краснодарском крае.
– Буду видеться с любимыми дочками, работать с молодёжью, передавать бойцам свой опыт и развивать в них патриотизм. Жизнь обрела новые азимуты, – говорит военнослужащий.
За последние годы удалось скопить прилично денег. Планирует купить уютный дом. Так что цели намечены далеко вперёд.
Среди сослуживцев его стали звать «Артистом». И не просто так.
– Работаю в Доме культуры, пою, выступаю с ансамблем и сольно. Даже официально у меня написано, что я артист, в трудовой книжке, – улыбается собеседник.
Творчество после выписки из госпиталя он бросать не планирует. Даже наоборот, собирается приняться с новыми силами. Как стало известно, через пару дней после нашей беседы он выступил на праздничном концерте в Москве.
На прощание интересуюсь, чем будут награждать.
– Точно аттестатами о прохождении курсов, – ответил он. – А там – неизвестно.
Вскоре началась церемония. За мужество, отвагу и самоотверженность, проявленные при исполнении воинского долга, старший лейтенант Москаленко награждается медалью Жукова. Вместе с наградой ему вручают погоны капитана.
Встречаемся с ним взглядами. Мимика офицера сдержанна, но в глазах горят радость и гордость.