Мотострелковые подразделения на донецком направлении разрабатывают и применяют новые тактики в условиях городского боя.
Сражения, идущие на переднем крае специальной военной операции, уже давно называют боевыми действиями нового формата. Широкое применение современных вооружений, специальных технических средств, а также изначально гражданской техники и электроники для военных нужд в значительной степени повлияло на методики вооружённого противостояния, тактику действий, структуру подразделений и способы их боевой работы. Однако последнюю точку в каждом сражении по-прежнему ставит пехота.
Мотострелковый батальон, которым командует офицер с позывным «Воронеж», в настоящее время наслаждается отдыхом, но отдых этот специфический, военный.
В ходе плановой ротации это подразделение, входящее в состав 150-й мотострелковой дивизии, было отведено с передка марьинского направления на условный ноль, и теперь вместо ежедневных штурмовок опорных пунктов противника личный состав совершенствует линию обороны. Военнослужащие батальона доводят до идеала разветвлённую сеть окопов, блиндажей, ходов сообщения, командных и наблюдательных пунктов, постов воздушного наблюдения и огневых точек. Стараются на совесть, ведь для них за этими укреплениями земли больше нет.
– Те сведения, что периодически всплывают в интернет-пабликах на той стороне о созданных русскими мощных эшелонированных линиях укреплений, в этой части верны, – отмечает командир батальона. По словам «Воронежа», при необходимости мотострелки, заняв оборонительный рубеж, способны остановить попытку прорыва противника на тяжёлой технике. Танки противника, вне зависимости от страны-изготовителя, столкнутся с практически непреодолимыми инженерными заграждениями, минными полями и многими другими смертельными сюрпризами. Что броня, что пехота неприятеля завязнет надолго ещё на подходах к этим позициям. Разумеется, при этом ни артиллерия, ни противотанковые средства на нашей стороне не останутся без дела и помогут врагу бесславно завершить очередное наступление.
– На той стороне это видят и понимают. Их БпЛА появляются в небе над позициями, ведут наблюдение, так что в целом они представляют, насколько жёстко их тут встретят, – отмечает комбат.
Однако всё это, разумеется, только в теории, поскольку на практике занимать окопы для обороны на данном направлении штурмовикам нет необходимости. Боевые действия в Марьинке продолжаются всё в том же ключе – медленное, максимально осторожное, но постоянное продвижение наших сил вперёд, выдавливание противника с укреплённых позиций и уничтожение новых и новых вражеских резервов при сохранении собственных сил.
– На данном направлении у нас стоит задача истощать противника, сберегая свои силы. Подчеркну: главное – это сберечь людей. В течение года мы не давали врагу спокойно сидеть в городе, постоянно проводили наступательные действия, и наше подразделение продвигалось вперёд подъезд за подъездом, дом за домом, квартал за кварталом, – особо отмечает «Воронеж».
Практически с самого начала сражений за Марьинку штурмовики небольшими, порой всего в несколько десятков метров шагами продвигались вперёд, занимали позиции, закреплялись на них и обеспечивали возможность танкам и БТР поработать прямой наводкой и с закрытых огневых позиций для подготовки очередного броска пехоты. И если цели и задачи действий мотострелков на данном направлении за год не изменились, то вот методики обновились кардинально. За это время мотострелковое подразделение, подготовленное по стандартным наставлениям боевого устава, полноценно освоило штурмовые действия в условиях города и решительно повысило эффективность боевой работы, полностью пересмотрев тактику действий. Прежде всего это коснулось расширения использования в ходе боевых действий средств разведки и наблюдения.
Даже самые стойкие бойцы ВСУ оказались бессильны перед музыкальным квадрокоптером, который 9 Мая запустили над Марьинкой штурмовики батальона
– Изначально, когда мы брали первые рубежи в Марьинке, у противника в подвалах домов обнаруживали бочки с бензином, генераторы и там же одиночные посты для их обслуживания. От этих генераторов запитывались купольные камеры, которых в то время в Марьинке было очень много. Они стояли везде – на столбах, частных домах и так далее. Противник всё время наблюдал за нашими перемещениями и действиями, очень точно корректировал работу своих АГС, миномётов, артиллерии, – вспоминает командир штурмового подразделения.
Сейчас штурмовики сами повсеместно для наблюдения за противником применяют камеры, специальные приборы слежения, в том числе тепловизионные. Наши наблюдатели постоянно видят врага, засекают маршруты движения, места и время пересменок на их позициях, наши силы, занимающие опорники в городе, встречают наступательные действия противника, которые он пытается нередко вести малыми группами до шести человек, во всеоружии.
Если раньше на наблюдательные пункты штурмовые группы ставили личный состав, то сейчас устанавливают там оптические приборы и удалённо наблюдают через них. При этом наблюдательный пункт никак не обнаруживает себя, спецсредства могут сутками находиться в рабочем состоянии, обслуживать их не требует много времени. Кроме того, такие пункты постоянно передислоцируются с различной периодичностью.
– Да, это оборудование весьма дорогостоящее, но для нас цена таких приборов измеряется в первую очередь в сбережённых человеческих жизнях, – отмечает командир батальона.
Перемещения по развалинам города, особенно в дневное время, часто прикрываются дымами. Так делаем и мы, и неприятель. Порой наши штурмовики при помощи миномётов выставляют дымзавесу на ложном направлении. Противник, наблюдая затянувшие очередной участок города дымы, наводит туда артиллерию и плотно отрабатывает, не причиняя никому вреда.
– Была ситуация, когда мы, используя данные разведки, покрыли дымами здание, где закрепился противник – два пулемётчика и несколько стрелков. Вражеская артиллерия снесла дом с лица земли, – делится успешным результатом военной хитрости «Воронеж».
Три 155-мм фугаса тогда легли точно в цель и не оставили от здания почти ничего. Подвал, где окопались вражеские бойцы, просто завалило рухнувшими перекрытиями. А направление, по которому наступали штурмовые группы, враг оставил без контроля – всё внимание неприятеля было направлено на дымы. Благодаря этому штурмовики подошли с фланга по открытому пространству прямо к одному из вражеских опорников, где сидели около десятка украинских бойцов, и заложили на угол здания противотанковые мины ТМ-62. Когда от их подрыва рухнула четверть здания и следом внутрь ворвались наши ребята, то оставшиеся в живых бойцы противника очень быстро покинули поле боя.
Свои хитрости есть и в применении средств РЭБ в интересах подразделения. По заявке штурмовиков специалисты радиоэлектронной борьбы давят средства связи противника, причём наша пехота может выждать несколько часов, после того как на той стороне наступил блэкаут. Всё это время неприятель в готовности, настороже, постоянно в напряжении ждёт действий и в итоге перегорает. А тем временем несколько штурмовых групп выдвигается разными маршрутами, непосредственно в момент атаки у противника внезапно появляется связь. Каждый неприятельский опорник стремится докричаться по радио до своих командиров, запросить поддержку, и на той стороне в момент воцаряется хаос. Чаще всего в таких ситуациях неприятель просто отходит, оставляя позиции нашей пехоте.
Правда, как правило, в брошенных противником укреплениях сапёры, которые неизменно сопровождают штурмовиков, находят неприятные сюрпризы. Чаще всего это большие объёмы взрывчатки – пластит и тротил с дополнительными поражающими элементами. К примеру, одну такую ловушку обнаружили в здании марьинского банка в ходе зачистки. Бочку, начинённую взрывчаткой, патронами, гвоздями и гайками, уничтожили накладным зарядом. В результате рвануло так, что у здания сложились две стены в три кирпича каждая.
– Такие попытки противник делал неоднократно. Бывало, неприятеля с детонатором к такой вот бомбе убирал снайпер, было и так, что противник при спешном отступлении просто не успевал взвести детонатор, – делится командир батальона.
Действительно, по наблюдениям пехотинцев, некоторые подразделения противника не стремятся принимать навязываемый им плотный огневой контакт, быстро отходят, оставляя свои позиции. Но есть и те, кто стоит очень крепко и готов малыми силами держать оборону своего опорника под шквальным огнём пулемётов, гранатомётов, артиллерии до конца.
– Неоднократно были замечены и наёмники из различных стран. Обычно это самые экипированные военнослужащие, с хорошей тактической и психологической подготовкой. Шевроны с флагами своих стран на форме они носят открыто, никогда не пользуются жёлтыми и синими повязками, как военнослужащие ВСУ, – рассказывает «Воронеж». По его словам, сдавшиеся в плен украинцы отмечали, что в случае отступления по итогам боя отход в первую очередь обеспечивается иностранным наёмникам, затем эвакуируют контрактников ВСУ, а мобилизованных вытаскивают по остаточному принципу.
Но даже самые стойкие бойцы ВСУ оказались бессильны перед музыкальным квадрокоптером, который 9 Мая запустили над Марьинкой штурмовики батальона. На «птичку» подвесили портативную аудиоколонку с картой памяти, вывели её в полёт над позициями противника и транслировали праздничный концерт без заявок. Морально-психологическое воздействие получилось весьма мощное.
– После десятков раз прослушивания Государственного гимна России, а также «Катюши» и других песен военных лет трудно сказать, где в Марьинке было тихо. Этот квадрокоптер стал предметом ненависти огромного количества вражеских бойцов, – улыбается комбат. В «птицу» стреляли из всего, что было у противника на позициях, включая РПГ, а тем временем российские наблюдательные «птички» висели в небе и операторы прилежно «срисовывали», откуда ведётся огонь, по каким маршрутам передвигается противник, из каких щелей чаще всего высовывается, чтобы пострелять по поющему дрону. Вся эта информация потом была использована штурмовиками в ходе наступательных действий.
– Во многом методы работы и тактику мы перенимали у продвинутых подразделений – «Вымпел», «Альфа» и так далее. Это спецы, которые заточены под работу в городе, и мы были вынуждены использовать их наработки. Теперь нельзя сказать, что у нас обычное мотострелковое подразделение, военнослужащие сделали много, чтобы продвинуться вперёд в плане практики действий и понимания тактики боевой работы в таких условиях обстановки, – отмечает комбат.
В подразделении уверены, что в дальнейшем, уже после победного завершения СВО, мотострелковый батальон на плановых учениях продолжит отрабатывать подобные моменты. Это касается и тактики действий, и вопросов экипировки, работы со связью, использования спецсредств наблюдения и разведки, БпЛА. Штурмовики не хотят, чтобы наработанные потом и кровью навыки и опыт остались невостребованными, их необходимо передать следующим поколениям военнослужащих.
Донецк