Лётчики авиационных частей, дислоцированных на одном из крымских аэродромов, эффективно выполняют задачи специальной военной операции с самого её начала.
Многие сотни часов боевых вылетов для контроля воздушного пространства, поддержки наземных войск, уничтожения назначенных военных целей позволили лётному составу наработать ценнейший боевой опыт, который успешно передаётся молодому пополнению.
Эскадрильи многофункциональных истребителей Су-35 в рамках СВО выполняют задачи завоевания превосходства в воздухе и прикрытия сухопутных подразделений от воздушных угроз. Лётчики выполняют перехваты воздушных целей, в том числе низколетящих ракет и беспилотников, а также осуществляют уничтожение средств ПВО противника.
– Всё, что я могу сказать о нашем лётном составе, – это профессионализм и максимальная собранность, морально-психологическое состояние находится на высшем уровне. Здесь военнослужащие выполняют свою работу, для которой их отлично выучили и подготовили, – дал краткую характеристику воинскому коллективу командир полка полковник Александр.
Интенсивность боевой работы остаётся высокой с самого начала военной спецоперации, вылеты производятся практически ежедневно, днём и ночью самолёты находятся в воздухе, не давая противнику расслабиться.
– Обстановка у нас всегда сложная и напряжённая, но контролируемая – это самое главное. Задачи, которые ставит нам командование, всегда выполняются на 100 процентов, – оценил текущую боевую работу командир авиационного звена Су-35 майор Тарас. Опытный лётчик, за плечами которого три командировки в Сирию, уверен, что успех выполнения задач в небе заключается прежде всего в качественной наземной подготовке лётного состава, а также в высокой лётной натренированности. Боевое применение имеет свои особенности и в психоэмоциональном плане, и при работе с органами вооружения в кабине. Как показала практика, в ходе СВО у лётчиков полка с этим проблем не возникло, свою роль сыграла богатая практика выполнения задач на полигонах, а также опыт, наработанный лётчиками в САР как самостоятельно, так и по отчётам коллег, анализу данных объективного контроля.
– Боевая работа в Сирии отличалась от той, что делаем сегодня, в первую очередь, колоссальная разница в системе ПВО противника. Она вносит определённые моменты в тактику наших действий – это самая главная особенность, – указал разницу в боевых действиях командир авиазвена. Кроме того, если в сирийских командировках российские лётчики только обнаруживали и сопровождали самолёты, то в рамках задач СВО ведётся боевая работа и по авиации противника. Как рассказал Тарас, с начала спецоперации истребители успели применить практически всю номенклатуру вооружения «воздух – воздух». В настоящее время проблем авиация противника практически не доставляет, российские истребители уничтожают её, как только она появляется в зоне разрешённых пусков.
– К линии боевого соприкосновения они подходят крайне редко, больше совершают демонстрационные действия, выполняя психологическую поддержку своих войск, а как только пытаются выполнять практическое применение, тут же несут потери, – пояснил лётчик. В основном противник использует армейскую авиацию, штурмовики, да ещё «партнёры» из НАТО передали ВСУ истребители МиГ-29, которыми пытаются прикрывать действия вертолётов и штурмовиков. Лётчики Су-35 неоднократно уничтожали и беспилотники противника, первый опыт был получен ещё над островом Змеиный, тогда ВСУ активно применяли «Байрактары».
В то же время Тарас отдаёт должное выучке и военной смекалке воюющих на стороне киевского режима и особо предостерегает тех, кто склонен недооценивать неприятеля. Этот аспект командир звена рассматривает диалектически – с одной стороны, очень плохо, что и россияне, и украинцы по большому счёту учились воевать по одним учебникам, и потому наш противник примерно догадывается о наших возможностях. С другой стороны, мы также знаем, что он умеет, каковы возможности его средств поражения, как он будет вести себя в той или иной обстановке.
– Противник у нас очень хитрый и продуманный, так что нам самим приходится хитрить, придумывать определённые моменты, чтобы ввести его в заблуждение, выполнить задачу и не подставиться самому. Как видите, получается, – удовлетворённо отметил лётчик.
А вот применение ВСУ натовских систем ПВО, обещанных киевскому режиму западными странами, по мнению Тараса, не способно кардинально помешать выполнению задач российскими лётчиками.
– Наш бортовой комплекс был разработан в большей степени под задачи противодействия иностранным системам ПВО, так что нам не составит труда работать по ним, – пояснил командир звена. – То есть тот самый Patriot, на который так рассчитывает киевское руководство, не способен серьёзно изменить расклад. Зоны поражения и частоты мы знаем, и как только у нас появится возможность боевой работы по нему, мы её реализуем.
В целом же боевая работа по средствам ПВО противника, по оценкам специалистов, достаточно сложная задача. Дело в том, что комплексы ПВО работают не в непрерывном режиме, а с некоторой периодичностью, как правило, включаясь в последний момент. Наши лётчики уже научились с этими особенностями бороться, и системы ПВО достаточно успешно уничтожаются, в чём отлично помогает налаженное межвидовое взаимодействие.
С начала спецоперации истребители успели применить практически всю номенклатуру вооружения «воздух – воздух»
– Противник намеренно не включает комплексы ПВО на том этапе, где они не нужны, но когда в районе идёт боевая работа на земле, они не могут не включиться, и тогда у нас есть небольшой промежуток времени, когда мы имеем возможность отработать по ним. Наш бортовой комплекс выдаёт точные расчёты, авиационные средства поражения позволяют производить пуски на таких дальностях, чтобы не зайти в зону действия ПВО противника, – пояснил командир звена.
В целом на сегодня взаимодействие с Сухопутными войсками, выполняющими задачи СВО, а также с силами Черноморского флота у крымских авиаторов в достаточной степени отлажено. Идёт постоянный обмен разведданными, уточняются районы боевой работы, выполняются совместные задачи, определяются цели.
Во многом благодаря отлаженному межвидовому взаимодействию лётчики авиационного звена Су-27, которым командует старший лейтенант Алексей, успешно выполняют задачи по обеспечению безопасности воздушного пространства в зоне ответственности. Очень часто во время дежурства в небе над Крымом и Чёрным морем они обнаруживают и уничтожают беспилотники, которые украинские националисты отправляют из-под Одессы для атаки на объекты на крымской земле.
– Зачастую это беспилотники типа People’s Drone, у них маленькая высота полёта и скорость очень небольшая, а благодаря тому, что они умело пользуются рельефом и обладают небольшой площадью отражающей поверхности, засечь их весьма непросто, но мы всё же делаем это, – рассказал Алексей.
Действительно, в основном жители Севастополя и Крыма могут слышать только шум, когда по очередным дронам-камикадзе отрабатывают расчёты наземных комплексов ПВО либо авиация в зоне воздушного дежурства. О том, сколько их было уничтожено над морем вдали от полуострова или в окрестностях так называемой точки входа на крымскую землю, жители могут лишь догадываться.
С самого начала СВО противник пытался применять БпЛА для атак на объекты на полуострове. И если изначально начинённые взрывчаткой беспилотники нацеливались на военные объекты, то в дальнейшем после усиления ПВО противник перенёс основные усилия на попытки поразить гражданскую инфраструктуру. Военные наставники из числа натовских специалистов постоянно обучают киевских националистов новым приёмам в применении БпЛА, экспериментируют с тактикой и типами дронов.
– Они пытаются отыскать слабые места в нашей системе защиты полуострова, мы предотвращаем эти попытки. Взаимодействие наземных комплексов ПВО и авиации идёт очень плотное, налажен постоянный обмен информацией, то есть дрон обнаруживается и уничтожается в любом случае – либо с воздуха, либо с земли, – подчеркнул Алексей.
Беспилотники стран НАТО, в свою очередь, напрямую проблем лётчикам не доставляют, но, по сути, выступают «консультантами» для дронов-камикадзе. Натовские беспилотники собирают и передают развединформацию, усиливают управляющие сигналы, обновляют координаты навигационных систем, помогая скрытно провести дроны к намеченным целям. Если до начала спецоперации эти БпЛА позволяли себе опасно приближаться к российскому воздушному пространству, то сейчас они действуют на почтительном удалении, зачастую под прикрытием самолётов-истребителей.
– Противник учится, постоянно пытается менять тактику действий, – рассказал командир авиазвена. – Помимо применения БпЛА и морских беспилотников, были попытки заброски диверсионных групп на судах, которые приближались к побережью под видом рыбаков. Наши лётчики также участвовали в перехвате таких целей во взаимодействии с силами Черноморского флота.
Совершая боевые вылеты практически ежедневно, лётный состав приобрёл колоссальный практический опыт, в том числе работы с бортовыми комплексами самолётов в разных режимах, реального применения авиационных средств поражения, взаимодействия с группами руководства, с запасными аэродромами, с пунктами наведения авиации, с кораблями флота и системой ПВО. Наработанный опыт становится фундаментом мастерства молодых лётчиков недавних годов выпуска из ВВАУЛ, которых хватает среди лётного состава эскадрилий. Принимая участие в СВО, они, по оценкам старших товарищей, зарекомендовали себя только с лучшей стороны. Уровень подготовки молодёжи позволяет выполнять специальные и боевые задачи наравне с более опытными старшими товарищами. Конечно, это во многом благодаря тому, что тем, кто только становится на крыло, передаётся уже проанализированный опыт, полученный ранее. Как отмечают командиры, молодые офицеры очень ответственно подходят к выполнению задач в рамках спецоперации, понимая всю важность возложенной на них миссии.
– Несколько ребят из моего выпуска раньше меня приняли участие в спецоперации, впоследствии они поделились впечатлениями, опытом, рассказывали, что и как происходит, на что обратить особое внимание при подготовке. Так что я дополнительно готовился – изучал ПВО противника, характеристики и особенности применения своих ракет, тактические приёмы ведения различных действий. Даже обычное дежурство в воздухе в этих условиях имеет особенности, – поделился старший лётчик Су-35 старший лейтенант Эдуард.
В декабре молодой лётчик прибыл на крымский аэродром и приступил к выполнению задач в рамках СВО. Предварительно он прошёл своего рода экзаменовку с инструкторами, командирами звеньев – они проверили подготовку, выдали ряд рекомендаций и наставлений, а после дали добро на первый боевой вылет.
Старшему лейтенанту была поставлена задача по контролю воздушного пространства и наземной обстановки в определённом секторе, выполнять её требовалось во взаимодействии с пунктом наведения авиации. Как признаётся молодой лётчик, от полёта на полигон и от выполнения боевой задачи в реальных условиях обстановки ощущения принципиально различные.
– У лётчика есть несколько моментов, которые он запоминает на всю жизнь, например первый самостоятельный полёт на самолёте. Так же и первый боевой вылет, даже если не было применения и каких-то особых ситуаций, он всё равно запоминается и остаётся с тобой навсегда, – признаётся Эдуард.
И хотя в тот момент адреналин и азарт переполняли его, он ни на секунду не забывал основное правило, которому учили все наставники: в каждом полёте безопасность – это главное. Осмотрительность должна быть всегда, какие бы ни были влётанность и опыт, необходимо постоянно и полностью контролировать обстановку и все аспекты полёта.
Несмотря на громадный налёт часов, боевая работа не превращается для лётчиков полка в рутину, которая может привести к утрате необходимых бдительности и собранности. Такого нет и не может быть – и командиры при подготовке на земле, и даже «умное» бортовое радиоэлектронное оборудование самолёта в воздухе постоянно напоминают лётчикам о необходимости выполнения определённых манёвров при патрулировании в зоне и на дежурстве в воздухе. Тактическая обстановка держит лётный состав в тонусе во время каждого вылета.
Севастополь