Морские пехотинцы Балтики успешно решают поставленные задачи в зоне специальной военной операции. В их числе и лейтенант с позывным «Озеро».
27 ноября – День морской пехоты
Он командир взвода БпЛА соединения морской пехоты Балтийского флота. Родом из Пскова, по призыву служил на кораблях БФ, потом ушёл на контракт, перевёлся в морскую пехоту. За спиной Сирийская Арабская Республика и СВО с 2022 года.
Сначала участвовал в штурмах, но уже там, в Донбасе, бывшие ополченцы из ДНР посоветовали учиться летать на «Мавике». Ударных БпЛА ещё не было, но разведывательные уже встречались.
Сегодня дроны полностью перевернули понятие о ведении боевых действий. Представить себе СВО без назойливо жужжащих в небе квадрокоптеров невозможно.
Без БпЛА война – не война. Вроде бы игрушка, но на деле – грозная машина, способная выполнять реальные боевые задачи.
Угледар, Авдеевка, Новозлатополь – «этапы большого пути» балтийских морпехов. Места, где они выполняли задачи с честью и достоинством. «Бывало, сидишь в посадке, над тобой вертолёты, а метрах в 300 – танки противника. Случались и стрелковые бои, дронов-камикадзе ещё не было, разве что летали разведывательные БпЛА самолётного типа и «Мавики». Потом дроны дали протестировать и нам», – рассказывает военнослужащий.
Получил свой первый дрон и «Озеро». Было интересно, на что способна нештатная игрушка. Как ею управлять? Учились летать вместе с офицером батальона, который рассказывал, показывал, объяснял, как производить разведку, обнаруживать цели…
Потом, когда получил определённый налёт, научился вести разведку, начал думать, как организовать сброс с БпЛА боеприпасов на позиции противника – он же на наши позиции как-то сбрасывает? Неделя ушла на изобретение способа превратить разведывательный дрон в бомбардировщик, тестирование различных боеприпасов и механизмов. А потом командир батальона предложил обучиться управлению FPV-дроном…
«Мы тогда ещё не знали, что такое FPV-дрон, противник только начал применять по нам эти БпЛА. Учились сами – получили от волонтёров ноутбук, два дрона, пульты, программное обеспечение. Отобрали десять человек, и начался отсев: оставались те, кто понимал, что это за система и как на ней работать, кто не понимал – уходили. Неделю учились на компьютерном симуляторе: поначалу никто не понимал, как этот дрон поднять, как повернуть, стабилизировать. Начали с развития моторики пальцев, изучали на симуляторе, как БпЛА ведёт себя. После недели интенсивных тренировок получили на руки наш первый FPV-дрон – DJI Avatar. Вдали от линии боевого соприкосновения организовали лётное поле и приступили к полётам», – продолжает повествование «Озеро».
Уже тогда было ясно: если противник узнает о тренировках операторов FPV-дронов, по ним немедленно будет нанесён ракетный удар. Поэтому действовали аккуратно и осторожно.
«Когда набили руку, получили опыт полётов не на симуляторе, а на реальных машинах, созвонились с судоплатовцами. Нас пригласили, показали, как проходит обучение, мы поняли, насколько это сложное дело! Летать – хорошо, но грамотный оператор должен знать, как работает аппаратура, как собирать и комплектовать дрон, работать с весом, который влияет на габариты БпЛА, его управляемость и ещё множество вещей», – рассказывает воин.
Тренировались балтийские морпехи в ДНР на полигоне. Секретность соблюдалась максимальная – телефоны с собой никто не брал… «Когда приехали, ребята дали нам простой дрон и сказали: «Покажи, как летаешь!» Нас было семь человек, каждый продемонстрировал навыки. Тогда нам предложили полетать с боеприпасом. Мы пролетели по кругу. Видя, что у нас получается, поставили задачу сложнее – пройти рядом с мишенью», – рассказывает он.
Поняв, что балтийцы успешно справляются с учебными задачами, после трёх дней на полигоне команде морпехов предложили попробовать силы на линии боевого соприкосновения.
Первостепенная цель наших операторов БпЛА – вражеские пункты управления дронами и артиллерия. Когда удаётся уничтожить эти цели, пехота выполняет поставленные задачи без потерь
Расчёт БпЛА – три человека: один оператор FPV-дрона, один оператор «Мавика», выявляющий цели и проводящий контроль удара, третий – инженер, снаряжающий беспилотник. Оба оператора расчёта полностью взаимозаменяемы – знают как «Мавик», так и FPV-дрон.
Работа оператора на линии боевого соприкосновения неизмеримо сложнее, чем на полигоне. Надо знать, где расположены системы РЭБ – как наши, так и вражеские, уметь их обходить. Опытный пилот видит, где можно лететь свободно, где стоят глушилки, где противник может сбить квадрокоптер.
«Запомнился первый вылет на FPV-дроне. Это был 2023 год, район Авдеевки. Первый взлёт получился не из тех, которыми можно гордиться: я перенервничал, дрон получил крен и упал. Наши БпЛА снабжены самоликвидатором, чтобы противник не мог получить с упавшей «птички» информацию, в общем, мой дрон взорвался. Зато второй взлёт прошёл на отлично. Расчёт пригласили помочь наступлению наших войск – продавить противнику фланг, чтобы пехота получила возможность зайти в тыл. Надо было поразить пулемётное окно дота противника. Дрон ударил успешно – рядом с окном. Сейчас ударил бы лучше, но и тогда получилось неплохо. По крайней мере, пехота при нашей поддержке сумела выполнить поставленную задачу, врага отогнали на девять километров назад», – говорит «Озеро».
Впрочем, в сравнении с 2023 годом БпЛА сильно изменились. Сегодня самым сильным оружием стали не подверженные подавлению средствами РЭБ дроны на оптоволокне. Хорошо зарекомендовал себя дрон на оптоволокне «Князь Вандал Новогородский». Он такой же, как простые FPV-дроны, но имеет несколько другие параметры работы, на нём нельзя летать так быстро и так высоко, как на обычном, – не выше трёх-четырёх метров над землёй, нельзя делать резкие повороты, чтобы оптоволокно ложилось ровно и позволяло дойти до цели.
С этими дронами балтийцы начали организовывать на врага засады. Этот опыт переняли от противника, впрочем, как и многое другое.
Оборудование для FPV-дронов сложное. Для каждого вылета «птичку» следует прошить, паяльник для оператора тоже оружие. Тем более что прогресс не стоит на месте, и постоянно появляются новые модели дронов.
«У нас не так давно появились «Молнии» – FPV-дроны самолётного типа. Ребята их опробовали – отличные аппараты! Маневрировать на них сложнее, зато дальность увеличилась во много раз. У врага появились гексакоптеры типа «Баба Яга» (противник называет их «Вампир»). Мы за свои деньги купили подобный дрон и освоили его. Потом, под Курском, находили трофейные экземпляры, ремонтировали их и использовали против прежних владельцев. В общем, стараемся развивать и эту тему: «Бабы Яги» хороши для поддержки пехоты, могут доставлять провизию, воду, боеприпасы туда, куда не получится дойти пешком. Прекрасный дрон, но тяжёл в управлении – им управляют через спутник», – рассказал военнослужащий.
«Озеро» всегда просит бойцов соединения передавать во взвод сбитые вражеские БпЛА. Здесь их починят или разберут на запчасти, соберут из двух повреждённых один работоспособный. И используют по назначению.
«Если в руки попадает вражеский дрон, из него можно выудить много информации – на какой прошивке летает, как управляется. Противник следит за качеством БпЛА, так что некоторые решения мы у него подсматриваем и учимся. В том числе тому, как с ним бороться. Враг очень хитрый, и с ним всегда нужно держать ухо востро!» – отмечает он.
Первостепенная цель наших операторов БпЛА – вражеские пункты управления дронами и артиллерия. Когда удаётся уничтожить эти цели, пехота выполняет поставленные задачи без потерь.
Дроны уже стали визитной карточкой СВО. Но главной составной частью любого БпЛА является его оператор. Поэтому за такими беспилотными асами, как «Озеро» и его боевые товарищи, будущее армии России.
Калининград