В последнее время беспилотная авиация стала одним из главных инструментов современных боевых действий.
За каждым успешным наведением «Краснополя» или корректировкой РСЗО стоит не только «птица» с мощной камерой и множеством телематических систем, но и оператор, который рискует в любой момент быть обнаруженным противником.
Чтобы побеседовать с героем сегодняшнего материала, пришлось добираться в одну из множества лесопосадок где-то в курском приграничье. До линии боевого соприкосновения оставалось ещё несколько десятков километров, ветки сухо щёлкали под ногами, а небо то и дело затягивали серые тучи. Там, среди густых крон деревьев, работал расчёт БпЛА «СКАТ-350М» одного из подразделений группировки войск «Север».
Под импровизированным навесом сидел невысокий парень в камуфляже. Взгляд цепкий, почти орлиный. «Призраку» едва за двадцать. На гражданке он окончил среднюю школу, прошёл службу по призыву и какое-то время подрабатывал разнорабочим. Как и у многих парней его возраста, у «Призрака» была весомая причина связать жизнь с защитой Родины.
– Пока я проходил службу по призыву, мой отец был мобилизован и с честью выполнял воинский и гражданский долг, – говорит он без лишних эмоций, скорее констатируя факт. – Так случилось, что в один из дней он перестал выходить на связь, а когда я вернулся домой, узнал, что отец героически погиб за свободу и независимость нашего Отечества. Я не смог это принять и практически сразу подписал контракт.
Он подписал контракт не ради денег или романтики, а чтобы завершить дело, начатое отцом. Вот уже несколько месяцев кряду «Призрак» каждый день поднимает в воздух свой борт и выслеживает врага. Но, если приглядеться – в каждом его движении, в том, как он сосредоточенно управляет огромной «птицей», как бесшумно перебирает снаряжение, – видна не столько ярость, сколько спокойная, въедливая решимость.
За время участия в спецоперации «Призрак» освоил новейшую технику, научился читать местность с высоты и отличать хитрые тепловые ловушки от реальных целей. Его разведывательный БпЛА – надёжная техника, которая помогает обнаруживать противника и, что важнее, сохранять жизнь нашим ребятам.
– Самое интересное в нашей работе, – оживляется он, – что мы постоянно двигаемся, меняем позиции, и это похоже на знакомую каждому игру в кошки-мышки, только с гораздо более серьёзным противником. Не менее приятно осознавать, что после каждого боевого вылета, после каждой успешной корректировки от позиций противника остаётся лишь выжженная земля. В такие моменты понимаешь, что всё не зря.
«Призрак» и его расчёт – лишь один из тысяч примеров доблести и героизма наших парней на передовой. Каждый день они выходят в лес, чтобы наши ребята на ЛБС могли действовать ещё более дерзко и уверенно
Когда «Призрак» говорит о работе, в голосе проскальзывает неподдельный мальчишеский восторг. Ещё бы – его рабочий инструмент – это высокотехнологичный беспилотный летательный аппарат, который парит высоко в небе. Хотя, казалось бы, что особенного в беспилотнике? Как отмечает мой собеседник, у каждой модели БпЛА есть свой характер, отличительные черты, сильные и слабые стороны. Из множества «птиц», на которых успел поработать «Призрак», именно «Скат» стал его любимцем.
– В основном я летаю на БпЛА «Скат», – поясняет оператор. – Чуть реже берусь за управление «Суперкамом». По большому счёту эти системы идентичны, но «Скат» – следующее поколение. У него есть система автоматических уворотов, помогающая оператору сосредоточиться на выполнении боевой задачи. Борт сам подстраивается под ситуацию.
И это действительно прорыв. В условиях постоянной работы вражеских средств противовоздушной обороны и радиоэлектронной борьбы любая секунда задержки может стоить оператору потерянного борта. А «Скат», словно опытный пилот, умеет уклоняться, корректировать курс и даёт оператору самое главное – контроль над окружающей обстановкой и время на принятие решений.
Главная гордость этого беспилотника – его «глаза». Как отмечает «Призрак», улучшенная ночная камера видит тепловые сигнатуры и инфракрасное излучение, как обычные тепловизоры, и способна улавливать естественный свет, что даёт невероятно чёткую картинку даже в кромешной тьме.
– В задачи нашего расчёта входит не только разведка, – уточняет «Призрак». – Мы ищем цели, корректируем огонь артиллерии, а также выполняем объективный контроль поражения цели. Есть и ещё одна важная задача: наш борт часто работает как прикрытие для больших БпЛА типа «Орлан» и «Мерлин».
Пока большие беспилотники выполняют стратегические задачи, «Скат» работает на несколько эшелонов ниже и обеспечивает безопасность коридора. Принцип взаимодействия схож с авиационным, где истребители прикрывают бомбардировщики – только в мире дронов всё происходит быстрее и незаметнее для противника. И всё это под управлением парня, который ещё пару лет назад и не думал, что профессия свяжет его с малым небом.
– Управление большой «птицей» – это же детская мечта любого мальчишки, – улыбается он. – Современный БпЛА чем-то похож на большую радиоуправляемую игрушку, разве что выполняет значительно более серьёзные задачи. Приятно осознавать, что, управляя такой махиной, я помогаю парням на земле качественно делать свою работу и приближать безоговорочную победу над врагом.
Если вы думаете, что операторы БпЛА сидят в уютных блиндажах и, глядя в мониторы, попивают чай, то «Призрак» вас разочарует. Его рабочее место – лесопосадки, овраги и малозаметные поляны. И причина такого выбора не кроется в беспечности, а продиктована тактической необходимостью.
– Если работать с одной точки несколько раз подряд, враг тебя очень быстро вычислит, – поясняет «Призрак». – Враг не дремлет и ведёт постоянную контрбатарейную борьбу. Если работать с одной позиции, расчёт быстро вычислят и накроют всеми доступными средствами поражения. Поэтому у нас есть золотое правило: новый взлёт – новая позиция. Следующий раз мы уже будем работать в нескольких сотнях метров, а лучше – километров от предыдущего места.
Это напоминает игру в шахматы с очень быстрым противником. Каждый вылет – новый ход, новое укрытие. «Призрак» и его расчёт постоянно кочуют между деревьями, оврагами и полевыми дорогами. На развёртывание у парней есть 10–15 минут, на работу – от получаса до часа, а после – обязательная смена позиции. Самое сложное в этой кочевой жизни – не привести за собой хвост в виде вражеского дрона-разведчика, который может проследить путь машины до следующего укрытия. На передовой практически постоянно работает вражеская радиоразведка, и уйти незамеченным особенно трудно. Но есть у такого образа жизни и очевидные плюсы. Постоянная смена локации снижает риск обнаружения расчёта. Шанс, что враг успеет накрыть конкретную лесопосадку, минимален, если парни были там всего пару часов. Конечно, минусы тоже есть: нет надёжного укрытия от возможных осколков, а дождь и другие погодные явления становятся верными спутниками расчёта.
– Когда видишь, как благодаря твоей работе вражеская цель исчезает с карты, все неудобства кажутся мелочами, – улыбается «Призрак» и добавляет: – Мы привыкли к таким условиям работы и стараемся делать всё, что от нас зависит, чтобы поддерживать боевых товарищей, которые работают на земле.
Прощаясь с «Призраком», отчётливо ловишь себя на мысли, что этот парень – живое воплощение преемственности поколений. Он стал профессиональным военным по зову сердца и долга. С каждым вылетом, с каждой поражённой целью «Призрак» продолжает дело, начатое отцом, и делает это на совесть.
«Призрак» и его расчёт – лишь один из тысяч примеров доблести и героизма наших парней на передовой. Каждый день они выходят в лес, чтобы наши ребята на ЛБС могли действовать ещё более дерзко и уверенно. Каждый день они рискуют, чтобы враг не имел ни единого шанса застать наших врасплох. И когда вы читаете эти строки, где-то в приграничье снова взлетает «Скат» и через его камеры смотрит на землю обычный парень, для которого защита Родины стала делом чести и памяти.
Группировка войск «Север»