«Охота на ведьм» в США имеет давние внутриполитические корни.
Неспадающий накал кампании шпиономании, охватившей Соединённые Штаты, параллельно инициировал и интерес к такому явлению социальной жизни, как шпионаж и борьба с ним. В системе государственной власти США давно уже функционируют структуры, призванные противодействовать иностранным разведслужбам. Об этом наша беседа с заслуженным деятелем науки РФ, доктором военных наук Сергеем Печуровым.
– Сергей Леонидович, когда в США появилась контрразведывательная служба?
– Некоторые американские эксперты настаивают на том, что борьба со шпионажем в США берёт своё начало с образования в 1908 году Бюро расследований – прообраза нынешнего Федерального бюро расследований. Однако большинство специалистов не согласны с этой точкой зрения. Во-первых, указывают они, перед бюро формально не ставилась задача борьбы со шпионами и диверсантами, а во-вторых, такой угрозы для Соединённых Штатов в тот период вообще не существовало. Во всяком случае, ни один из представителей американских правящих кругов в то время не заострял на этой угрозе внимания.
Пожалуй, впервые американцы почувствовали серьёзные неудобства от шпионажа лишь в годы Первой мировой войны, когда вдруг обнаружили у себя в стране мощнейшую сеть германской разведки, зацикленную сначала на противодействии вовлечению США
в войну в Европе на стороне Антанты, а затем на диверсиях на пути «военного трафика» Восточное побережье США – Западная Европа. Достаточно, например, вспомнить факты беспрецедентной активности военного и военно-морского атташе Германии в Вашингтоне фон Папена и Бой-Эдома, соответственно, и возглавляемых ими резидентур с целью провоцирования войны между Мексикой и США, чтобы отвлечь внимание последних от военных действий в Старом Свете.
– Фон Папен – это тот самый Папен, который в 1939–1944 годах был послом нацистской Германии в Турции?
– Он самый. В 1915 году его выслали из Штатов за шпионаж и подрывную деятельность. В 1916 году он контактировал с ирландскими повстанцами-республиканцами, кайзеровская Германия поставляла им оружие для использования против британской армии. В 17–18-х годах прошлого века майор Франц Папен уже на востоке – в турецкой армии в Палестине. Так что опыта подрывных операций ему было не занимать…
Но вернёмся к американской контрразведке. После высадки американских войск в Европе возникла совершенно новая, непредвидимая ранее угроза – разведывательно-диверсионная деятельность Германии в тылу экспедиционных сил. Контрразведке США с большими натугами удалось выполнить поставленные военными реалиями задачи, причём по обе стороны Атлантики. При этом следует подчеркнуть, что без помощи и наставничества «старшего англосакса» – Великобритании – американцам вряд ли удалось бы нейтрализовать хорошо поставленную работу германских спецслужб, что позднее с благодарностью было признано в Вашингтоне на самом высоком уровне.
По мере всё большего ввязывания Соединённых Штатов в мировую войну в Европе рос и масштаб их разведывательной и контрразведывательной деятельности. После победы в 1918 году американцы почувствовали вкус статуса «нерядовой» державы и попытались сыграть ведущую роль в дележе наследства проигравших, встав на путь бесцеремонной военной интервенции на севере и востоке рухнувшей, хотя и формально союзной им Российской империи. Однако Вашингтон не просчитал все свои шаги, и ему пришлось довольствоваться лишь тем, что ему оставили главные победители – Лондон и Париж. В этих условиях американцы вновь, что называется, успокоились и занялись прагматичным сокращением военного потенциала, включая локализацию действий сведённых до минимума разведывательной и контрразведывательной служб.
При Франклине Рузвельте головной организацией по борьбе с иностранными разведчиками и диверсантами стало ФБР, численность сотрудников которого к 1941 году выросла в разы
– То есть в 1920-е годы заокеанские рыцари плаща и кинжала вновь оказались невостребованными…
– Это длилось недолго. Уже во второй половине 1920-х годов военно-политический истеблишмент Вашингтона, озабоченный, как, впрочем, и в столицах ведущих европейских держав, резким ростом протестного движения трудового населения, находившегося под влиянием революционных событий в России и возглавляемого местными левыми организациями, бросил все силы карательного аппарата, включая остатки контрразведывательных служб, на решительную борьбу с так называемыми радикальными элементами.
Но, сосредоточившись на противодействии «агентам большевизма», американский истеблишмент явно прозевал более серьёзную угрозу так называемым буржуазным свободам и истинной демократии – она исходила со стороны более коварного противника – фашизма, зародившегося сначала в Италии, а затем принявшего изощрённые и жестокие формы. Я имею в виду германский национал-социализм.
Параллельно с этой новой угрозой в Вашингтоне наконец осознали и факт того, что их послевоенные попытки политико-экономическими методами обуздать милитаристскую угрозу со стороны Токио потерпели крах. Начиная с середины 30-х годов в соответствии с соглашением между руководителями разведок «стран оси», то есть Германии, Италии и Японии, их представители в США стали координировать свою деятельность и по возможности обмениваться добытой информацией.
Разведчики и агенты, работавшие в Америке, в тот период практически не встречали преград. Адольф Гитлер не без издёвки изрёк: «Нет ничего легче, чем организовать фашистский переворот в Соединённых Штатах!»
Впервые серьёзность и масштабы грядущей опасности осознал, пожалуй, самый одарённый в ХХ веке президент США Франклин Рузвельт, который в конце 1930-х годов лично инициировал ряд законодательных и административных мер для противодействия шпионской деятельности на территории страны. В соответствии с его указом головной организацией среди множества прочих по борьбе с иностранными разведчиками и диверсантами становилось ФБР, численность сотрудников которого к 1941 году выросла в разы.
В США были проведены масштабные кампании по выявлению реальных и потенциальных агентов спецслужб стран – вероятных противников США – вначале Японии, а затем Германии. Однако, указывает специалист в области разведки и контрразведки Курт Рисс, «власти США даже накануне вступления страны в войну явно недорабатывали в деле борьбы со шпионами». И лишь по мере втягивания в военные действия американцы всё отчётливее осознавали, какую же опасность для них может представлять шпионаж, и стали наращивать усилия в борьбе с ним.
– Судя по итогам Второй мировой войны, со своими задачами американские контрразведчики справились…
– В целом, как считают американские эксперты, спецслужбам США в конце концов удалось наладить эффективный механизм контрразведывательной деятельности. Этому во многом способствовал приобретённый заокеанскими разведчиками и контрразведчиками опыт предыдущей мировой войны, не до конца растраченный ввиду относительно короткого интервала между катаклизмами на мировой арене. Американские контрразведчики в новых условиях, учтя свои прежние недоработки, значительно обогатили арсенал своих действий, направленных теперь на борьбу не только с вражеской агентурой, но и с «подрывными коммунистическими элементами».
– Разразившаяся «холодная война» сопровождалась беспрецедентной кампанией шпиономании в США.
– Формально она преследовала цель разоблачить «агентов Кремля», в том числе в связи с выявленной утечкой ядерных секретов. Но вообще-то, если смотреть шире, она раз и навсегда поставила точку в намерениях либеральных кругов американского истеблишмента сэкономить на военных расходах в постконфликтный период. Капитаны военно-промышленного комплекса, не заинтересованные в снижении прибылей, нашли нового врага в лице так называемой коммунистической угрозы.
Установившийся в США жесточайший контрразведывательный режим, подпитываемый разгулом маккартизма, поиском «коммунистов под кроватью», массовыми проверками на лояльность, нанёс непоправимый ущерб моральным и репутационным устоям многих американских граждан. Как признаёт часть самих американских историков, был похоронен имидж Соединённых Штатов как образцового демократического государства.
Именно тогдашняя избыточная активность национальных спецслужб вызвала у американского обывателя устоявшееся чувство антипатии и недоверия к ним как к структурам, незаконно и бесцеремонно попирающим гражданские, а следовательно – и конституционные права граждан США. На этой волне усталости населения от внутренней напряжённости и милитаристского угара на очередных, 1960 года, президентских выборах победил яркий представитель демократической партии 43-й летний Джон Кеннеди, обещавший американцам кардинальные изменения в направлении восстановления «попранных свобод» и установления «подлинно демократического режима в стране».
Однако его относительно быстрый уход с политической арены в связи с убийством в ноябре 1963 года символизировал собой возврат к былым годам реакции и агрессивного внешнеполитического курса.
Окончание следует.
Владимир МОЛЧАНОВ, «Красная звезда»