«Малое небо» над головами пехотинцев должно быть чистым.
В группировке войск «Запад» идёт невидимая война за господство в воздухе. Пока штурмовые подразделения продвигаются вперёд метр за метром, в их тылу ведут боевую работу расчёты, от которых зависит, придёт ли с неба внезапная опасность. Один из таких щитов – батарея зенитных ракетных комплексов «Тор-М2» 1117-го зенитного ракетного полка 2-й мотострелковой дивизии 1-й танковой армии. В полной боевой готовности с расчётами у пультов они отслеживают воздушную обстановку на десятки километров вокруг. 26 декабря у них особое дежурство. В этот день отмечается профессиональный праздник – День войсковой противовоздушной обороны.
– Противник активен. Использует всё: крылатые ракеты, управляемые авиабомбы, ударные дроны, – говорит командир зенитной ракетной батареи с позывным «Варан». – У нашего «Тора» полный спектр возможностей. От дрона до самолёта – всё, что в зоне поражения, будет сбито.
Боевая работа батареи начинается не с тревоги, а с монотонного круглосуточного получения данных. Станция обнаружения «Тора» работает в режиме кругового обзора, прощупывая небо. Каждый новый объект – от крошечного коптера до крылатой ракеты – мгновенно классифицируется и выводится на экран оператора.
– Самые частые гости – FPV-дроны и разведчики на большой высоте, – поясняет «Варан». – Но ловили и более серьёзные цели: ударные БпЛА самолётного типа. Каждый сбитый объект – это своя история, свой алгоритм перехвата.
Как только цель входит в зону обнаружения, начинается непосредственная подготовка к стрельбе. Отдельная, более точная станция наведения берёт её на автосопровождение, непрерывно вычисляя координаты, скорость и курс.
Одна боевая машина несёт 16 зенитных управляемых ракет в вертикальных пусковых установках. Они могут достать цель на высотах от 10 метров до 10 километров, перекрывая всё «малое небо»
– В этот момент система предлагает решение, – говорит командир. – Но последнее слово за человеком. Особенно когда в небе несколько целей и нужно выбрать приоритетную.
Главное тактическое преимущество «Тор-М2» – способность работать на марше и поражать несколько целей одновременно. Одна боевая машина несёт 16 зенитных управляемых ракет в вертикальных пусковых установках. Они могут достать цель на высотах от 10 метров до 10 километров, перекрывая всё «малое небо».
– Бывало, отрабатывали рой, когда противник запускает с разных направлений несколько десятков дронов, чтобы прорвать ПВО, – приводит пример «Варан». – Система распределяет цели между машинами батареи. Работаем на опережение. Цель должна быть уничтожена до того, как она станет угрозой.
В ответ на новые вызовы у «Варана» и его подчинённых появился нестандартный, кустарный инструмент.
– Помимо ракетного комплекса, теперь воздушные цели поражаем с помощью FPV-дронов, – рассказывает командир. – Практика оправдывает себя. В первую очередь экономически.
Пока «Тор-М2» держит на прицеле дальние и высокие цели, эти дроны ведут свою камерную войну на подступах к позициям, отбивая атаки вражеских «птиц». Два контура обороны сливаются в один непрерывный щит.
Чтобы этот щит был подвижным и неуязвимым, нужен не только расчёт у пульта, но и тот, кто доставит комплекс на точку, кто знает каждую кочку на пути смены позиции. Механик-водитель батареи с позывным «Мотор» чувствует машину как продолжение себя.
– Наша машина современная, модернизированная, – говорит он. – Ход отличный. По полю, по плотному грунту можно дать под восемьдесят.
Уже после первого пуска ЗРК становится мишенью.
– У нас есть жёсткое правило: после отработки по цели в течение нескольких минут мы должны сменить боевую позицию, – говорит «Мотор».
Его задача – чувствовать местность, выбирать укрытия для машины батареи. От его мастерства зависит, сможет ли «Тор» вовремя уйти от ответного удара.
Родился он в Донецке, здесь похоронены его предки.
– Мои прадеды в этой земле лежат, – говорит военнослужащий. – Один под Изюмом в 1943-м погиб, пулемётчик. Второй дошёл до Вены, был тяжело ранен, но выжил. Они отвоевали тогда эту землю, чтобы мы жили. Теперь наша задача сделать это снова, чтобы дети не увидели войны.
Призывался он из Московской области, куда когда-то уехал на заработки.
– На СВО поехал 14 октября 2022 года. Пошёл добровольно, хотя многие были мобилизованы, – вспоминает он. – Иду потому, что это моя земля. Я здесь вырос. Здесь мои корни.
Дома его ждут родственники. В редкие минуты затишья он звонит не только родным в Донецк, но и друзьям в Подмосковье.
– Жена сначала боялась, плакала, – откровенно говорит он. – Сейчас всячески поддерживает. Это даёт сил идти дальше вперёд, к победе. Все понимают, что надо этих гадов добить, чтобы не пришлось нашим потомкам воевать, – заключает «Мотор».
Группировка войск «Запад»