Артиллеристы южной группировки стремятся поражать противника прицельным огнём.
Орудия 238-й артиллерийской бригады, развёрнутые на авдеевском направлении, отдыхают редко. Противник постоянно пытается прощупывать наш передний край, днём и ночью ищет бреши в передовых порядках, стремясь где просочиться, где продавить, постоянно ведёт артиллерийские обстрелы.
Ежесуточно разведка выявляет цели, обнаруживает замаскированную технику и вооружение, выдвигающиеся подразделения неприятеля. Тогда без промедления стволы гаубиц доворачиваются на нужные координаты и отправляют в полёт по расчётным параболам тяжёлые туши снарядов. В двух десятках километров от позиций разрывы накрывают выявленные цели, и по связи проходит самая лучшая для расчётов команда «Орудиям отбой. Цель поражена».
– На данном направлении мы осуществляем преимущественно контрбатарейную борьбу, хотя очень часто работаем и по живой силе, технике, танкам противника, – рассказывает старший офицер гаубичной батареи лейтенант с позывным «Барсук». Расчёт гаубицы «Мста-Б» под его руководством только что завершил стрельбу по выявленной цели, трёх снарядов хватило, чтобы уничтожить противника. Артиллеристы даже не интересуются, кого на этот раз засекли «птички» нашей разведки, – быстро и точно сделали свою работу и теперь по очереди стараются добрать минуты ночного отдыха. Поспать накануне удалось урывками, четырежды за ночь работали по активизировавшемуся в темноте врагу.
– Это ещё ничего, вот зимой, когда на донецком направлении спорили с противником за одну высоту, был момент, когда пришлось управлять огнём без остановки три часа. Мороз минус 15, а мне жарко, аж пар валит, – с усмешкой вспоминает «Барсук». Тогда противник, стремившийся взять под контроль возвышенность, отправлял вперёд технику, пытался проскочить малыми пехотными группами, заходил с разных направлений. Ответный огонь нашей артиллерии сыграл немалую роль в срыве вражеских планов. Расчёты орудий действовали скоординированно и тактично – не лупили массированным огнём по ближайшей отметке, а грамотно распределяли их, действуя согласно меняющейся обстановке. Какие-то цели старались разобрать на подходе, кого-то давили огнём, кого-то отсекали, каждое орудие выполняло свою задачу.
– Работаем как снайперская винтовка, если раньше давили плотностью огня, то сейчас берём точностью, хотя снарядов более чем хватает, – отмечает особенности текущей тактики старший офицер батареи. Сам он прибыл «за ленточку» в июне прошлого года и тогда сразу отметил, насколько отличается боевая работа от того, что изучали в военно-учебном центре. Так что первые две недели пришлось вникать в новые расклады под руководством командира дивизиона с позывным «Скала».
Молодой офицер быстро освоился с новыми особенностями работы, организации взаимодействия, тактическими приёмами и теперь сам готовит вычислителей и топогеодезистов в расчётах. Цель – добиться того, чтобы каждое орудие могло работать автономно, полностью самостоятельно. По глубокому убеждению «Барсука», в этом деле одних современных гаджетов типа электронного артблокнота недостаточно. Работа с ними, конечно, здорово облегчает жизнь командиров орудия, но без понимания физики процессов есть риск столкнуться с чем-нибудь непредвиденным.
– Добиваюсь, чтобы расчёты понимали принципы стрельбы, чтобы могли действовать не просто по команде. Наводчик может быть безупречным, но если от него ускользает физический смысл происходящего, то каждое небольшое изменение может вызвать растерянность, – отмечает лейтенант.
Знание физики процессов и правил расчётов позволяет учитывать нюансы при работе со специальными артиллерийскими программами. Бывает, что электронное приложение советует выставить одни параметры прицеливания, но знающие и опытные артиллеристы в зависимости от условий стрельбы могут внести определённые корректировки и достичь в итоге при стрельбе более высокой точности. Причём сделать это всё очень быстро.
– Как-то раз на марьинском направлении нам пришлось для стрельбы становиться в голом поле. Приехали, развернулись, сориентировали орудие, выверились, выстрелили и уехали. На всё ушло не больше 10 минут, – вспоминает командир орудия «Мста-Б» ефрейтор с позывным «Малой».
Расчёт «Малого» тогда выполнил задачу за один выстрел. Именно за точность работы командиру орудия и его команде доверяется стрельба корректируемым боеприпасом «Краснополь». Смертоносный высокотехнологичный и дорогостоящий снаряд способен прицельно поразить подсвеченную лазером цель, но лишь при умелом обращении.
– При работе корректируемым снарядом главное – выверить всё очень точно. Приезжаешь на позицию, выставляешься, выгружаешь боеприпасы и начинаешь делать выверку, хорошо ориентируешь по дальней точке наводки, ну и корректировщик должен взять правильный угол подсветки. Тогда цель будет поражена точно, – делится командир орудия секретом стрельбы «Краснополем».
Бывает, что электронное приложение советует выставить одни параметры прицеливания, но знающие и опытные артиллеристы в зависимости от условий стрельбы могут внести определённые корректировки и достичь в итоге при стрельбе более высокой точности
Свои навыки и знания «Малой» получал ещё на должности наводчика под руководством предыдущего командира орудия. Грамотный, много знающий артиллерист с позывным «Синий», прежде чем стать дивизионным артмастером, передал своему преемнику опыт работы, знания, подготовил специалиста. В дальнейшем уже сам «Малой» натаскивал расчёт, в чём помогали старший офицер батареи и другие опытные товарищи. Сейчас его команда работает очень быстро, слаженно и чётко в любых условиях обстановки.
– Артиллерией на Марьинке работать сложнее. Там быстрее находит противник, больше насыщенность РЛС, много «птичек», большая концентрация средств поражения, – оценивает разницу между направлениями ефрейтор. По словам артиллеристов, если на авдеевском направлении есть места, куда расчёту орудия можно перекатиться просто потому, что на прежней позиции трава выгорела и маскировка заканчивается, то на Марьинке попробуй найди хоть какую-нибудь позицию в заданном квадрате.
Потому и пришлось расчёту «Малого» выполнять выстрел «Краснополем» из чистого поля, работая на скорости. Тогда целью была камера наблюдения, установленная противником на куполе церкви. С высокой точки в поле зрения вражеского электронного глаза попадал значительный сектор, что крайне осложняло работу наших штурмовых групп и танкистов. Камеру необходимо было выключить, для чего решено было применить высокоточный снаряд.
– Перед этим у батюшки узнавали, можно ли нам стрелять по церкви, не будет ли то грехом. Он объяснил, что раз противник вошёл туда с оружием, стрелял оттуда, то нарушил святость места и греха на нас не будет, – вспоминает командир орудия.
Работать по-новому начали учиться уже после Мариуполя, тогда началось уже жёстко, – вспоминает командир орудия, выполняющий задачи СВО с самого начала спецоперации. После того как из города, ставшего оплотом для фашистов «Азова», российские войска выбили противника, западные союзники как раз начали активно снабжать киевский режим артиллерией и боеприпасами натовского образца. Артиллеристы бригады как раз находились под Ровнополем и на себе впервые ощутили работу гаубиц М777 в сочетании с радиолокационной станцией типа AN/TPQ. Под новое вооружение неприятель поменял и тактику. Если ранее действия артиллеристов противника строились по стандартным методикам, то в дальнейшем он стал активно применять беспилотную разведку, прямыми ударами по координатам с коптеров, рассредоточивать силы артиллерии на больших площадях и так далее.
– До этого мы работали по одним и тем же учебникам, но пришлось приспосабливаться к изменениям. Мы тоже стали раскидывать орудия, работать с электронным артблокнотом, максимально автономно, где это необходимо.
Сейчас высокоточный расчёт продолжает уничтожать цели на авдеевском направлении, но в любой момент, когда задача потребует снайперского выстрела, артиллеристы готовы за несколько минут свернуть своё обустроенное хозяйство и, прицепив орудие к верному тягачу «Медведю», убыть в любую назначенную точку. На новом месте они сделают всё необходимое, чтобы не изменять своему основному принципу работы – «один выстрел – одна цель».
Донецк