Три войны полковника Кафанова

image_print

Его жизненное кредо – быть там, где трудно и опасно.

Полковник Сергей КАФАНОВ.

Сила Российской армии не только в современной боевой технике и мощном вооружении, но прежде всего в профессионалах военного дела, для которых служение Отечеству – главное жизненное предназначение. Один из ярких представителей именно этой категории людей в погонах – заместитель начальника разведывательного отдела штаба Воздушно-десантных войск полковник Сергей Кафанов, прошедший по нелёгкой армейской стезе через три войны.

Побеседовать с Сергеем Михайловичем, чья военная судьба наверняка могла бы послужить основой для захватывающего боевика, удалось далеко не сразу. Представители военной специальности, к которой он принадлежит, не стремятся к публичности. Кроме того, замначальника отдела трудно застать на месте. Как правило, он чаще бывает в служебных командировках, чем в рабочем кабинете.
Общаться с Сергеем Михайловичем было и легко, и в то же время непросто. Собеседником он оказался открытым и непринуждённым, когда речь шла о вопросах общего характера – о жизненных приоритетах, боевых товарищах, дальнейшем развитии армии в целом и ВДВ в частности. Однако как только затрагивались темы, связанные со спецификой деятельности или конкретными делами, в которых он принимал участие, разговор тактично перенаправлялся в другое русло. О себе он тоже старался рассказывать поменьше. Тем не менее в итоге всё же кое-что удалось узнать об этом, без сомнения, уникальном человеке.
До совершеннолетия будущий десантник проживал в Узбекистане, куда его родители в числе тысяч других энтузиастов отправились, чтобы помочь республике восстанавливать народное хозяйство после разрушительного землетрясения 1965 года. Так что один из первых уроков на всю оставшуюся жизнь Сергей получил ещё в семье: быть там, где труднее, и помогать тем, кто в этом нуждается больше всего.

Ил-76 выбрасывает боевую машину десанта.

Несмотря на то что людей в погонах в ближайшем окружении юноши не было, тем не менее ещё в школе он начал готовить себя к армейской службе. Как признался Сергей Михайлович, не последнюю роль в этом сыграли фильмы и книги об армии, а также хорошо поставленная военно-патриотическая работа, проводимая в то время. Причём служить собирался не где-нибудь, а именно в подразделении специального назначения. Поэтому силовым видам спорта и боевым искусствам уделял максимум внимания. Будучи школьником, стал активно заниматься в спортивной секции, где в жарких схватках завоевал звание кандидата в мастера спорта по дзюдо.
Кроме того, окончание школы и выбор дальнейшего жизненного пути совпали с войной в соседнем Афганистане, откуда возвращались отслужившие там знакомые ребята, которые рассказывали о происходящем «за речкой», в том числе и о том, о чём не писали газеты. Слушая их и глядя на обветренные и загорелые лица, Сергей невольно задавал себе вопрос: «Смогу ли я пройти это испытание?» Вместе с тем, когда пришло время призыва, в военкомате Сергей изъявил твёрдое желание служить в частях специального назначения.
Так будущий разведчик оказался в учебном центре в Чирчике, откуда после непродолжительной подготовки убыл в воюющий Афганистан. Именно там, по признанию моего собеседника, и сформировалось окончательное решение связать дальнейшую судьбу с армией.
Особую роль в этом стремлении сыграли офицеры, и прежде всего командир группы старший лейтенант Александр Родионов, который стал для него не только примером в вопросах профессионального мастерства, но и образцом в отношении к людям. Родионов никогда не прятался за спины подчинённых, всегда находился на острие атаки, первым вступал в бой и делал всё, чтобы сохранить жизнь своих солдат.

Кафанов дважды принимал участие в военной операции в Сирийской Арабской Республике, где оказывал помощь сирийским коллегам в совершенствовании боевого мастерства, внося реальный вклад в борьбу с международным терроризмом

Сержант КАФАНОВ (слева) в Афганистане вместе с другом.

Молодой боец стремился быть похожим на своего командира. От участия в боевых заданиях не уклонялся, проявлял смекалку, разумную инициативу и отвагу.
Разведгруппа, в которую попал Кафанов, не раз отличалась в боях. Основными целями разведчиков были караваны с оружием и боеприпасами, сходки душманских лидеров, а также выполнение многих других специальных задач. Заметив в смелом и дисциплинированном воине военную косточку, командир предложил Кафанову поступить в военное училище. Сергей даже написал соответствующий рапорт, но вскоре отозвал его обратно. Этот неординарный поступок он объяснил нежеланием в трудное время оставлять своих боевых товарищей.
Много чего довелось испытать ему в течение года и восьми месяцев непрерывного нахождения в горячей точке. Один из эпизодов Сергею Михайловичу запомнился особо.
Группа разведчиков в условленной точке высадилась из вертолёта и в обстановке скрытности выдвинулась по заранее обозначенному маршруту в район Сурубинского водохранилища. Однако, несмотря на принятые меры предосторожности, душманам удалось обнаружить группу и окружить её. Десантники заняли оборону на небольшой высотке, отражая одну атаку за другой. Бой, то затихая, то разгораясь с новой силой, продолжался практически сутки. Только на следующий день на выручку прилетели наши Ми-24, которые ракетами и пушками пробили брешь в кольце окружения. Основному составу группы удалось перебазироваться в безопасное место. Сержант Кафанов и ещё несколько бойцов прикрывали отход. Убедившись, что все товарищи оказались в безопасности, они последними покинули высотку и вышли к своим.
Прибыв в ДРА рядовым бойцом, в запас Кафанов уволился старшиной с орденом Красной Звезды на груди. По возвращении домой Сергей устроился на предприятие, где трудились родители. Год добросовестно отработал оператором плазменного напыления, отлично зарекомендовав себя на производстве.
Вместе с тем, вспоминает собеседник, ему очень недоставало армейского порядка и причастности к особому воинскому братству, закалённому в боях. Фитилёк желания окончательно посвятить себя военному делу, затеплившийся в его душе в период службы в Афганистане, не только не угасал – наоборот, разгорался всё сильнее. Этому во многом способствовало непрекращавшееся общение с бывшими сослуживцами и командирами. Приняв окончательное решение, Сергей вновь пришёл в тот же военкомат, где начался его армейский путь, и попросил направить его в Рязанское гвардейское высшее воздушно-десантное командное училище.

Высадка десанта в Панджшерское ущелье.

Уже в звании полковника Кафанов считает, что время, проведённое в прославленной кузнице офицерских кадров для ВДВ, дало ему новые, более обширные знания и командирские навыки для дальнейшей службы. В то время в училище было много офицеров, имевших боевой опыт, в том числе и участников Великой Отечественной войны. Общение с ними в значительной мере способствовало формированию у будущего офицера-десантника своеобразного внутреннего стержня на всю оставшуюся жизнь.
В 1989 году обучение закончилось. Имея право выбора дальнейшего места службы, лейтенант Кафанов изъявил желание начать офицерскую карьеру на Дальнем Востоке, в Амурской области.
Прибыв в свою часть, вчерашний выпускник сразу взялся за дело. Непреодолимых трудностей для него не существовало. Боевая подготовка, прыжки с парашютом, работа с личным составом – везде Кафанов был впереди, личным примером увлекая подчинённых. На всех ступеньках начального этапа служебной карьеры – командира взвода, заместителя командира и командира роты, заместителя командира батальона и комбата – он оттачивал свой профессионализм и совершенствовал опыт руководства людьми. Судя по тому, что воинское звание капитана Кафанов получил досрочно, дела у офицера шли неплохо. Командование ценило, личный состав уважал. На вопрос, что же помогало добиваться успехов,
Сергей Михайлович уверенно заявил: «И в тот период, и в дальнейшей своей службе я всегда руководствовался принципом «делай как я» и учил своих бойцов личным примером». И ещё, как признался собеседник, прежде чем отдать какой-либо приказ, всегда примерял его на себя: как бы он сам воспринял и выполнил его, будучи на месте того, кому это командирское повеление адресовано. В этом ему очень помогал неоценимый опыт двухлетней солдатской службы. В подразделениях, которыми довелось руководить, он всегда поддерживал негласные и проверенные временем традиции. Если кто-то из подопечных допускал нарушение, решения по горячим следам Кафанов не принимал, изучал обстоятельства и старался понять, что привело к данному деянию. Но уж если человек повторно допускал отклонение, то в спецподразделении он больше не служил.
– В разведке не место тем, кто утратил доверие и не держит слова, – убеждён Сергей Михайлович.
И подчинённые этот принцип знали и соблюдали.
В 1996 году судьба и вышестоящее командование направляют Кафанова в Псков на должность командира 1-го парашютно-десантного батальона 104-го парашютно-десантного полка. Это было свидетельством особого доверия, так как в его составе находилась «маргеловская» рота, поэтому батальон всегда был на виду у руководства. В тот период Вооружённые Силы страны испытывали серьёзные трудности. С целью показать обществу, что армия не утратила своей боевой мощи, было принято решение на базе 104-го полка провести показное полковое учение под руководством командующего Воздушно-десантными войсками.
Батальону Кафанова выпала, пожалуй, одна из самых ответственных задач. Планировалось десантирование БМД с экипажем внутри машины. Подобное и до этого практиковалось, но в боевой машине до этого находились только командир и механик-водитель. Сейчас же предстояло десантировать боевую машину с полным экипажем – семь человек, что ранее никогда не делали.

На горном серпантине.

Комбат лично отобрал кандидатов для рискованного эксперимента. И только убедившись в психологической и физической готовности подчинённых, отправил их на выполнение задания, тем самым взяв на себя всю ответственность за результат. Учение прошло на высоком уровне. Батальон справился с поставленными задачами. Все участники памятной десантной операции были удостоены государственных наград.
В то время в стране было неспокойно. Полыхала война на Кавказе. Десантники, как всегда, были на передовом крае борьбы за сохранение суверенитета и территориальной целостности государства. Трижды по полгода Кафанов со своими подчинёнными решал специальные задачи в этом взрывоопасном регионе. Сергей Михайлович не стал делиться подробностями того сложного периода своей жизни. Но две высокие государственные награды – ордена Мужества и «За военные заслуги» – говорят сами за себя. Для него то была уже вторая война и, как оказалось, не последняя.
Позже, уже находясь на высокой руководящей должности, Кафанов дважды принимал участие в военной операции в Сирийской Арабской Республике. Там он оказывал помощь сирийским коллегам в совершенствовании боевого мастерства, внося реальный вклад в борьбу с международным терроризмом. То, что в послужном списке полковника Кафанова появилась ещё одна значимая награда – медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» с мечами, также свидетельствует о многом.
На естественный вопрос «Что же побуждает, несмотря на занимаемую должность и богатейший боевой опыт, по-прежнему стремиться туда, где наиболее опасно?» полковник ответил таким размышлением: он, конечно же, полностью доверяет подготовленным и воспитанным им десяткам и сотням достойных офицеров. Они и без него справятся с любой боевой задачей. Но по-прежнему считает, что его место – среди них, в боевых порядках. Так воспитали его родители и командиры афганского периода – быть там, где труднее, где опаснее всего.

Олег ГРОЗНЫЙ, «Красная звезда»

Фото автора и из архива
полковника Сергея Кафанова