Разведгруппа штурмового батальона 1-й Славянской бригады решительными действиями в тылу противника обеспечила освобождение населённого пункта в зоне ответственности «Южной» группировки войск.
Надо сказать, что новые технические средства, массово применяемые на поле боя, серьёзно меняют тактику боевых действий. Колонны танков ещё на дальних подходах засекаются БпЛА, опасность ударов дронами-камикадзе угрожает любой технике вблизи линии боевого соприкосновения, а пункты временной дислокации должны располагаться в хорошо укреплённых строениях и быть тщательно замаскированы даже вне зоны действия вражеской артиллерии, учитывая высокую вероятность удара дальнобойными высокоточными системами.
И это не говоря о повсеместном использовании тепловизоров, коптеров со сбросами, «птичек» и камер слежения для разведки. Однако перечёркивает ли новая боевая реальность громадный боевой опыт, что накоплен за десятилетия войн минувшего века?
Как деды завещали
Командир штурмового батальона 1-й Славянской отдельной мотострелковой бригады с позывным «Макс» уверен, что нисколько не перечёркивает. Советские боевые уставы, написанные кровью, пролитой на полях сражений Великой Отечественной войны, безусловно, могут быть дополнены и расширены с учётом нынешних реалий, но при этом остаются краеугольным камнем в фундаменте успешных боевых действий. Сам «Макс» и его подчинённые в очередной раз на практике доказали, насколько эффективно продолжают работать изложенные в них основные подходы к подготовке и ведению боя.
– Мы стараемся обучать солдат на канонах Советской Армии. Сейчас существует такое мнение, что БпЛА – это основной элемент при организации и ведении боевых действий. Но мы исходим из того, что «птица» является лишь вспомогательным элементом, а первичными остаются личная подготовленность бойца, его навыки и умения, – делится комбат основными принципами подготовки военнослужащих штурмового подразделения.
«Макс» убеждён, что если боец целиком и полностью полагается на «птичек» и прочие инновационные инструменты боевой работы, то в итоге перестаёт учиться. Пропадает понимание, что ему также нужно уметь ориентироваться на местности, вести наблюдение, оценивать обстановку и самостоятельно принимать решения, не полагаясь на подсказки из пункта управления. Во-первых, оператор БпЛА видит далеко не всё, что происходит на поле боя. Мешать могут растительность, строения, погодные условия, средства РЭБ противника. И боец, оставшийся по той или иной причине в ответственный момент без информации от оператора «птички», не должен терять возможность принять грамотное решение. Или же вообще без дрона точно навести на цель артиллерию.
– Поэтому ребятам приходится очень много работать на полигоне, с утра и до позднего вечера мы их гоняем. Причём учёба идёт не только молодого пополнения, но и тех, кто уже давно выполняет боевые задачи, – пояснил «Макс».
Не так давно личный состав батальона работал в районе Очеретино, а также на горловском направлении. Там разведгруппа подразделения скрытно прошла по тылам противника в посёлок Прогресс, где зачистила опорные пункты и сорвала ротацию личного состава неприятеля, а в итоге обеспечила освобождение населённого пункта в самые короткие сроки.
– Противник их ждал с востока, а ребята зашли в посёлок с запада и действовали в населённом пункте двое суток, в то время как враг даже не подозревал об этом, – рассказал комбат о боевой работе группы под руководством командира с позывным «Картечь».
Полигонная прожарка
Предварительной подготовкой личного состава разведгруппы занимались очень серьёзно. Занятия шли как днём, так и ночью. Тренировки пришлись как раз на самый пик летней жары, когда температура в тени доходила до сорока с лишним градусов. Да пойди найди ещё тень на полигоне, ползая по-пластунски по жёсткой выгоревшей траве в бронежилете и разгрузке. Разве что под маскировочной накидкой. Но и под ней скорее не тень, а настоящая баня. Двести метров ползком в одну сторону, двести в другую без спешки, чтобы колыханием растительности не выдать своего местоположения. От жары и духоты мутится в голове и крутит желудок, но после дистанции можно лишь выпить воды, ополоснуть лицо и бежать на стрелковую подготовку.
– В современных условиях на разведку в тыл практически никто не ходит. Мы постарались возродить этот опыт и показать, что это не просто возможно, но и крайне результативно, – поясняет «Макс».
Действовать разведгруппами, когда у противника нет единой системы фортификационных сооружений на линии боевого соприкосновения, а всё построено на сети опорных пунктов, очень эффективно. За первой линией обороны противника, как правило, имеется значительный условно пустой промежуток, и у подготовленной ДРГ появляется немало возможностей обеспечить неприятелю жёсткую головную боль. Единственный момент: в штурмовом подразделении должны служить крепкие и выносливые парни. Однако далеко не элита спецназа. Так что в разведгруппу отбирались в первую очередь те, кто чувствовал моральную готовность бороться один на один с противником на чужой территории, рассчитывая исключительно на свои силы.
– Собрались те, у кого уже сформированы внутренний стержень и готовность выполнять задачу. Парни знали, что их ждёт на той стороне, и потому занимались на полигоне, как проклятые. И ещё скажу, что опыт наших дедов работает, – резюмирует комбат.
После курса усиленных тренировок разведгруппа штурмового подразделения отправилась в тыл противника, рассредоточенно обходя его основные позиции с фланга малыми группами. Главное оружие разведчика (оно же и его защита) – это скрытность. Если тебя не видят, то в тебя и не стреляют. Ещё в ходе занятий на полигоне парни отработали методику обмана вражеских «птиц» и наблюдателей, вооружённых тепловизорами. Ну и свои «птички» сопровождали группу, координируя действия разбившихся на тройки разведчиков и сообщая о замеченных опасностях.
Впереди разведгруппу действительно ждут новые тренировки, скорее даже более суровые, чем перед первым выходом. Так, во всяком случае, обещает «Макс», а комбат слов на ветер не бросает
Как лисы в курятник
Чтобы пройти первую линию обороны неприятеля и выйти в тыл с неожиданной для противника стороны, где у него меньше всего глаз, разведчикам пришлось накрутить больше двадцати километров по местности, уклоняясь от нежелательных встреч и примеряясь к особенностям рельефа.
– Там практически везде где-то кто-то сидит в засаде. Попробуйте по чистому полю, когда в ближайшей лесополосе сидит пулемётчик, незаметно пройти 800 метров. Ощущения незабываемые – адреналина просто море. Но если жить хочешь, то дёргаться нельзя, действовать требуется очень спокойно, – вспоминает выход на боевую задачу снайпер разведгруппы с позывным «Маяк».
Совсем незначительное по меркам мирного времени расстояние в пару десятков километров разведчики шли действительно очень долго. Где ползком под носом у вражеских постов и средств слежения, где выжидая удобный момент для стремительного броска. Пока «птица» противника ушла из квадрата, группа подобралась к Прогрессу и после выявления основных точек противника начала методично зачищать посёлок.
– По заходу мы начали работать от дома к дому. Действовали также скрытно, незаметно. Противник оказался откровенно не готов к такому. Когда мы начали работать, у них начиналась паника: пытались убегать, забывая про всё. Я не знаю, какие инструкторы их готовили, но они, видимо, ничего не знают о психологической подготовке, – оценивает состояние противника в момент внезапной атаки «Маяк».
Сам снайпер признаётся, что лёгкое волнение у разведчиков на боевом задании присутствовало. В такой ситуации только герои кинематографа способны проявлять абсолютную выдержку, при этом с лёгкостью побеждая всех врагов.
– Но мы с самого начала прекрасно понимали, куда идём и что нас ждёт. То есть это был взвешенный, обдуманный шаг, – подчёркивает «Маяк».
– Мы знаем, что помощи ждать будет неоткуда. Эвакуации никакой не будет, так как ты находишься в тылу врага. Поэтому единственный шанс вернуться живым домой – это выполнить на отлично свою задачу, – поддерживает товарища стрелок разведгруппы с позывным «Джокер».
Он вспоминает, как разведгруппа, разбившись на двойки и тройки, тихо вела зачистку посёлка, а потом занимала позиции, чтобы держать под контролем населённый пункт. Самое сложное, как теперь вспоминается парню, это практически полное отсутствие возможности поспать после долгой и тяжёлой дороги на Прогресс. Разведчиков не так уж много, а контролировать точки, наблюдая за обстановкой, приходилось постоянно. Фактически спустя всего сутки после захода в посёлок разведгруппа освободила Прогресс от противника.
– Здесь, я вам скажу, надо отдать должное командиру группы с позывным «Картечь». Умелое управление – это как минимум 50 процентов успеха. Надо иметь опыт, очень тонко чувствовать ситуацию, быстро принимать решения, чуйка должна быть особая, – «Джокер» и его товарищи из разведгруппы единодушно уверены в том, что без грамотного руководства «Картечи» многие задачи их боевого выхода остались бы нерешёнными.
Даже слова поддержки, которые командир в трудные моменты находил для каждого разведчика, здорово поднимали моральный дух и придавали сил бойцам.
Разведчики широкого профиля
Ночью разведчики заметили движущийся по дороге бронеавтомобиль производства США Humvee, и «Джокер» вместе с товарищем с позывным «Пика» навел на него артиллерию, стал корректировать огонь. С третьего выстрела рвануло совсем рядом с броневиком, он перевернулся, находившиеся в нём бросились врассыпную. В итоге двоих, оказавшихся офицерами управления, разведчики взяли в плен. Правда, передать на нашу сторону удалось лишь одного неприятеля, второй пал жертвой удара камикадзе со своей же стороны.
– Почти дотащили мужика до лесопосадки, вдоль неё идёт ров, метра полтора, туда его и спустили, чтобы поднять верёвкой уже на эту сторону. И тут «комик» с тепловизором его увидел. Я крикнул ему, чтобы не дёргался, замер. Но где там! Тот истерит и вопит от страха. Камикадзе ударил, и всё, нет человека, – вздыхает «Маяк», эвакуировавший этого пленного.
Второго вражеского офицера передали другой группе и благополучно доставили в штаб, а разведчики вернулись в посёлок.
Позже к Прогрессу пришла машина, из которой стал выгружаться личный состав противника, – неприятель явно затеял ротацию, даже не подозревая, что посёлок уже занят российскими бойцами. Тогда разведчики оценили точку, которую выбрал наш пулемётчик, – отряд противника был у него как на ладони. И он при огневой поддержке остальных товарищей отработал по нему, что называется, на все деньги.
Вскоре разведгруппа вернулась в пункт временной дислокации, полностью выполнив поставленную боевую задачу и не потеряв при этом ни одного человека. Что чувствовали парни, кроме усталости от тяжёлой работы и нервного напряжения постоянной опасности?
– На этом чёртовом полигоне, когда была дикая жара, тогда уже просто сдавали нервы, и мы думали: «Всё, на фиг это всё надо…» Только когда вернулись, осознали, что в действительности вся эта работа была проделана не зря, что она того стоит и всё это пригодилось, – признаётся «Джокер». – Теперь ребята по-настоящему вошли во вкус такой боевой работы и после новых занятий на полигоне готовы к новым рейдам по тылам противника.
Впереди разведгруппу действительно ждут новые тренировки, скорее даже более суровые, чем перед первым выходом. Так, во всяком случае, обещает «Макс», а комбат слов на ветер не бросает.
– С каждым этапом после каждой задачи подготовка немножко наворачивается. Например, сейчас ребята в шесть утра бегают «трёшку», чтобы лёгкие дышать начали. Это важно, потому что дальше мы будем учить их избегать встречи с «комиками», а для этого следует уметь очень быстро двигаться, – делится планами комбат.
Для дальнейшей подготовки разведчиков уже создана специальная площадка с тремя основными учебными точками: опорник с сетью окопов, лесополоса с траншеями и блиндажами, а также группа строений для отработки боя на коротких дистанциях. Бойцам предстоит освоить новые навыки и сделать это в предельно сжатые сроки. Ведь работы по ту сторону линии боевого соприкосновения им предстоит ещё очень много.
Группировка войск (сил) «Южная»